Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 71
Анфиса искренне считала, что после таких вот «разумных действий» любой разумный мужчина вместо поцелуя наградит любимую пинком под зад, и, собственно, именно этим пинком, а не поцелуем, фильм и должен закончиться.
А что?.. Находка. Финальные титры на фоне женской задницы с отпечатком мужского ботинка — это фурор. Впрочем, вряд ли прогрессивная женская общественность это допустит.
— Я не боюсь, но эта фотография… странная. Нам нужно срочно выяснить, что здесь было до войны. Нам нужно срочно выяснить, откуда у него на руке воск и почему дверь была открыта, когда вы приехали с бабушкой! Вот что нам нужно.
— И «пионеры», — не слушая ее, продолжал Юра, — которых видела Клавдия. Что это за ребята и откуда они взялись? Зачем они приходили?
— Ну, если он учитель истории, может, он репетиторством подрабатывал!
— Вот это нам и нужно выяснить.
— Посветите мне! — приказала Анфиса. — Давайте по порядку, одно за другим.
Она подошла к белевшей в темноте кровати, наклонилась и стала рассматривать. Юра вздохнул. Сколько раз все это было в прошлой жизни — осмотр места происшествия, протокол, эксперты!.. Все повторяется на следующем витке, только чуть-чуть по-другому.
Нет, не так. Совсем по-другому.
— Юр, а свет точно нельзя зажечь?
— Лучше пока не зажигать.
— Тогда светите, светите мне!
Он поднял фонарь над ее плечом и нацелил его на постель.
— Что вы хотите здесь увидеть?
— Капли воска. Я хочу понять, есть ли воск на постели.
— Вряд ли он лежал в кровати со свечой в руке.
— Очень смешно, — сердито сказала Анфиса. — А то я без вас не понимаю, что вряд ли! Только воск откуда-то взялся!
— Он мог быть со свечой в каком-то месте, где нет электричества.
— Вот именно. Где в доме может быть такое место?
— Сарай? — предположил Юра, — Погреб?
— Это не в доме, — отрезала Анфиса. — Он ни что не стал бы выходить из дому, он был напуган привидением до полусмерти!
— Но мы с Марфой Васильевной встретили его на улице! Помните? После чего ваша бабушка решила, что должна все выяснить и угостить его пирогами.
— Но тогда было светло, — зашептала она в ответ, — а ночью темно! Когда светло, силы зла не действуют! Вы что? Ничего не знаете о привидениях?
— Почти ничего, — покаялся Юра. — Вам видней.
Анфиса сделала решительное лицо и, как в воду, запустила в постель руки. Переложила одеяла и подушку, осмотрела их со всех сторон. Юра светил.
— Ничего нет, — констатировала она. — Надо искать. И именно в доме. Где в доме может не быть света?
— Например, в ванной?
— Там есть свет!
— Откуда вы знаете? Может, там лампочка перегорела! Надо посмотреть, — предложил разумный и приземленный Юра. Вот кто точно не стал бы целовать бестолковую героиню взасос, а по заднице надавал бы! Не выйдет из него романтический герой!
Паровозиком, он впереди, она позади, дошли до ванной. Окна в ней не было, и, протиснувшись в крохотное помещение, они оказались к кромешной темноте, потому что фонарь Юра погасил, да еще очень близко друг к другу.
Одри Хепберн и Питер О'Тул в чуланчике!
Как назывался фильм? Кажется, «Как украсть миллион», и там все было не так, как у них, — весело, красиво и с надеждой на лучшее будущее.
Он раздраженно зашарил по стене — искал выключатель, а Одри Хепберн выразительно сопела рядом.
— Нашел!
Свет коротким ударом хлестнул по глазам и погас.
— Что такое?!
— Все в порядке. Свет есть.
Анфиса ничего не могла рассмотреть. Теперь перед глазами плавали фиолетовые круги с оранжевым ободком по краям. В центре каждого круга была старенькая раковина и водонагревательная колонка над ней. И еще Юрина рука, протянутая к выключателю.
Анфиса все терла глаза.
— Значит, в ванной свет есть, а из дома он не выходил. Юра, пойдемте на кухню.
— Зачем?
— Там должен быте подпол. Не может быть, чтобы у Петра Мартыновича не было подпола!
— А почему вы думаете, что он на кухне?
— Потому что с кухни банки в подпол проще опускать!
И тем не менее подпол был не на кухне. Они последовательно обошли весь дом, поднимая старые домотканые половики и вытертые ковры, прежде чем нашли квадратный вырез в досках, довольно большой.
— Анфиса, помогите мне!
Вдвоем, пристроив фонарь к ножке пузатого буфета, они кое-как приподняли тяжеленную крышку.
— Как же он один его открывал?!
— У него наверняка было какое-нибудь присполение.
— Какое приспособление?!
— Кочерга или что-то в этом роде.
— Тогда странно, что поблизости ничего нет… такого. Глупо держать кочергу, которой открывается погреб, далеко от него.
— Может, и есть, — пропыхтел Юра, — только мы не знаем где!..
Крышка, сколоченная из половых досок, тяжело скрипнула, отваливаясь к стене, и открылся зев, черный и страшный, гораздо темнее и страшнее, чем окружающая их лунная тьма.
Юра подхватил фонарь — луч полоснул по стенам — и посветил вниз.
Анфиса, сдерживая дыхание, заглянула в погреб.
Оттуда пахнуло сыростью, гнилым деревом и мокрым кирпичом как будто. Был еще какой-то запах, довольно странный и непривычный, тяжелый.
— Там… кто-то еще умер?
Юра оглянулся на нее и понял, что она не шутит. Анфиса не шутила. Она была напугана.
— Нет. Это… не трупный запах. Это химия какая-то.
— Откуда вы знаете?!
И он сказал:
— Я много лет проработал ментом.
— Вы?!
— Я.
— Как?! Почему?!
— Потому что у меня была такая работа. Думаете откуда Иван Иванович меня взял?.. Кстати, на крышке погреба капель воска нет, вы заметили?
— А почему вы перестали работать ментом?
На этот вопрос он не ответил. Свесив голову, он смотрел вниз, в подпол, водил лучом по ровным рядам банок.
— Здесь закуски на много лет вперед. Если еще и самогоночка есть…
— Почему вы ушли из милиции сторожить чужую дачу?
— И грибы! Как вы думаете, если я притащу домой банку с белыми, Клавдия меня убьет на месте или будет долго пытать?
— Вам в детстве никто не говорил, что воровать нехорошо?
— Так они все равно все пропадут, а мы… под водочку…
— Вас уволили за пьянство?
— Анфиса, — он выпрямился и все-таки посветил ей в лицо, потому что она ему надоела. — Я не хочу об этом говорить. Хотите узнавать — узнавайте. Я вам помогать не буду.
— Вы что, застрелили напарника? Или соседского мальчишку-хулигана? Или вашу жену взяли в заложницы и вы не смогли ее спасти?
— Света там действительно нет, между прочим. И запах странный.
— А если я у Ивана Ивановича спрошу?
— Надо туда спуститься. Держите фонарь.
Анфиса взяла у него фонарь, стала на колени и тоже свесилась головой вниз.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 71
