мире не существовало ничего, что принадлежало бы мне, что было бы моим целиком и полностью. В этом мире у меня было только мое одиночество. Еще никогда раньше я не ощущала себя такой несчастной.
И когда в коридоре раздались шаги, я утерла слезы, уставившись в одну точку. На кухню вошел Лукас, поправил растрепанные волосы и остановился посреди комнаты, оглядывая меня. Черная рубашка оказалась наполовину расстегнута, а галстук перекинут через шею.
Значит, Томас был прав. Лукас проводил время не один.
Я поджала губы, нахмурилась.
– С кем ты был? – хриплый голос резал тишину подобно тому, как металл скрипел по стеклу. Лукас усмехнулся.
– Обычно спрашивают «где», – проговорил он, заглядывая в холодильник. Я сжала ладони в кулаки, оставляя следы от ногтей на коже.
– Отвечай на вопрос, – потребовала я, а злость медленно растекалась по телу, заставляя дрожать. Пока он развлекался там с кем-то, его брат вел себя как настоящий придурок! И хорошо, что ничего не произошло, но я не собиралась терпеть его похабные предложения, не собиралась слушать все, что он говорил мне. Вот только сейчас я видела факты собственными глазами. Чертов Лукас Санчес проводил с кем-то время!
– Почему я должен на него отвечать?
– Потому что я имею право знать, если ты с кем-то спишь! – прошипела я, подавшись вперед. Лукас обернулся, захлопнул холодильник и подошел ко мне.
– Не имеешь, Лола. Если ты забыла, наш брак ненастоящий, я не клялся хранить тебе верность до гроба, не обещал не смотреть на женщин и не обещал держать член в штанах. Я свободный человек. И ты свободный человек.
– Ну раз так, то я последую твоему примеру, – вызывающе проговорила я, Лукас сжал челюсть, а я ухмыльнулась, смотря в его глаза. И каково это – когда в тебя тыкают твоими же словами? Лукас прикрыл глаза, затем снова посмотрел на меня. Я улыбнулась, кивнула и покинула кухню, оставляя Лукаса в одиночестве. Что ж, если он хотел играть, то я придумаю собственные правила.
Глава 9. Лукас
Шестнадцать часов назад
Ну по крайней мере, она не собиралась умирать. Почему я вообще повелся на тревожные мысли Адама, решив, что Лола могла свести счеты с жизнью? Она слишком любила себя, чтобы умирать такими способами.
Я поднял облитую кофе рубашку с пола, кинул в стиральную машинку и вышел из прачечной. Лола снова заперлась в комнате. Это и к лучшему. Я не стал ее донимать, просто одолжил рубашку у брата и спустился вниз.
Телефон зазвонил, когда я оказался на кухне. Мамы, Томаса и даже Адама уже не было. Вероятно, Томас ушел отсыпаться перед очередным ночным загулом, а мама… мама, как обычно, трезвонила подружкам. Что они могли обсуждать часами, я так и не смог понять.
– Да? – недопитый кофе безбожно остыл. После выходки Лолы на полу и столешнице еще остались следы расплесканного напитка.
– Лукас, у нас проблемы, – проговорил Джозеф – один из моих людей. Он был верен мне, а не отцу. А еще следил за магазинами.
– Говори.
– Магазин в центре вскрыли, – черт возьми! – И та девушка… она мертва, – выпалил он, будто боялся, что я задушу его через телефон.
Твою мать!
Я был близок к этому.
Кому вообще взбрело в голову залезать в магазин, принадлежащий мафиози?! В ювелирный магазин.
Тот, кому не нужна голова.
Этого я никак не ожидал. Убитая продавщица, вскрытый магазин. Что теперь напишут в газетах?
«Ни в чем не виновную девушку убили из-за разборок мафии»?
Чудесно. Просто здорово. Заголовки газет уже пестрели перед глазами.
– Много вынесли? – я зажмурился, прикрыв лицо ладонью.
– В этом и загвоздка, Лукас. Ничего.
– Ничего? – казалось, лимит на удивления исчерпан, но я почему-то удивился.
– Да, только вскрытый магазин и девушка.
– Предупреждение, – одновременно проговорили мы.
Черт возьми.
Я выдохнул и залпом допил холодный кофе.
– Скоро буду.
У меня было правило – никогда не выходить из дома без завтрака. Сегодня я его нарушил, схватил ключи и почти бегом вышел на улицу. Проигнорировал и первую сигарету, сев в машину и вдавив газ в пол.
Существовал только один человек, который мог замять это дело. Я знал, что у убитой была семья, знал, что они вряд ли успокоятся. Они ведь не имели понятия, на кого она работала. Думаю, она и сама не знала.
Я позвонил Тайфуну.
Аарон ответил почти сразу, выслушал мой сбивчивый рассказ и через несколько минут мы уже вместе входили в магазин.
Стекла на витринах оказались разбиты, а все украшения стояли на своих местах. Металлически сладковатый запах окутывал маленькое помещение, заставляя морщиться и задерживать дыхание.
Тайфун, нахмурившись, разглядывал все вокруг, присел около тела продавщицы, рассматривая ранение и лужу крови.
– Это не я и не мои люди, – проговорил я, разбив тишину. Здесь находились только мы. Больше ничьих глаз и ушей. Камеры выключил Джозеф по моей просьбе. Записи сохранены в двух экземплярах: один мне, другой Тайфуну.
– Верю, – отозвался Аарон, поднимаясь на ноги. – Твой отец? – я отрицательно качнул головой.
– Вряд ли он настолько спятил, что решил уничтожить свою же репутацию.
– Почему ты позвонил мне? Не думаешь, что моих рук дело? – вдруг спросил он, заставляя усмехнуться. Я сунул руки в карманы брюк.
– Даже если так, ты ведь не признаешься сейчас, а дело все равно замнешь, чтобы не выдать самого себя.
– Хорошо, мне нужны камеры и время, чтобы поработали криминалисты, – он замолчал, оглядывая меня. – Они все держат язык за зубами. Иначе не ходили бы со мной дополнил Аарон. Я поджал губы и кивнул.
Конечно, мне не нравилось то, что здесь будут шастать чужие люди. Люди не из моего клана. Тем более всего несколько лет назад, когда при власти находились наши отцы, кланы не жили в мире. Роберта Гонсалеса – отца Тайфуна, и Карлоса Санчеса – моего отца, связывала долгая и кровопролитная война. И с уходом Роберта от дел она не закончилась, отец продолжал воевать с Тайфуном, пока не проиграл. Не без моей помощи.
– Если они найдут того, кто это сделал, то пусть.
– Найдем, – заверил Тайфун и вышел позвонить, оставив меня с телом девушки наедине.
Я не хотел смотреть на нее, но упорно не отводил взгляд. Вот что делала наша жизнь с теми, кто оказывался рядом. Она ведь даже не знала, что это за мир, что мы за люди. Она просто работала, продавала чертовы побрякушки и обеспечивала младшую сестру.
Я едва сдержался, чтобы
