Петька замолчал и заметно занервничал:
– А что за авторитет-то? Ты его хорошо знаешь? Ты ему доверяешь?
– Ну а ты как думаешь, если я за человека замуж выхожу. Не знаю, может быть, ты про него слышал. Он личность известная. Его кличка Ворон.
– Как?!
– Ворон.
Увидев в Петькиных глазах панику и безумие, я слегка растерялась и как-то неуверенно спросила:
– А ты что, и вправду про него слышал?
Петька молчал и застыл на месте.
– Скажи, ты о нем что-то слышал? Ты что-то о нем знаешь? Петь, ну что ты на меня смотришь-то? Я знаю, что он личность довольно известная, что говорят про него всякие ужасы, но мне это глубоко безразлично. Мне крыша нужна. У меня вон какое наследство. На него знаешь сколько желающих, обалдеть. Мне это наследство охранять как-то нужно, а с такой крышей мне ничего не страшно, за Вороном я буду как за каменной стеной.
В этот момент в моих руках зазвонил мобильник. Я слегка вздрогнула и посмотрела на определитель номера. Номер был не определен. Чутье подсказало мне, что это звонит Ворон, потому что с телефонов, на которых стояли блокираторы определителей номеров, мне звонили крайне редко.
– А вот и мой жених звонит. Вернее, я точно не знаю, но почему-то думаю, что это все-таки он. Наверное, Ворон чувствует, что у меня друг в беду попал. Хочет помочь. Сейчас я отвечу, и он все твои проблемы решит за считанные минуты.
Но дальше произошло то, что я ожидала меньше всего. Петька буквально выбил телефон из моих рук и не дал мне ответить. Телефон с грохотом упал на пол, чудом не разбился, но не перестал при этом звонить. От неожиданности я широко открыла рот и задышала, как рыба, выброшенная на берег.
– Ты чего творишь?! Это мой будущий муж звонит! Ты чего руки распускаешь, ведь он может тебе помочь!
– Таня, не говори ему про меня… Не говори… – на Петькиных глазах вновь появились слезы. – Танечка, милая, Христом Богом тебя молю! Не погуби!
– Хорошо, не скажу, только зачем ты на телефон бросаешься, придурочный?! Ты едва мне мобильник не разбил! Сейчас проверим, работает он или нет.
Слегка отодвинувшись от Петьки, я подняла с пола мобильник и нажала на кнопку вызова. Как я и думала, на том конце провода послышался голос Ворона.
– Татьяна, ты не ожидала меня услышать? – промурлыкал Ворон, как мартовский кот весной.
– Номер не определен. Я почему-то сразу подумала, что это ты.
– А тебе что, никогда не звонят с не определенных номеров?
– Очень редко.
– Хочешь, я сделаю так, что твой номер тоже будет не определен?
– Не стоит. Мне не от кого скрываться.
– А ты думаешь, что я от кого-то скрываюсь?! – Ворон громко рассмеялся. Было видно, что он пребывает в прекрасном настроении. – Танечка, а как ты думаешь, где я нахожусь?
– В кафе.
– Совершенно верно.
– В том самом кафе, где мы были с тобой вчера.
– Как ты догадалась?
– Мне об этом сказал администратор, когда я приходила в кафе за своим мобильником.
– Знаю. А ты можешь себе представить, что почувствовал я, когда узнал, что до меня в кафе была ты и меня не дождалась. Почему ты не позвонила мне и не сказала о том, что забыла свой телефон?
– Я не хотела тебя тревожить…
– Ты просто обязана меня тревожить, мне приятно для тебя что-то делать. Я бы сказал кому-нибудь из своих ребят, и твой телефон мигом привезли бы тебе домой. Очень жаль, что ты меня не дождалась, ведь я приехал буквально следом за тобой. Мы могли пообедать вместе. Кстати, ты сейчас где?
– Я уже отъехала на приличное расстояние. Но ничего. Мы с тобой еще свое наверстаем. Пообедаем в самое ближайшее время, – попыталась я задобрить Ворона.
