Она посмотрела на него:
– Если б ты не был уверен во мне, разве позволил бы обрабатывать данные?
– Я слышал, что ты лучшая в этом деле.
Донован улыбнулась:
– Конечно.
– Значит, ты мне нужна. Но я помню, что вы с Мортоном в прошлом пересекались, плюс ты имеешь отношение к его жертве. Я хочу знать все, что ты раскопаешь. Все.
Она неопределенно кивнула:
– Судя по всему, он вручную копировал содержимое дисков на свой компьютер. У него очень простая система: после просмотра дисков и его импорта он помечал его условным обозначением. Х – мягкое гетеросексуальное порно. ХХ – гетеросексуальный хардкор. ХХХ – хардкор с насилием и возможным отсутствием согласия всех участвующих в этом. ВК – скрытая веб-камера или домашнее порно. ВК далее подразделяется на «фетиш», «соло» и тому подобное. Среди подростков сейчас очень модно записывать себя на камеру во время секса и затем размещать ролики в Интернете… – Кейт покачала головой. – Они даже не понимают, что делают со своим будущим.
Женщина передала Ною лист бумаги:
– Список наших приоритетных задач. Ганс составил его пару часов назад.
– Что обозначает буква «Н» и почему она выделена красным цветом?
– Все помеченное буквой «Н» означает участие ребенка в возрасте до четырнадцати лет. Такие материалы Ганс немедленно направляет нашей группе по борьбе с детской порнографией, а те пробивают данные по своей базе насильников, что экономит нам уйму времени и повышает шансы на то, что мы спасем некоторых из жертв. Однако Мортон сам ничего не снимал. Он был просто торговцем, поэтому шансы отследить первоисточник сводятся практически к нулю.
Ноя было сложно разозлить, но преступления против детей всегда приводили его в бешенство. Хотя ФБР и местные правоохранительные органы за последние годы многого добились в сфере расследования дел, связанных с детской порнографией, количество подобных правонарушений неуклонно росло. Если сразу не удавалось установить личность жертвы или преступника, агенты загружали материалы в свою базу данных, чтобы использовать их впоследствии. В эмоциональном плане борьба с киберпреступностью против детей – самая тяжелая работа в Бюро, и это подразделение являлось одним из немногих, перевод агентов из которого можно было организовать без особых сложностей.
– Ной, хватит с меня глупостей, – сказала Кейт. – Я понимаю, какое доверие ты оказал мне, и – поверь – хочу остановить то, над чем работал Мортон, не меньше тебя. Но законно.
Армстронг поднялся.
– Надеюсь, скоро вернусь. Вчера в мотеле Эбигейл удалось поговорить лишь с простым клерком. Сегодня должен вернуться менеджер, именно он регистрировал заезд Мортона. Надеюсь, у него будет информация, так как вчера мы не получили ничего полезного.
* * *
Хотя стажировка Люси предполагала лишь частичную занятость с понедельника по пятницу, бо´льшая часть персонала морга работала посменно, и она знала практически всех сотрудников. Кинкейд всегда старалась поговорить с каждым, даже несмотря на то, что была стажером временно. Она быстро поняла, что может гораздо больше узнать о работе, если подружится с окружающими ее людьми.
Люси пользовалась свободным доступом к любым помещениям, поэтому прошла напрямую в приемную и достала папку с делом Брэда Прентера. Никто не задал ни одного вопроса, а если б и задал, она придумала бы более-менее обоснованное объяснение вроде проверки на предмет правильности заполнения всех необходимых форм. Но вопросов так и не последовало.
Вскрытие произвели вчера вечером, в понедельник утром тело должна была забрать местная похоронная контора. Поскольку произошло убийство, все улики хранились в комнате вещественных доказательств, а одежда и прочие вещи, обнаруженные при жертве, находились в сушке. Согласно правилам, их требовалось просушить и изучить на предмет обнаружения трасеологических улик и следов крови. Затем все предметы одежды и личные принадлежности упаковывались для возможного использования в суде.
Работая в морге, Люси привыкла к мертвецам, но Брэд Прентер был ей знаком… В прошлый четверг он отправился в клуб потому, что надеялся встретить ее альтер-эго, Таню. Открыв папку и увидев фотографию его трупа на столе для вскрытий, женщина испытала шок. К делу прилагался DVD-диск, так как вскрытия жертв убийств записывались на видео.
Кинкейд не могла просмотреть диск – он был опечатан, – а потому отложила его в сторону и принялась за чтение отчета. Три выстрела в живот, сделанные с расстояния двух-четырех футов. Выходных отверстий не обнаружено. Пули отправлены в лабораторию для проведения баллистических испытаний – стандартная практика. Затем их передадут в ФБР и добавят в базу данных для сравнения с другими баллистическими отчетами, чтобы определить, использовалось ли это оружие при совершении других преступлений, как раскрытых, так и нераскрытых.
По мнению патологоанатома, пулевые ранения в торс оказались смертельными – повреждены печень, легкое и желудок. Кроме того, преступник выстрелил Прентеру в затылок под углом; данный факт указывает на то, что в момент последнего выстрела парень стоял на коленях. Он умер мгновенно.
Три пули в торс спереди, одна в голову сзади… Люси попыталась представить момент убийства. Убийца смотрит Прентеру в глаза – либо тот знал убийцу и не попытался сбежать, либо злоумышленник застал его врасплох и застрелил, не дав ему возможности скрыться. Жертва падает на колени, что может указывать на оружие малого калибра. Пули более высокого калибра, скорее всего, опрокинули бы мужчину на спину. Затем убийца обходит свою жертву и пускает ему пулю в затылок. Контрольный выстрел.
Но насильник был уже обречен. Он умер бы спустя несколько минут. Быть может, парень знал убийцу, и тот боялся, что раненый успеет назвать его имя? Быть может, злоумышленник хотел удостовериться, что к моменту обнаружения тела Прентер точно будет мертв?
В папке с документами лежал список обнаруженных при убитом вещдоков, а также указывалось место их хранения. Предметы, найденные при Прентере, находились в морге, хотя Люси знала, что некоторые личные вещи и наркотики уже отправлены в лабораторию или комнату вещественных доказательств. Ампулы из кармана его брюк уже в лаборатории, но данных о результатах анализа в папке пока не было. Образцы крови уже обработаны – стандартная токсикологическая экспертиза гласила, что уровень алкогольного опьянения соответствовал низкому. Прентер никак не мог быть сильно пьян.
Имелась также копия первичного полицейского отчета, но полного письменного протокола о дальнейших следственных действиях не было. Черт, она очень хотела увидеть этот документ и надеялась, что Коди поможет его достать. Не слишком ли многого она от него ждет? Люси надеялась, что нет, но при этом не хотела злоупотреблять их дружбой. Что поделаешь – необходимо узнать, что произошло с Прентером.
