Я постучала в полуприкрытую дверь и сказала ей:
- Вхожу.
Вязание крючком в постели было для неё в новинку. Обычно она брала с собой на кухню сумку с пряжей, или спускалась в подвал с Гарретом, или брала её с собой на занятия по рукоделию. Но Марк объяснил, что она уставала раньше, и ей требовалось больше времени, чтобы собраться с силами, когда она вставала.
- Есть минутка? - спросила я.
- Угу.
- Даже не знаю, где начинается плед, что лежит на кровати, и тот, над которым ты работаешь, - пошутила я. Однако это было правдой: она лежала на тёмно-синем вязаном пледе и вязала ещё один, на этот раз красный.
- Да, ну и идиотка же ты, - усмехнулась она.
- Ага, - я едва расслышала оскорбление. Я начала садиться на кровать, затем встала и какое-то время бродила вокруг неё. - Послушай, Джесс, я много думала в последнее время. Я имею в виду, очень много.
- Тебе нужна таблетка?
- Это серьёзно! - я чуть не закричала на неё. - Послушай, я не могу поверить, что вообще говорю с тобой об этом...
- Нет, - сказала она.
- Что?
- Нет. Ты не можешь меня укусить. Ты не можешь превратить меня в вампира. Я не позволю.
Моя часто репетируемая речь растворилась в вихре облегчения и негодования.
- Что? Как ты догадалась? Ох уж эти болтливые идиоты!
- Да, именно так я бы описала Тину и Синклера. Ну же, Бетси. Мне не нужно было ничего говорить. Это было так очевидно - ты не только ведёшь приватные беседы с опытными вампирами, но, честно говоря, каждый раз, когда ты смотришь на меня, очень напоминает то, как собака смотрит на сырой стейк.
- Хм.
- Да.
- Послушай, извини за то, что я так выгляжу, но я провела кое-какие исследования, и риски...
- Если ты меня укусишь, они будут намного выше, чем если я вылечу свой рак.
Я открыла рот.
- Потому что, если ты сделаешь так, как тебе хочется, ты всё равно меня убьёшь, верно?
Я закрыла рот, и она продолжила, мягко, но решительно:
- Даже если я потом вернусь. А если я всё-таки вернусь, нет никакой гарантии, что я останусь собой, верно? На самом деле, звучит так, как будто, по крайней мере, первые несколько лет я буду безмозглым кровососущим автоматом. Нет, спасибо.
- Всё будет звучать плохо, если ты добавишь «безмозглый» и «кровососущий», - я плюхнулась на край её кровати. - Боже, я столько дней готовилась к этому, допрашивал всех, набирался смелости поговорить с тобой об этом, а ты такая: «Да, я знала, что ты скажешь, и, кстати, нет».
- Я не виновата, что так легко читать твои крохотные мысли.
Я бросила на неё быстрый взгляд.
- Думаю, это та часть, где я говорю: «ты будешь моей, о да», а ты: «Эй, отпусти меня, я скорее умру, чем присоединюсь к твоей нечестивой компании».
- Нет, это было прошлой зимой, когда ты хотела, чтобы я сходила за рождественскими покупками в начале октября.
- Рождественские покупки в октябре - как раз то, что нужно.
- Верю, что ты, - усмехнулась она, - сумеешь смешать гротеск и эффективность.
- Почему я хочу спасти тебя и снова держать рядом с собой целую вечность?
Она пожала плечами.
- Сама не знаю.
Я уставилась в потолок, потому что не хотела смотреть на неё. Я не хотела выяснять, изменился ли у неё цвет лица, не похудела ли она.
- Джессика, эта штука может убить тебя.
- Значит, твой ответ... убить меня?
- Это шанс на какую-то жизнь. Жизнь, в которой твоя лучшая подруга - королева. Это должно чего-то стоить.
Она толкнула меня в плечо носком ботинка.
- Ты замалчиваешь всё, что может пойти не так.
- Ну, и ты тоже!
- Ещё есть время. Пора с этим бороться. Прости, я понимаю, что для тебя это было немного мучительно. Но, как и подобает Бетси, ты решила, что это то, что ты должна решить сама. Это моя жизнь и моя смерть, и я выбираю стоять и бороться, - она улыбнулась. - Кроме того, если ты превратишь меня в вампира, я не думаю, что мы сможем скрыть это от Ника. И тогда он точно узнает!
