надо мной.
Да, былое не играет роли, ведь оно прошло. Умом я это понимаю. Но сейчас во мне преобладают эмоции. В особенности гнев. Гектор спал с ними. С обеими. Одновременно. Он трогал меня точно так же, как трогал ранее их. Целовал точно так же. Стискивал в пылких объятиях. Возможно, даже кусал. Вставлял между прекрасных длинных ножек сначала одной, затем другой. И так всю ночь напролет. В пьяном угаре предавался разврату с двумя красотками, чьи тела находились в его полном подчинении.
А теперь они сидят там и смеются надо мной, почти показывая пальцами. И с этим ничего не сделать. Никак не изменить. Невыносимо.
Я вспоминала нашу с Гектором незабываемую ночь, а воображение переносило все его ласки на других девушек. Должно быть, многочисленных. Это было омерзительно, но остановиться я не могла. Дошло до того, что я вдруг поняла: с этого дня я не смогу лечь с любимым мужчиной в одну постель. Едва он будет касаться меня, перед глазами будет стоять совсем другая картина.
– Сара?
Знакомый голос разрезал пространство, до отказа заполненное дурными домыслами и готовое лопнуть от их количества. Я вздрогнула, коротко осмотрелась и увидела Хартингтона. Мы оба скорчили такие лица, словно нам положили слишком много горчицы в хот-дог. Признаться, с того момента, когда Билл решил больше со мной не общаться, мы с ним так и не встречались один на один. Виделись, конечно, очень часто, потому что проводили на Гранж Пул Драйв все свободное время. Перекидывались взглядами, но не здоровались и не общались. Я все время находилась в компании, да и о чем нам было беседовать? Парень сам решил, что нашим дорожкам лучше разойтись. Я не настаивала на обратном.
И вот теперь мы смотрим друг другу в глаза и одинаково не рады этой встрече тет-а-тет. Я не собиралась с ним заговаривать. Мои размышления были совсем в другом месте. Мы могли бы обойтись без слов, но Билл все-таки раскрыл свой пухлый рот. Он решил, что так будет лучше. Мое мнение не учитывалось.
– Гектора ждешь?
– Жду. Здравствуй.
– Привет. Смотрю, у тебя все прекрасно. Своего добилась. Теперь пожинаешь плоды расчетов.
Я слушала его голос, полный насмешки, а думала о том, что Билл вполне симпатичный и даже похож на Тома Харди в молодости. Но в нем нет и капли харизмы. Зато у Соулрайда ее чересчур – хлещет из бесовских зеленых глаз, сыплется медью с рыжих волос, змеей таится в каждом упругом движении поджарого тела, выжидая, чтобы пружинисто броситься и угостить тебя ядом, капающим с крупных белых зубов рысьего оскала. Должно быть, по этой причине за Биллом не бегает столько поклонниц, как за Гектором, вовсе не из-за поражений на треке. Повезет его девушке, наверное. Она не будет мучиться, как я. А может, и будет. Только по-другому.
– Хочешь сказать что-то конкретное – говори, – отозвалась я спустя небольшую паузу.
– Я знал, что ты меня используешь, чтобы приблизиться к Соулрайду.
– Ну и что я должна тебе на это отвечать? Ты пришел только этим со мной поделиться? Хорошо, давай правду за правду. Я знала, что твои родители – неприятные люди и ты мало чем от них отличаешься.
– Мои родители меня хотя бы любят. Я нужен им.
Хартингтон закипал, пусть и старался не подавать виду. Я улыбнулась в ответ на эту реплику. Нет, Билл вовсе не выводил меня сильнее, чем те девушки, смеющиеся надо мной. Вызывать в ком-то злость не так обидно, как вызывать насмешку. К тому же я все еще хорошо помнила, что нравилась Биллу. И наверное, до сих пор нравлюсь, если он так бесится, стараясь задеть меня за живое.
– А ты, очевидно, надеялся, будто у нас с тобой что-то получится? Это напрасно, Билл. У тебя был шанс мне понравиться, но ты сам его загубил.
– И знаешь, я рад этому. Не хотелось бы иметь такую эгоистичную и расчетливую девушку, как ты.
– Увы, только сильные мужчины способны вынести таких, как я.
– Это ты Гектора имеешь в виду? Он-то сильный мужчина? Бабник, падкий на любое глубокое декольте и хорошенькие ножки? Гонщик, что боится проиграть каждый раз, как садится в болид? Это его ты считаешь сильным мужчиной?
– За его спиной ты горазд распускать язык. Зато, помнится, когда Гектор намекнул тебе о своих намерениях относительно меня, ты сразу отошел в сторонку, – язвила я, внимательно наблюдая за тем, как каждое мое слово отзывается на лице Хартингтона.
– Ты не должна была об этом знать. У нас был уговор… И вообще! Кто ты такая, Фрай? С чего взяла, что тебе есть место на Гранж Пул Драйв? Тебя не интересуют гонки, как и всех потаскух, которые приходят поглазеть на мужиков. И сюда ты вклинилась только ради того, чтобы заполучить восемьдесят пятого. Получила. Теперь проваливай. Хватит лицемерно делать вид, будто жить не можешь без гонок.
– Здесь ты неправ, Билли, – сдержанно возразила я.
– Прав. И мы все это увидим, когда Соулрайд бросит тебя. А это, поверь, случится в ближайшее время.
Я беззлобно смотрела на паренька, брызжущего желанием самоутвердиться и напакостить мне. В нем было столько негатива, что мой собственный запал куда-то подевался. Во мне воцарился эмоциональный штиль. Как же все это низко и мелочно. Я презирала себя за то, что вообще приняла участие в этой перепалке.
– Можешь не продолжать. Мне и так жаль тебя.
– Меня? Жаль?! Посмотрим, кого придется жалеть, когда я выиграю кубок.
– Иди отсюда, Билл, – вздохнула я устало. – Меня твоя злость не трогает. Наши дорожки разошлись, помнишь? Не надо теперь пытаться заново их свести. Какие бы скрепы ты ни использовал, этого не выйдет.
– Кем ты себя возомнила, Сара? – скривился парень. – А поначалу казалась такой безобидной девушкой.
– Чем же я тебя обидела?
– Ты сама все знаешь.
– Разве я изначально горела желанием с тобой общаться? Не ты ли ко мне лип?
– Люди видят лишь то, что им хочется видеть. Твоя самооценка сыграла с тобой злую шутку.
– Злую шутку сыграла с тобою жизнь, Хартингтон. В тот момент, когда ты познакомился со мной.
Вероятно, этим я задела его за живое. Билл развернулся, но, прежде чем уйти, напоследок бросил:
– Ваши отношения долго не протянут.
– Зато наши с тобой отношения не начались вообще. А ведь тебе и моим родителям так этого хотелось! – парировала я.
Затем немного повернулась корпусом, нашла глазами девиц – они неотрывно пялились в нашу сторону, пытаясь услышать, о чем я тут болтаю с
