с моей сестрой и братьями и понимала, что тут меня всегда поймут и выслушают. А сейчас я просто боялась, трусила, не могла взять себя в руки и просто посмотреть маме в глаза.
Как только я повесила в шкаф, меня прижали к себе и я, в который раз за день, расплакалась. Мне так больно стало в этот момент. Все те переживания, которые я переношу последние месяцы, начали выплескиваться наружу горячими ручьями на щеках. Мы так и стояли рыдая, пока к нам не подошел папа и не обнял нас двоих.
— Девочки мои. — тихо начал он, — Пойдемте на кухню, я чай вкусный сделал и булочки есть. — он поцеловал каждую из нас в висок и притянул крепче к себе. — Ну, хватит сырость разводить.
Так мы и пошли на кухню под папин бубнеж.
Уже сидя за столом и попивая вкусный чай, мама начала разговор, которого я так боялась.
— Ты мне скажешь, что за молодой человек был сегодня с тобой с утра? — мама посмотрела на меня вопросительно, а у меня встал ком в горле.
Что мне ей сказать? Врать нет смысла, потому что вранье всегда вскрывается. Да и правду я сказать не могу. Скажу что парень, а через месяц меня оставят ради этой змеи Насти, что тогда я буду говорить?
Я перевела взгляд на папу, который тоже смотрел на меня в ожидании, но только с улыбкой на губах.
— Это был Максим Старостин. — фух, первое сказала, теперь нужно продолжать, но как же тяжело. — Мы с ним учимся в одном университете, только курсы разные. — так, еще одно сказала, как же сказать самое главное? — Он… Он…
— Я парень Миры, Максим. — я наверное побледнела, потому что такого не ожидал никто. Макс прошел на кухню к нам, поставил пакеты с продуктами возле холодильника, подошел к папе и протянул руку, на что папа с улыбкой ответил, — Геннадий Викторович здравствуйте. — а после повернулся к вкрай обалдевшей маме и протянул ей руку. — Ирина Ивановна. — и Макс поцеловал маме руку.
Я просто охренела, а мама так вообще быстро выдернула свою руку назад! Я ждала, что сейчас разразиться ураган, но меня опять удивила мама.
— Руки мне целовать не нужно, молодой человек. — голос мамы звучал ровно, но смешливые нотки в них слышались, что не могло ни напрячь меня, и только папа озорно улыбался, — У меня муж ревнивый. — после последних слов папа не выдержал и засмеялся, вставая из-за стола к сильно удивленному Максу, похлопал его по плечу и сказал.
— Не переживай, сынок, — сквозь смех говорил папа, — Ира всегда в напряженных ситуациях выдает всякие «интересные» фразы. — и подтолкнул Макса к стулу, который стоял как раз возле меня. — Садись, будем чай пить вместе. Заодно познакомимся ближе, чтобы моя любимая жена успокоилась. — папа пошел за кружкой для Макса, который так и не мог понять что на самом деле происходит.
Макс…
Меня начинало подкидывать от какого-то непонятного волнения. Я пытаюсь себя успокоить, но получается обратный эффект. На тренировке так вообще, я готов был убивать всех на своем пути.
Утро и так пересрали. Эта Настя еще со своими претензиями! И послать не могу ее! Мира ушла, хлопнув дверью, а в течение дня избегала меня постоянно. Да еще и отец начал писать и звонить со своими тупыми угрозами и претензиями! Как же меня это все достало!
И только собрался ехать к Мире, как в сердце начала подниматься тревога. Я же не страдал никогда такое хернёй как предчувствие, а сегодня места себе не мог найти.
Заскочил в магазин закупиться продуктами. Нужно будет опять извиняться перед Колючкой, как она меня еще не послала? Подъехал к подъезду, вижу чужую, но такую знакомую машину, что начинаю догадываться, что у моей Колючки сейчас происходит «допрос с пристрастиями».
Хорошо что у меня есть ключи от квартиры. Быстро поднимаюсь на нужный этаж, захожу, тихо раздеваюсь и слышу тихие разговоры на кухне. Интересно? Я ждал немного другое здесь услышать. Также тихо иду в сторону кухни и начинаю различать, о чем идет разговор. Моя Колючка пытаются объяснить кто же тот парень, который сегодня показался в камере утром.
Она мнется, говорит всякую общую хрень, но я не слышу основных слов и меня это задевает! Я даже не ожидал от себя, что мне может стать неприятно от того, что девушка не может признаться своим родителям кто я такой для нее!
За грудиной все сжимается от паршивого чувства. Хотя чего я ждал! Сам виноват!
А когда Мира начинает вообще заикаться, решаю, что нужно все-таки обозначить четко наши границы и будь что будет.
— Я парень Миры, Максим. — делаю шаг на кухню и четко представляюсь сам.
Ооо да! Это стоило того. Я такого фурора не вызывал даже, когда пьяный вваливался домой в шестнадцать. Первое, что замечаю — это взволнованно-испуганный взгляд Миры, после уже обращаю внимание на маму Миры, которая от моего появления впадает в какой-то шок. В ее глазах плещется удивление, тревога и уважение, что меня несказанно радует. А вот Геннадий Викторович наоборот давится смехом, тщетно пытаясь скрыть улыбку за кружкой чая.
— Геннадий Викторович здравствуйте. — здороваюсь с мужчиной, который тепло пожимает мою руку, после того как я занес и поставил пакеты с продуктами, и подошел к столу. — Ирина Ивановна. — протягиваю маме Миры руку, но она не спешит давать свою.
Но когда меня это останавливало. Я сам беру ее руку, которая лежит на столе и целую тыльную сторону. Но того, что она ее выдернет из моего захвата никак не ожидал.
— Руки мне целовать не нужно, молодой человек. У меня муж ревнивый. — вот от этих слов я теперь испытал шок, но громкий смех Геннадия Викторовича дал понять, что это все шутки.
— Не переживай сынок, — вставая со своего места, отец Миры подтолкнул меня к столу, чтобы я садился, а сам продолжал смеяться, — Ира всегда в напряженных ситуациях выдает всякие «интересные» фразы. Садись, будем чай пить вместе. Заодно познакомимся ближе, чтобы моя любимая жена успокоилась.
И я сел. Рядом со своей Колючкой, которая была напряжена как струна, тронь только и зазвенит вся. Передо мной поставили кружку с дымящимся чаем и потек наш разговор уже более спокойно.
Только Мира все не расслаблялась. Я аккуратно опустил свою руку под стол и нежно погладил ее по ножке. Хотел сделать это незаметно, но моя нервная девочка подпрыгнула на месте от моего прикосновения и посмотрела на