- Это наименьшая из моих проблем, - мрачно сказала я. Затем я спросила: - Ты ему ещё не сказала?
- Я повременю с этим, - сказала она, внезапно тоже помрачнев, - до нашего двухмесячного отпуска.
Что за феноменально плохая идея. К тому же, это не моё дело.
- Если ты так считаешь...
- Это полностью, именно то, что я чувствую. Так что не подкрадывайся и не выпрыгивай на меня из тени, пытаясь обратить меня, ладно? - она подобрала свой плед и вернулась к работе.
Хороший пример для всех нас.
- Ладно, - сказала я, вставая и направляясь к двери, - но если ты передумаешь и решишь, что хочешь, чтобы тебя подло убили...
- Я первым делом поднимусь к тебе в комнату, - пообещала она.
Успокоенная, я ушла.
Глава 24
Далеко я не ушла.
- Привет, - сказала Кэти, проходя сквозь стену на верхней площадке лестницы.
- Привет.
- Я не подслушивала, - начала она оправдываться.
Я застонала.
- Ну, я и не собиралась. Я шла к тебе.
- Зачем?
Она пожала плечами.
- Сейчас поблизости нет призраков, с которыми можно было бы поговорить. И остаёшься ты. Эй, я тоже не в восторге от этого.
- Итак, когда ты не подслушивала, чего ты не расслышала?
- Что ты не собираешься обращать Джессика в вампира. Кстати, хорошее решение. Кстати, это напомнило мне, ты собираешься что-нибудь делать с зомби на чердаке?
- Ты когда-нибудь перестанешь шутить? Я имею в виду, я знаю, вы, ребята, все знаете, что я боюсь зомби, но это просто...
- Бетси, я серьёзно. На чердаке зомби.
Я подавила своё раздражение. У Кэти была тяжёлая жизнь. Или, скорее, смерть. Она была одинока. Она была стервозной. Я была единственным человеком, к которому она могла приставать. Вернее, с кем она могла поговорить.
- Теперь это совсем не смешно, - сказала я как можно вежливее. - И на самом деле это никогда не было смешно. Так что, пожалуйста, не могла бы ты уже прекратить это?
- Поднимись на чердак и посмотри.
Ага! Вечеринка-сюрприз. Наконец-то до меня дошло, как до голодного волка в лунном свете. Ладно, подыграю.
- Окей, я только поднимусь на чердак, чтобы проверить, что там за зомби, - я огляделась. Мы были на самом верху лестницы; по обеим сторонам коридора были закрытые двери. - А где находится чердак?
- Пойдём, - она уплыла прочь.
- Боже, я надеюсь, никто не набросится на меня и всё такое. Уж точно не в новых босоножках от Прада на ремешках ледяного синего цвета...
Кэти покачала головой.
- О, милая. Если бы мне не было так скучно, я бы никогда так с тобой не поступила. Но мне скучно. И поэтому я так поступаю.
Она указала на дверь в конце южного коридора. Я открыла её и увидела большую лестницу, затянутую паутиной. Лестница была выкрашена в белый цвет и серьёзно нуждалась в ремонте.
- Окейййййййй... Я поднимаюсь по лестнице... вот я иду... ничего не подозревая...
Наверху лестницы были выключатели, и это было хорошо, потому что, хотя я довольно хорошо видела в темноте, непроглядный мрак чердака немного нервировал. Я даже не слышала, как кто-то дышит. Возможно, все они затаили дыхание. То есть мои живые друзья.
Как и на любом чердаке, здесь было полно хлама, накопленного поколениями. Пыль покрывала всё: сломанные картины, потрёпанные письменные столы, диваны с торчащей из подушек набивкой. Казалось, они тянулись по всей длине дома, а это означало, что они были огромными.
По привычке я поднесла руку к носу и рту, потом вспомнила, что никогда не чихала - во всяком случае, если кто-нибудь не брызгал мне в лицо святой водой.
Я сделала несколько шагов вперёд и услышала шорох за поцарапанным шкафом, в котором не хватало дверцы. Фу! Мыши. Прошу, только не крысы. Просто маленькие безобидные полевые мышки, которые решили остаться в особняке на зиму. Я совсем не против мышей, но крысы...