– Конечно, тем более что у нас с тобой вся жизнь впереди. Лапуля, ты только подумай, целая жизнь… Лапуля, скажи, а ты хочешь встретить со мной старость?
Я постаралась перевести разговор в шутку, но шутка получилась какой-то однобокой и совсем не смешной.
– Конечно, хочу, если тебя не убьют и ты доживешь до старости.
Ворону, конечно же, не понравилась моя глупая, совершенно неуместная шутка, и он не стал скрывать своего возмущения.
– Лапуля, ты это… Ты так не шути. Это не смешно. Я у тебя жить, знаешь, как долго буду. Я у тебя долгожитель. У меня здоровье отменное. А то, что вчера приключилось, ты в голову не бери. Я же тебе уже сказал, что это недоразумение. Обыкновенное недоразумение. Какие-то щенки решили нервы пощекотать… Они и стрелять-то не умеют. Высунули руку с пистолетом и на понт меня взяли. А на большее пороху не хватило. Так вот, одному щенку удалось убежать, а другой где-то в соседних домах скрывается. Мои ребята все обыскали, но ничего не нашли. Видно, спрятался хорошо, зараза. Да только от моих ребят черта с два спрячешься. Этого щенка в плечо ранили. Он по-любому много крови потерял, всю ночь где-то отсиживался и должен хреново себя чувствовать, если не сдох, конечно. Через полчаса мои ребята будут проверять все окрестные дома и подвалы. Найдут они этого гада, век свободы не видать. Так что, лапуля, ты, пожалуйста, не думай, что тот, кто в меня стрелял, безнаказанным останется. Падла буду, подохнет он у меня! Я беспредела не люблю и всегда давил таких отморозков. Ты веришь мне, что я этого подонка из-под земли достану?!
– Верю, – мне показалось, что сейчас время просто остановилось и я почти не слышу собственного голоса.
Ворон немного помолчал и добавил:
– А я, лапуля, в своем родном кафе сижу. Жалко, конечно, что тебя нет рядом. Я сейчас пообедаю и подожду, пока мои ребята все дворы проверят, может, прямо сейчас и найдут этого гада. Тогда его собственными руками задушу, а мои ребята мне в этом помогут.
Как только воцарилось молчание, я испуганно посмотрела на Петьку, который ловил мое каждое слово, и точно так же испуганно произнесла:
– Ворон, а когда твои ребята дворы прочесывать будут?
– Лапуля, да зачем оно тебе надо? Это мужские дела.
– И все же.
– Забыл, что ты у меня такая любопытная. А любопытной Варваре на базаре нос оторвали.
– Хорошо. Ты мне сейчас ответишь, а я постараюсь исправиться. Так когда дворы прочесывать будут?
– Говорят, что минут через двадцать. Сейчас еще немного народа подтянется, и начнут.
При этих словах меня затрясло, как в лихорадке, и я взволнованно произнесла:
– Дорогой, ты бы кушал спокойно. Для хорошего пищеварения очень важно спокойствие. Не думай ни о каком прочесывании дворов. Зачем ты забиваешь свою голову подобными пустяками?!
– Танечка, это не пустяк, а дело принципа, ведь оно касается не чего-нибудь, а моей жизни. Если я буду позволять организовывать на себя покушения, то я и в самом деле не доживу до старости. Не переживай, моя хорошая. У меня все схвачено. За все заплачено. У меня связи знаешь какие, тебе и не снилось. Мои ребята уже по всем своим каналам действуют, все больницы обзвонили, и если хотя бы в одну из них поступит человек с огнестрельным ранением, то они обязательно будут про это знать. Даже если он где-то денег даст врачам за молчание, мы все равно его найдем. Мои ребята по всем больницам проедутся и все равно его вычислят. Ты же знаешь, что огнестрельные ранения всегда регистрируют. Так вот, если кто-то не зарегистрирует, то можно считать, что это была самая последняя ошибка в его жизни. Только вряд ли он в таком состоянии до больницы доберется. Все окрестные дворы контролируются.
