кто тут жить остался и не уехал. Рассказывала о Соньке, о том, как тяжело быть мамой. Как она устает постоянно следить за ребенком, что тоже мне не совсем понятно.
Элька — умная девка, всегда такой была, но почему-то до сих пор сидит дома и не работает. Соньку в детский садик не водит, на дому ее развивает. Девчонке вот-вот в школу, а она в обществе других детей очень редко бывает. Осуждаю? Разве может подруга осуждать?
Хм, может. Что я и делаю. Пыталась несколько раз вразумить Эльку, но у нее на это свой ответ. Говорит, что у меня нет детей, а значит, и советовать я не вправе. Отчасти она права.
Но и еще в одной теме нашего разговора я заподозрила неладное. Элька мельком проехалась по своему браку, точнее хотела высказаться, но вовремя остановилась. У меня сложилось впечатление, что у них с Тимохой не все так гладко, как она преподносит по телефону.
Вижу, что подругу что-то терзает, но в душу ей лезть не стала. Не в моих это правилах, да и к Эле особо и не залезешь. Захочет — сама расскажет.
— Сонь, иди спать уже, — в пятый раз говорит Элька дочери, но та ни в какую.
— Я буду папу ждать.
Упертая девочка. Вся в маму. Эля тоже та еще заноза в заднице. Смелая, непробиваемая…
— Вон, подъехал твой папа. Беги встречай, — говорит недовольным голосом Эля, а Сонька тут же с места срывается и к входной двери. Нам с кухни прекрасно видно прихожую.
И что я вижу?
В дом заходит Тимоха, а за ним Илья. Звонарев впивается своим взглядом в меня, и я полыхаю. Этот мужчина одними глазами из колеи выбивает, а что он творит в постели…
Еще немного, и стул подо мной начнет дымиться от жара, которым мое тело наполнено. И он ищет выход…
Да, мне срочно нужно сбросить внутреннее напряжение, и я даже знаю как.
— Софья Пална, приветствую, — говорит Тимоха и заходит на кухню.
Сонька крепко держит его за шею, сидя на руках. Дождалась, наконец.
Все время, что я в доме друзей, девчонка неугомонно говорила о папе. Надо же, как привязана…
— Можно просто Соня. — Подыгрываю Тимохиному тону. — Привет.
— Пьете, значит? — спрашивает глава семейства и ставит дочку на пол.
Я перевожу взгляд на Илью, который в этом доме чувствует себя вполне комфортно. Вижу по лицу. Вероятно, он здесь не впервой.
— Мы чуть-чуть. — Улыбается мужу Элька. — Илья, привет. Как посидели?
— Как всегда. Ничего особенного, — отвечает врун и на меня искоса поглядывает.
А я уже не могу этот взгляд выносить. Изнутри сгораю.
— Илья, ты же не пил? За рулем? — интересуется Элька.
— Ну да.
— Подвезешь будущую сестренку до дома?
Элька произнесла это вслух, а меня слегка замутило. Брат и сестра — жуть какая, точнее сказать, мерзость. Не хочу, чтобы нас так называли.
— Конечно. Что не сделаешь ради любимой сводной сестры, — говорит с издевкой Илья, но я начинаю потихоньку понимать его.
Ему нравится скрытность. Нравится игра. Нравится вся эта недоговоренность. Ну что ж, мне тоже такое по нраву. А значит, я подыграю…
— Ну что, любимый братик, поехали? — Не выдерживаю и негромко хихикаю.
— Давай. Жду на улице…
Он недолго ждал. Я еще миллион раз поцеловала Соньку, обняла подругу и вышла на улицу. Что-то у нас с Элей разлад какой-то произошел. Будто мы перестали слышать друг друга.
Уверена, этому есть объяснение. Трудно было не заметить напряг между ней и Тимохой. Может, поссорились? А может, развод?
Да нет. Про развод она бы мне точно сказала. Или..?
На улице свежо и морозно.
Единственный плюс этого захолустья — свежий воздух. Да, лес делает свое дело. Воздух прохладный, без газов и всяких выбросов от заводов. Нужно дышать, пока я тут. Освежаться, так сказать.
Пока иду к машине, смотрю по сторонам. Тихо.
Время еще совсем детское, но на улице никого. Да, это не центр города, но все же. Мне казалось, что в мою юность повсюду было так людно. Молодежь гуляла, машины ездили.
Знаю, что из городка большой отток населения произошел за последние десять лет. Молодняк стремится свалить отсюда туда, где развлечения, возможности, жизнь…
Да и тут она есть, но не такая, как хочется молодежи. И я их понимаю. Сама была такой. У меня было столько планов, идей, амбиций. В какой-то степени я добилась желаемого. Реализовалась в карьере. У меня получилось вырваться отсюда.
— Куда поедем? — интересуется Илья как бы между делом.
— Домой. Спать.
Раз он любит все эти игры, то и я не прочь поиграть в игру под названием «Облом».
— Ко мне домой? — спрашивает уверенно. Вот же наглец.
— Ко мне. Я обещала папе, что вернусь не поздно.
— Я могу позвонить и сказать, что с тобой.
— Нет, ты что! — повышаю голос. Папа сразу подумает о том…
Он подумает о том, что есть. А я не хочу этого.
— Ха-ха, вот ты даешь. — Начинает заразительно смеяться парень, что и я смеюсь. Да, я веду себя как ребенок, ну и что. — Серьезно домой?
— Да.
— Как скажешь. Знала бы ты, чего лишаешься…
— И чего же?
Поворачиваюсь и пристально смотрю на Илью, но он больше не улыбается. Смотрит перед собой и такой серьезный вид делает. Неестественно серьезный.
— А вот не скажу. Едем домой, — говорит будто бы сдержанно, но я вижу, что Илья улыбку скрывает. Не выдерживает накала, что между нами.
А он и впрямь сильный. Сижу рядом со Звонаревым и не могу расслабиться. В груди все трепещет.
— Зачем во двор? — спрашиваю, когда он ворота открыл. Удаленно. Откуда у него ключ от ворот моего дома?
— А куда? Я же у вас ночую.
— Точно. Я забыла. — Отец же говорил…
— У тебя еще есть шанс передумать, и мы еще можем поехать покататься, к примеру. — Не сдается будущий родственничек.
— Угомони свой хоч, Илья. Идем спать.
— Ну ладно, Ильина. Спать, так спать…
Глава 27
Не знаю, почему я решила продинамить Илью и не ехать к нему. В основном из-за папы. Я знаю, что он очень ждал моего приезда, а
