Вокруг были только сутулые сморчки вместо мужчин. Забитые, затюканные, обиженные жизнью, хмурые и бредущие сами не знают куда… А он… Он сиял среди них. Озаряя влажными и брызгливыми оргазмами мою скучную сексуальную жизнь в душе. Мужу уже давно было все равно — удовлетворить меня своим чахлым гномиком он уже не мог. Я сосала мужу чисто ради приличия. Из вежливости что ли. Не чужой человек всё ж таки… А сама представляла, как меня ставят раком и ебут как суку. Как мой высокий сосед долбит меня, яростно задыхаясь и обливаясь потом на глазах у своих богатых друзей.
Однажды мы заходили в подъезд с мужем. Я как обычно тащила на себе пакеты с магазина, потому что «доставка дорого», муж продолжал что-то ворчать про политику, но когда лифт открылся перед нами… Там стоял он. И «стоял» самое точное слово, потому что даже когда мой высокий статный аристократичный сосед просто стоит и ничего не делает, он все равно выглядит как вздыбленная ширинка — прямой, со своими узкими агрессивными скулами и плавным поворотом головы в нашу сторону. Он впервые поздоровался с нами.
Сгорая от желания
— Добрый день, — и снова взглядом словно ушел в себя, оставаясь в неизменной позе без тени стеснения. Мы как два миньона суетливо всунулись в лифт со своими пакетами. Я дрожала как лист, и нарочно всячески отвлекала своего мужа, чтобы он не заметил, что я волнуюсь при этом соседе. — До свидания, — его голос прозвучал откуда то свысока, когда мы выходили. Глухой и глубокий. Но я знала, что я на прицеле у него. И это не давало мне покоя ни днем ни ночью.
Я ждала новой встречи и боялась ее.
Я тысячу раз в голове прокручивала момент, когда он поздоровается со мной, а я ответ потеряю дар речи и произнесу «здравствуйте, Господин» вместо «Добрый день», да еще и с такой дрожью в голосе, что он поймет, что меня можно выпороть как провинившуюся девочку по попе прямо в лифте.
Я мокла, я боялась, я дрожала и я взрывалась по несколько раз в день от неконтролируемого оргазма при мысли о своем красивом и статном соседе. И этот день настал. У меня сердце в пятки ушло, когда я как обычно плелась из магазина с пакетом молока и глазированным сырком в сумке, а в лифте, едущем с подземной парковки уже был… он.
— Броммрлмр — что-то отдаленно похожее на приветствие пробормотала я и вошла в лифт заполненный его аурой.
— Добрый день… — словно собираясь что-то сказать в продолжение стандартной вежливости четко и ясно заговорил мой искуситель. Я забыла как дышать, а он… как только двери лифта закрылись не глядя на меня заговорил своим хорошо поставленным брутальным голосом, которому невозможно перечить. — Мужу скажешь, что пошла мусор выносить, а сама явишься ко мне. Через десять минут. Апартаменты 517. Глазами в отражении я еще в надежде увидеть, что он говорит с кем-то по наушнику искала его лицо. Но он смотрел на меня, как коршун на свою хромую добычу. — Все поняла? — грозно удостоверился он, как только мы встретились глазами через отражение.
Я закивала и вышла… Через десять минут я холодной от озноба и зябкой рукой нажала на звонок с номером 517.Это оказалась квартира прямо надо нашей.
— Проходишь… снимаешь все это дерьмо с себя и становишься раком.
Я как опешила, флирта, игры я еще как-то могла ожидать, но вот так на полном серьезе… Сначала я думала рассмеяться, но как только мои уголки губ поползли вверх стало понятно по его каменному выражению лица, что он не шутит. Я затеребила пуговицы у горла на блузке и расстегнув их, стала стягивать ее с груди. Соски уже отвердели в домашнем бюстгальтере, а грудь трепетала от того, что вот так сейчас на нее будет пялиться этот красивый гигант. В серых брюках отчетливо проступали очертания его увесистой мужской игрушки. Я гладила её взглядом вольно и невольно, пока мой мозг медленно плавился.
— Может я… — попыталась я что-то возразить, но была молниеносно прервана.
— Давай давай, живее… — он щелкнул пальцами, — Теперь ты будешь бегать ко мне по первому моему требованию… дрочила на меня? Я стояла голая по пояс. Щеки горели от стыда и осознания, что если я сейчас сниму с себя штаны перед чужим мужчиной, зная, что под нами — в нашей квартире мой муж… Обратного пути уже не будет.
— Дрочила. Все ясно. Ну значит… — он покрутился на месте на каблуках своих лакированных туфель… — Значит сегодня покажешь мне как ты это делаешь…
Мои глаза округлились. Я была влажная и действительно, если бы я осталась одна то скорее всего именно этим бы я и занялась, но при нем…? Где граница унижения, у которой он остановится…
— Нравится смотреть на это? — мужчина указал указательным пальцем на свою ширинку.
Толстая мясистая колбасятина проступала, пульсируя венками через тонкую ткань классических брюк. У меня текли слюни. Изо всех щелей. Гипноз действовал и я проваливалась даже не пытаясь ухватиться за край. Он владел мной и каждая секунда все дальше отдаляла меня от бытности верной женой. Я становилась игрушкой, куклой в руках этого колдуна. Осанка выпрямилась, попка инстинктивно округлилась, соски торчали, а бедра влажно терлись одно об другое.
— У тебя красивая грудь. — я горела от того, что он смотрел на меня. Его движения были плавными, словно он был не человеком, а каким-то джином… языком пламени слегка раскачивающимся на ветру, — Значит слушай меня внимательно.
Он подошел ко мне. Цок цок цок — каждый шаг отдавался щелчками его каблуков по паркету. Высокий и ароматный он излучал ауру благополучия и секса. Я хотела его. Я готова была быть подставкой для его ног только бы ощутить его силу. Его механику движений. Я хотела щекой тереться о его ширинку или делать что-то еще более непристойное, только бы служить ему. Он протянул свой телефон.
— Встань на колени! Его голос прозвучал как приказ Зевса.
Я покорилась и встала. В одном нижнем белье пусть и домашнем и не слишком сексуальном — я все равно выглядела как секси кошечка. Он был дирижером моего тела. Круглая пышная попа и большая розовая грудь с красными сосками, которые было видно через белое кружево. В голове проносились мысли «Что он меня заставит сделать?», «Отсосать ему?», «Неужели я вернусь домой к мужу с полным ртом соседской кончи?» Мужчина протянул телефон.
