– Спасибо. Я очень переживаю за Люську. Вдруг с ней что-то случится?
– Не переживай. С ней ничего не случится.
– Почему?
– Потому что сын твоего покойного мужа похитил твою подругу совсем не для того, чтобы убить.
– Он хочет денег?
– Я думаю, что он хочет получить все, что принадлежало его отцу.
– А когда он выйдет на связь?
– Думаю, что очень скоро. Наверное, как только ему полегчает…
– Ему уже стало легче в плане здоровья, если он смог похитить Люську.
– А может, он похищал ее в агонии?! Может, твоя Люська сильно перепугалась, сделалась слабой и полностью ему подчинилась? В общем, не переживай, мои ребята вовсю шуруют.
– А если Сергей мне позвонит…
– Тогда будет намного легче.
– Что легче-то?
– Нам будет легче его засечь и вычислить его координаты. Если он позвонит и предложит где-то встретиться, для того чтобы ты передала ему деньги и принесла дарственную на все имущество его отца, то считай, что он уже у нас в кармане. Ладно, давай закрывай глаза и засыпай.
В глазах Ворона вспыхивали тревожные огоньки, он о чем-то напряженно размышлял – о чем-то, что его очень беспокоило.
– А ты что, со мной не ляжешь?
– Нет.
– Почему?
– Потому что мне надо немного подумать.
– О чем?
– О твоей жизни.
– О моей жизни?! – Мне показалось, что я просто ослышалась.
– О ней самой.
– А что о ней думать-то?
– Я бы хотел в ней разобраться.
– В чем?
– В твоей жизни.
Я слегка приподняла голову и тяжело задышала.
– Гера, я что-то ничего не пойму.
– А тебе и не нужно ничего понимать… Предоставь это мне. Закрывай глаза и постарайся заснуть.
– А ты где будешь думать о моей жизни? Рядом со мной?
– Нет. Я буду думать о твоей жизни в кабинете твоего мужа. Где он находится?
– Кто, мой муж?
– Нет. Его кабинет.
– Последняя дверь по коридору. Знаешь, я ездила в кафе на его джипе и нашла в бардачке фотографии…
– Какие фотографии?
– Мои. Одна детская, а другая теперешняя. Обе они были обведены черной рамкой и перечеркнуты черным фломастером.
– У твоего мужа были какие-нибудь отклонения?
– Не замечала.
Ворон встал с кровати, наклонился ко мне совсем близко, поцеловал в щеку и направился к выходу.
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, Гера. Ты куда?
– В кабинет твоего мужа.
– А ты вернешься?
– Конечно, вернусь.
– Тогда я не разваливаюсь на всю кровать. Вторая половина твоя.
Как только Ворон ушел в кабинет моего покойного мужа, я закрыла глаза и попыталась уснуть. Но сон не шел. Наверное, оттого, что в доме был Ворон, пусть даже в другой комнате. Ворон отвесил мне пощечину, а меня по-прежнему безудержно влечет к этому мужчине… И все же я уснула, правда, беспокойным сном. И проспала довольно долго. Мне приснился какой-то клубок эмоций, действий и движений. Когда я открыла глаза, то увидела, что Ворона рядом нет. Это меня заметно насторожило и расстроило одновременно.
Быстро накинув легкий халат, я посмотрела на себя в зеркало, поправила растрепанные волосы и пошла в кабинет покойного мужа. Ворон спал прямо за рабочим столом Вадима и даже похрапывал. Я наклонилась и поцеловала его в макушку. Ворон тут же поднял голову и потер заспанные глаза.
– Привет. Ты проспал до самого утра. Скажи, а удобно спать сидя?
– Спать сидя просто ужасно. Я чувствую себя, как побитая собака. Ощущение, словно я всю ночь проспал на вокзале. – Сев на краешек стола, я скинула на пол пушистые тапочки и улыбнулась: – А ты хорошо выглядишь… И зачем только я всю ночь держала тебе ровно полкровати?
– Не говори ерунды. Мне даже страшно смотреть в зеркало. Я весь как выжатый лимон.
– Ты долго сидел за этим столом?
– Почти всю ночь.
– И что?
– Кое-что есть. Но я пока не могу тебе этого сказать, потому что не уверен в этом на все сто процентов.
– Но почему? – Мой голос был полон разочарования. – Ты можешь поделиться со мной своими предположениями.
– Не могу.
– Почему?!
– Потому что я не люблю предположений. Если я что-то говорю, то я полностью в этом уверен.
Я знала, что бесполезно спорить с Вороном, и попробовала вытянуть из него нужную информацию хитростью.
– Послушай, а ты хоть что-нибудь нашел?
– Кое-что, – никак не сдавался Ворон.
– А что именно?
– Я не могу тебе об этом сказать, потому что пока не уверен, что это то, что мне нужно.
– И ты не можешь мне показать эту вещь?
– Не могу, – невозмутимо замотал головой Ворон.
– Так не пойдет. – Я почувствовала нарастающее раздражение и, встав со стола, нервно заходила по комнате. – Ты что-то нашел, но у тебя ничего для меня нет…
– Почему ничего?… У меня для тебя кое-что есть.
– Что?!
Ворон полез в карман, достал синюю замшевую коробочку, поставил ее на стол и открыл. В коробочке лежало обручальное кольцо, усыпанное бриллиантами.
– Давай примерим?
– Это обручальное?
– Оно самое.
Я протянула Ворону палец, и он тут же надел на него кольцо. Я посмотрела на Ворона благодарным взглядом и тихо спросила:
– А как ты узнал размер?
– У тебя очень красивые пальцы. Я определил размер на глаз…
– У тебя прямо глаз алмаз.
– Я всегда все определяю на глаз. Когда я тебя увидел, сразу определил то, что это моя женщина… Я также определил, что я должен окольцевать тебя как можно быстрее, потому что у тебя слишком маленькие промежутки между замужествами. Я боялся не успеть.
– Ты успел…
Все последующие события произошли быстро. Даже слишком быстро. Намного быстрее, чем я ожидала. Мы тут же подали заявление в загс, дали взятку за срочность и вовсю готовились к свадьбе. О Люське по-прежнему ничего не было известно. Дома она не появлялась, на работе тоже, да и Сергей не выходил на связь. Вечерами я закрывала глаза и думала о том, что теперь я стану женой человека, прочно связанного с криминальным миром. Это меня одновременно пугало и радовало. Радовало то, что я ощущала себя в полной безопасности, а пугало осознание того, что мой будущий муж номер три занимается не самыми благовидными делами и что ощущение безопасности, о котором я так долго мечтала, это просто иллюзия, а на самом деле все очень даже опасно…
На следующий же день в моем доме появились домработница, горничная, повар, садовник, охранник и другая прислуга. Я ходила по дому в шелковой пижаме, наблюдала за тем, как садовник аккуратно подрезает кусты, и чувствовала себя полноправной хозяйкой жизни… В те редкие минуты, когда Ворон был дома, я всегда наслаждалась его обществом и старалась всячески ему угодить.
В этот вечер он приехал домой пораньше, растопил камин, сел в кресло-качалку, положил ноту на ногу и принялся усиленно о чем-то думать. Я вошла в комнату с ведерком шампанского, поставила его на столик и села перед своим будущим мужем на корточки, поправив при этом свою шелковую пижаму.
