пурпура, вышла в коридор.
— Уже поздно, княжна, куда вы собираетесь? — Стражник тут же преградил мне дорогу.
— Поводишь меня к Его Величеству? — Спросила с игривой улыбкой, — на сколько помню, покои Эззиана совсем рядом, но как будущая королева я переживаю за свою сохранность.
— Уже поздно, возвращайтесь в покои, княжна.
— Нет, я буду сама решать, когда мне покидать покои. Тем более, есть вещи которые гораздо приятнее делать ночью. Только подумай, что с вами сделает Эззиан, когда узнает, что вы не пустили к нему женщину, что была полна желания и готовности скрасить ночь?
Стражник напрягся, но нахмурившись всё же развернулся на каблуках, направляясь дальше по коридору. Я же проследовала следом, прислушиваясь. В отличие от покоев с раскрытыми окнами здесь не было слышно переполох, что должен уже постепенно набирать обороты. Когда мы всё же дошли к двери и постучали, то сначала ничего не происходило. Неужели Эззиан уже спит? Однако после второго стука послышалось невнятное одобрение. Оставив стражника у двери, вошла внутрь.
Эззиан сидел в кресле у камина в накинутой не плечи, но распахнутой рубахе и брюках. На низком столике около него лежала знакомая сумка рядом со свёрнутыми пергаментами, в очертаниях которых сразу узнала чертежи.
— Анна? Какой сюрприз!
Прикусив губу, я опустила глаза к полу, всем видом изображая крайнюю степень смущения. Эззиан бросил в камин свиток, что в этот момент держал в руках, вставая с кресла.
— Я много думала над сложившейся ситуацией… — Запнувшись, огляделась по сторонам, словно пытаясь подобрать слова.
— И к какому решению пришла, раз пришла ко мне в опочивальню в столь поздний час?
— Предлагаю мир, — вернувшись к двери, я закрыла её на ключ, — мои люди привыкли к свободе и им крайне сложно переносить ограничения, тем более по отдельности. Так или иначе, нас слишком мало, чтобы оказывать достойное сопротивление на поле боя.
— Это всё верно, вас мало, поэтому я и распорядился разделить твоих людей. Но я по прежнему не понимаю причины твоего появления здесь.
— Я же говорю, мир, — развязав завязки накидки, отложила её в сторону. Посмотрев в упор на Эззиана, ненавязчиво сместила лямки платья ниже к рукам, обнажая плечи.
— Анна, право, твои действия начинают будоражить и даже дают основания для самых смелых желаний. — Эззиан с широкой довольной улыбкой медленно осмотрел меня ещё раз с ног до головы.
— Так чего ради ограничивать себя? Венчание перед народом — лишь формальность, — я сделала шаг к королю, — мы с вами взрослые люди. Предлагаю соглашение. — Ещё один шаг к Эззиану, теперь нас разделяло меньше метра, — я более благосклонна к тебе, ты же в свою очередь даруешь свободу.
— Ты решила меня убить? Что скрывается за корсетом?
— Проверь? — Не успела я договорить, как Эззиан шагнув сократил расстояние, после чего быстро прижимая меня к себе.
— Я позволю твоим людям перемещаться по дворцу. Но вот более детальные условия зависят от тебя, — в столь тесном взаимодействии было совершенно невозможно дотянуться до кинжала на бедре, зато руки Эззиана достаточно быстро и умело расправлялись со шнуровкой корсета. Было весьма тошно и даже мерзко, когда ладони короля продолжили блуждать по телу.
— И что я должна буду сделать, чтобы даровать им свободу? — спросила, стараясь сдвинуться в сторону, но Эззиан знал, куда меня уводить, всё больше притесняя к кровати.
— Покорной. Тихой и милой. Желательно вовсе не покидая эту комнату.
— А в этой комнате? Я смогу быть свободной и вольной с тобой? — Улыбнувшись, завела ладонь под рубашку мужчины, чуть толкая его назад. Эззиан совершенно расслабился, вновь сокращая расстояние и проведя рукой по бедру. Я постаралась резко отпрянуть, но было поздно. Держа одной рукой меня за талию, в другой он крутил кинжал.
— И всё же ты пришла сама, как я и сказал. — Рассмеялся Эззиан, после чего приподняв меня от пола, бросил на кровать. Ни встать, ни отползти я не успела, когда Эззиан навис сверху. — Конечно ты права, мы взрослые люди и условности нам ни к чему. Вот только едва ли кинжал можно назвать покорностью, так что вместо свободы, всех твоих людей утром публично повесят, — одной рукой Эззиан сжимал мои запястья, стараясь удержать их над моей головой как и кинжал, второй продолжал вжимать тело в кровать, не прекращая впрочем вольных прикосновений, — твои люди погибнут как раз перед венчанием, на глазах толпы, чтобы мой народ видел мою власть над тобой.
Допустить такой ход событий я не могла, а потому тут же попыталась вырваться. Не будь я воительницей Фрайфола и танцовщицей Герфельда, была бы обречена. Сейчас же имела как силу, так и гибкость, а потому началась борьба. Длилась она не долго, ведь пытаясь удержать мои запястья Эззиан сам держал руки достаточно близко ко мне. Выдернув кинжал и оставив у мужчины только ножны, с силой вонзила клинок в бок королю. Скрутившись от боли, он согнул руки в локте, выпуская меня и падая на кровать. Всё произошло так стремительно, что я едва успела отползти. Повернувшись на бок, он попытался вновь достать меня рукой, но я вырвала клинок из его тела, чтобы тут же уверенно вогнать в грудь. В этот раз Эззиан обессиленно откинулся на спину. Замерев, смотрела на свой кинжал, загнанный в грудь короля по самую рукоять. И руки мои не дрожали. Я подняла глаза на белое лицо Эззиана, из которого стремительно убегала жизнь.
— Я же говорила, только тронь меня и ты труп.
— А…Анна…
— …Хэмфер. Моё имя Анна Хэмфер, княгиня Фрайфола, единственная дочь князя Алана. — Светлые, чуть рыжеватые волосы убитого распростёрлись по цветастой подушке. Вот круг и замкнулся. И всё же его убила именно я. — Прощай, Генри.
Странное чувство. Сейчас из меня не вышло ни слезинки, но вместе с тем кажется где-то в глубине кто-то надрывно рыдал. Плакала ничего не понимающая девочка, запертая в подземелье за преступление, которого не совершала. Приложив усилия, я медленно вынула кинжал и утёрла его от крови о простынь. Возмездие всё же пришло. Вот только собственный внутренний голос в ушах продолжал визжать от ужаса. Свой меч, что забрали у меня в первый же день во дворце нашла достаточно быстро. Прикрепив кинжал обратно к бедру, надела накидку, но так, чтобы было видно перепачканное кровью короля ночное платье. Повернув ключ вышла из покоев с высоко поднятой головой. Потасовка в коридоре была в самом разгаре. Увидев меня в перепачканной кровью одежде, но живой, с мечом в руках и без Эззиана, обе стороны запнулись.
— Король мёртв. Сложите
