СОБОЙ ЗАБЕРИ!
— НЕНОРМАЛЬНАЯ! — вскрикивает Джексон. — Я точно упеку тебя в психушку, если ты не придешь в норму!
— ЭТО МЫ ЕЩЕ ПОСМОТРИМ!
— Ты потом мне еще «спасибо» скажешь за то, что я сделал это! Выйдешь из дурки нормальным человеком и поймешь, что была безмозглой дурой.
— Я СКАЖУ ТЕБЕ: «СПАСИБО», ЕСЛИ ТЫ ИСЧЕЗНЕШЬ ИЗ МОЕЙ ЖИЗНИ РАЗ И НАВСЕГДА.
— ИСЧЕЗНУ! И ЗАБЕРУ С СОБОЙ СВОЮ ДОЧЬ!
— Моя дочь останется СО МНОЙ!
— Ракель не станет такой же психованной дурой, как ты!
— А я не позволю ей остаться без внимания!
— Сомневаюсь, что тебе так уж сильно нужна твоя дочь!
— ЭТО ТЕБЕ ОНА НЕ НУЖНА!
— Хватит, Элизабет, ради бога! — отчаянно умоляет Алисия и тихо шмыгает носом.
— ПУСТИ МЕНЯ, ИДИОТ! — Элизабет с еще большим усердием пытается вырваться из хватки Джексона. — ПУСТИ! ОСТАВЬ МЕНЯ ОДНУ! Я НЕ ХОЧУ ТЕБЯ ВИДЕТЬ! И ЭТУ ДУРУ!
Через несколько секунд Элизабет все-таки удается силой вырваться из хватки Джексона.
— ОСТАВЬТЕ ВЫ ВСЕ МЕНЯ В ПОКОЕ! — во весь голос вскрикивает Элизабет. — ВЫ ВСЕ МЕНЯ ЗАКОЛЕБАЛИ! ЗА-КО-ЛЕ-БА-ЛИ! НЕНАВИЖУ ВАС, ИДИОТЫ!
Элизабет разворачивается и пулей убегает в другую комнату, захлопнув за собой дверь и оставив ошарашенных Алисию и Джексона одних. В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, во время которой они оба переглядываются между собой с ужасом в глазах, а девушка тихонько плачет из-за того, что ее собственная сестра повела себя так ужасно по отношению к ней. Так несправедливо…
Мужчина прекрасно это видит и подходит к своей невестке, чтобы попробовать успокоить ее, хотя и сам довольно сильно возбужден после ссоры со своей супругой, которая явно слетела с катушек и нуждается либо в хорошем отдыхе, либо в какой-то профессиональной помощи.
— Что я ей сделала? — слегка дрожащим голосом задается вопросом Алисия, пока Джексон мягко гладит ей плечи. — Что, Джексон? Почему она так со мной обращается? Почему моя сестра винит меня во всех грехах?
— Я и сам не понимаю… — устало вздыхает Джексон. — Эта женщина совсем попутала берега и не знает, что несет.
— Господи… Была такая скромная и тихая девочка, а тут вдруг стала какой-то сукой. Мегерой. Стервой.
— Знаешь, Алисия, боюсь, что тебе и правда стоит прекратить с ней общение, — спокойно говорит Джексон. — Хотя бы на какое-то время.
— Но я не могу. Она – моя сестра.
— Я понимаю, но ты же видишь, что с ней происходит. Элизабет совсем с катушек слетела, и я боюсь, что дальше будет хуже.
— Думаешь?
— Я нисколько не удивлюсь, если так и будет. Она уже предъявляет всем нелепые обвинения и говорит, что все про нее забыли после того как Ракель подросла.
— Неужели человек может так сильно измениться после рождения ребенка? Моя сестра никогда не была такой! Она всегда была очень мягкой, тихой и послушной! Иногда из нее невозможно было вытянуть и слово. Но что с ней произошло сейчас, спустя несколько лет после рождения Ракель?
— Наверное, во всем и правда виноваты роды. Потому что до рождения Ракель она такой не была.
— Но ведь несколько лет все было хорошо! — отмечает Алисия, обняв себя руками. — Почему же Элизабет изменилась только сейчас?
— Не знаю, Алисия, не знаю…
— У нее ведь не было послеродовой депрессии после рождения Ракель. Она была очень счастлива и ни на минуту не расставалась с малышкой.
— Верно…
— Ох, Джексон, я в растерянности…
— В любом случае я не исключаю, что нам придется насильно отвести ее ко врачу и отправить на лечение, если дело в ее голове.
— Да, помощь врача ей точно не помешает…
— Думаю, мне придется поговорить с ее родителями и обсудить эту ситуацию. Потому что так больше не может продолжаться. Я не могу смириться с этим истериками и не хочу, чтобы моя дочь и дальше видела и слышала все наши ссоры.
— Я понимаю.
— Или же мне стоит наплевать на эту женщину и просто пойти подать на развод.
— Но ты же не хочешь этого!
— Не хочу, но я не смогу жить с такой истеричкой, которая мотает мне нервы едва ли не больше, чем мой начальник.
— В этом случае я тебя поддерживаю. То, что делает Элизабет, просто ужасно! Я не могу делать вид, что так и должно быть.
— Я правда хочу быть рядом с ней и помочь справиться со всеми демонами. Но я боюсь подходить к ней, понимаешь. Кто знает, что придет ей в голову в следующий момент.
— Да уж… Не дай бог, она настолько свихнется, что захочет взяться за нож и убить кого-нибудь.
— Я не удивлюсь. От этой женщины можно ожидать чего угодно, пока она находится в таком состоянии.
— Знаешь, Джексон, я совсем не хочу тебя пугать, но…
— Что?
— Я все больше начинаю переживать за твою дочь.
— Ох, я и сам за нее боюсь… — устало вздыхает Джексон, проведя руками по лицу.
— Не погубит ли Элизабет своего ребенка? Ракель и так тяжело все это видеть и слышать, а моя сестра не стесняется в выражениях даже в ее присутствии. Не понимает, что она пугает свою дочку.
— Если бы не Ракель, я бы бросил Элизабет намного раньше. Но я держусь только ради нее. И ради своей дочери я стараюсь держаться. А в противном случае я бы точно сделал с твоей сестрой что-то ужасное.
— Ох, мне и самой уже хочется придушить ее собственными руками, — тяжело вздыхает Алисия. — Да, я все еще всем сердцем люблю Элизабет, но не могу закрывать глаза на все ее безобразные поступки, которыми она запросто отвернет от себя всех своих близких.
— И если я разведусь с Элизабет, то однозначно заберу у нее дочь.
— Заберешь?
— Я не могу позволить ей погубить Ракель. Эта женщина ненормальная, и я не знаю, чего
