не понимающая что происходит.
— Очень вовремя… — напряженно проговорила Лена, неожиданно дрогнувшим голосом, словно она чего-то испугалась.
Глава 19
Игорь.
Ева стояла в дверях, обнимая себя за плечи, будто ей холодно. Ее взгляд был встревоженный, сон ещё не до конца ушёл, но напряжение в комнате она чувствует сразу, смотря то на меня, то на Лену.
— Что случилось?.. — спросила она тихо, но настороженно, с какой-то опаской.
Я повернулся к ней слишком быстро. Почти резко. И только сейчас замер, увидев ее испуганный взгляд.
Выдохнул, словно опомнившись, что сейчас передо мной стоит беременная сестра, которой нельзя волноваться.
— Всё в порядке, — проговорил я, стараясь чтоб голос звучал ровно. Слишком ровно. — Иди к себе. Я сейчас приду.
Я смотрел на нее чуть мягче, с теплом. Не желая ее пугать. Хотя внутри все буквально кипело от злости. На Лену. На себя. За все что нас связывало, на пять лет брака, которые не привели ни к чему хорошему.
— Ладно? — мягко добавил, слегка улыбаясь сестре. — Евик, все хорошо. Я скоро подойду, родная.
Ева не ответила сразу. Смотрела на меня недоверчивым взглядом. Словно сомневалась в моих словах.
Бросила короткий взгляд на Лену — тяжёлый, цепкий, будто пыталась понять, что здесь происходит на самом деле. И ушла, не став задавать лишних вопросов. Тихо. Почти бесшумно.
Дверь осталась приоткрытой. В комнате снова стало слишком тихо.
Мы с Леной снова остаемся наедине.
Я шумно выдыхаю, словно из меня разом выходит всё напряжение. Устало провожу ладонями по лицу, задерживаясь на секунду, и закрываю глаза. Усталость наваливается резко. Глухо. Без остатка.
Опускаю руки, смотря в сторону, стараясь избежать ее взгляда.
— Развод оформим в ближайшее время, — проговорил абсолютно спокойно.
Почти отстраненно. Как факт. Как решение, которое уже было принято, причем очень давно.
Я разворачиваюсь, уже собираясь уйти, делая шаг к двери. Но не успеваю.
— А ты не пожалеешь, дорогой? — бросает Лена ядовито в спину.
Резко останавливаюсь. Медленно обернувшись к ней, замираю.
Ее взгляд — холодный. Решительный. Полон нескрываемой злости, и ненависти. Без колебаний.
— Я жалею только об одном, — говорю жестко, даже слишком, — что пять лет прожил с нелюбимой женщиной.
Слова режут. Бьют наотмашь, сильнее пощечины. Отрезвляя самого меня, что вот он момент истины. Последний шаг, и всей этой истории с Леной придет конец. И мы с Викой наконец будем вместе, спустя столько лет. Смотрю в глаза Лене не отводя взгляд. Не скрывая. Не увиливая. Не пытаясь смягчить.
— Я люблю Вику, — произнес тихо, но отчётливо. — И всё это время я любил только её.
Лена замирает на долю секунды. А потом… ухмыляется. Резко. Ядовито.
Делает несколько шагов ко мне, сокращая расстояние почти до нуля.
— А она? — спрашивает она, наклоняя голову чуть на бок. — Она тебя любит?
В её голосе — насмешка, перемешанная с ее ядом, на который я не обращал внимания все эти годы. И только сейчас до меня доходит, какое чудовище было рядом все это время.
— Она улетела в свой Лондон пять лет назад, променяв тебя на учёбу… — продолжает Лена, пытаясь давить каждым словом. — А ты всё ещё любишь её?
Она делает ещё шаг, почти вплотную.
— И ради какого-то увлечения, которое я могла тебе простить… — ее голос срывается, становится жестче, — ты рушишь свою семью?
Глаза Лены вспыхивают лютой злостью. Такой, которой я еще никогда не видел в ней.
— Из-за какой-то твари?!
Стоит ей затронуть Вику, я резко сжимаю руки в кулаки. Так сильно, что белеют костяшки.
— Заткнись, — сквозь зубы процедил я, стараясь держать себя в руках. — Не смей о ней так говорить! Уходи… пока я себя контролирую!
Я медленно поднимаю руку, и уверенно снимаю с пальца обручальное кольцо. Движение простое — но в нём слишком много смысла. Слишком много окончательного решения.
Я на секунду задерживаю его между пальцами, будто чувствую вес прожитых лет. Потом медленно беру Ленину ладонь. Разжимаю ее пальцы, и медленно кладу кольцо ей на ладонь.
— Уходи, Лена, — говорю тихо, устало, будто сил уже почти не осталось. — Давай не будем до основания разрушать то, что и так разрушено.
Лена не двигается. Смотрит на кольцо несколько минут, будто пытаясь осознать происходящее. Долго. Слишком долго. Ее пальцы чуть подрагивают. Потом она поднимая на меня свой взгляд, полный злости. И в следующую секунду — резкий звук пощёчины разрезает тишину. Её ладонь с силой ударяет меня по щеке, на секунду заставляя замереть.
— Ненавижу! — почти кричит она, задыхаясь от эмоций. — Ненавижу вас обоих!
Ее голос срывается, становится хриплым, надломленным, но по прежнему наполнен нескрываемой яростью.
— Я столько сделала, чтобы тебя удержать… — слова из нее вылетают беспорядочно, с отчаянием. — Чтоб ты остался со мной…
Она делает шаг назад, будто сама не контролирует, что говорит дальше.
— Даже беременность выдумала… — тише, но так же отчетливо говорит она, — которой не было…
Лена замирает. Словно только сейчас понимает, что сказала.
Я тоже не двигаюсь. Дышать становится тяжело. Словно грудную клетку сжимают в тисках. Медленно поворачиваю голову обратно после удара. Смотрю на нее словно на привидение ошарашенным взглядом. В глаза.
— Что ты сказала? — тихо спрашиваю я, чувствуя как внутри все начинает гореть адским пламенем.
Лена не отвечает сразу. Стоит, будто приросла к месту. Глаза расширены, дыхание сбившееся, пальцы все еще сжимают кольцо — так сильно, что белеют костяшки. Она смотрит на меня… и впервые за всё время в её взгляде — не вызов, не злость. Страх.
— Игорь… — тихо, дрогнувшим голосом, говорит она. — Я…
Она не успевает договорить. Я оказываю рядом в один шаг. Резко. Жёстко.
Хватаю её за плечи, с силой сжимая, будто пытаюсь удержать не её — а саму реальность, которая сейчас трещит у меня под ногами.
Пальцы впиваются в ткань, в кожу.
Лена вздрагивает от этой хватки.
Я наклоняюсь к ней, почти вплотную. Дышать тяжело настолько, что кажется меня разрывает изнутри.
— Что ты сказала?! — шиплю ей в лицо, едва сдерживая себя, чтоб не размазать эту дрянь по стене. — Повтори!
Мой собственный голос срывается на хрип. Я с силой встряхиваю ее, словно пытаясь привести в чувства. Сильно. Резко. Как куклу.
Лена жмурится, сжимается в моих руках, будто пытается стать меньше, исчезнуть, выскользнуть из этого момента. Я чувствую как напрягаются ее плечи, под моими пальцами.
— Отпусти… — срывается у неё, почти шёпотом, с дрожью. — Мне больно…
Но я не слышу. Или не хочу слышать. Пальцы сжимаются еще сильнее на ее плечах.
