проследил за его взглядом и увидел три затонированных внедорожника, въезжающих на территорию леса.
Не тот ли это автомобиль, который я видел в Синнерсе, когда ко мне приехала Дарси?
Странно.
Схватив с приборной панели пистолет, я засунул его за пояс джинсов. Малакай повторил мое движение и молча вышел из машины, двинувшись к багажнику.
Мы сотрудничали с Тенями, как называли участников Каза Делле Омбре, уже более двадцати лет, поэтому вопросов в их надежности никогда не возникало. Конечно, мы никому не доверяли – порой даже своим. Но из всех синдикатов, с которыми Синнерс поддерживал связь, этот вызывал большее доверие.
– Он должен был приехать один, – пробормотал я, закинув на плечо увесистую сумку. – Новоиспеченный Босс уже вызывает сомнения. Стоит ли провести с ним беседу?
– Как будто ты не знаешь итальянцев, Би. И не будь лицемером: мы тоже пришли не одни.
Дверь первого внедорожника открылась.
Мы с Малакаем забрали с багажника пять черных сумок и двинулись к центру. Вокруг не раздавалось ни звука: нам пришлось проверить пространство, чтобы убедиться в отсутствии западни. В шагах тридцати за сделкой наблюдали вооруженные солдаты – наша рабочая сила, низшее звено в иерархии Синнерса, выполняющее приказы отца и его приближенных.
Никаких сигналов от них не поступало.
Когда мы встретились в центре, Габриэль Эррера сразу же перешел к делу:
– Сколько?
Спасибо за отсутствие бессмысленных речей.
– Пятьдесят, как и договаривались.
Мы с Малакаем бросили сумки ему под ноги, и он присел на корточки, потянувшись к одной из них. Я воспользовался возможностью, чтобы рассмотреть его.
Сын Босса Каза Делле Омбре оказался на удивление молодым – наверное, наш ровесник. По тому, как двигались его руки, я мог с уверенностью сказать, что они лишили жизни не одного человека. Он был похож на своего отца: те же черные волосы, то же угрюмое выражение лица, тот же смертоносных блеск в темных глазах.
Габриэль пересчитал оружие и, поднявшись, махнул рукой в сторону второго внедорожника.
Мы с Малакаем сохраняли спокойствие, наблюдая за подходящим в нашу сторону солдатом, но мой палец нервно стучал по бедру, готовый пустить пулю в лоб, если он сделает одно неверное движение.
– Говорят, Синнерс собирается сотрудничать с Вендеттой?4[1] – вдруг спросил Габриэль, вернув ко мне проницательный взгляд.
Его глаза могли напугать любого, кроме меня.
– Разве тебя должно касаться то, с кем мы сотрудничаем? Ты получаешь товар – мы получаем деньги. На этом до следующей сделки наши отношения заканчиваются.
Габриэль мрачно усмехнулся.
– Каза Делле Омбре и Вендетта враждуют уже полвека. Выбирай правильных союзников, Картрайт.
Солдат бросил нам под ноги сумку, и Малакай опустился на колени, чтобы пересчитать купюры. Я не отводил взгляда от Габриэля, слегка склонив голову и пытаясь разгадать его.
Вокруг стояла тишина.
Идеальная.
– Всё на месте. Здесь даже больше, – произнес Малакай и выпрямился во весь рост. – Ну, вы сами виноваты, что неправильно посчитали.
Габриэль усмехнулся.
– Мой подарок.
– С вами приятно иметь дело, – сладко улыбнулся я, начиная отступать к машине. – Хорошей свадьбы, Эррера.
Когда я развернулся к нему спиной, меня охватило странное чувство.
Будто кто-то… наблюдает за мной.
Но не Габриэль и его солдаты. Кто-то в другой части леса. Странную тишину нарушил хруст ветки и тяжелое дыхание, которое любой человек не услышал бы. Но отец настольно выдрессировал меня, что я отмечал любое изменение в пространстве.
Вдох.
Выдох.
Я резко потянул Малакая к земле и крикнул:
– Ложись!
Пространство прорезали звуки выстрелов.
Блядь.
Кровь застучала в ушах, когда пуля просвистела рядом с бедром, едва коснувшись кожи. Я зашипел от тупой боли и уже собрался развернуться, чтобы пустить пулю в лоб Габриэлю, однако наткнулся на его разгневанный и недоуменный взгляд.
– Отлично. Нас всех наебали.
Солдаты Теней бросились защищать мужчину, но я первый схватил его за плечи, пригнулся и бросился к машине, потому что если бы на моей встрече убили сына, блядь, Босса, на Синнерс ополчился бы весь синдикат.
Достав из-под пояса пистолет, я прицелился и выстрелил в мужчину, который скрывался за деревом. Его череп раскололся, будто грецкий орех, и залил кровью стоящего позади снайпера.
– Как они так незаметно нас окружили? – рявкнул Малакай, упав на землю и распахнув дверь машины. Пули били по металлу, заставляя барабанные перепонки дребезжать.
– За нами точно не было хвоста, – прорычал Габриэль. – Они знали о встрече заранее, раз так хорошо укрылись. Кто это такие?
– Никаких опознавательных знаков, – ответил я и, вынырнув из-за машины, нажал на спусковой крючок. Еще одно тело глухо ударилось о землю. – Вендетта?
– Не думаю.
Солдаты Габриэля умело зачищали пространство, но и их сторона неплохо пострадала. Я заметил как минимум пять мертвых тел. С нашими бойцами численное преимущество точно было не на стороне нападавших, однако они до последнего оборонялись и наступали, будто мечтали превратить это место в кладбище.
Я зарычал сквозь стиснутые зубы, когда бок пронзила острая вспышка боли. Привалившись к машине, прижал ладонь к низу живота и втянул носом воздух. Что-то мне это, блядь, напоминало.
Уже через мгновение в голове мужчины, который подстрелил меня, образовалась дыра. Малакай прикончил его одной пулей, после чего посмотрел на меня разгневанным взглядом старшего брата.
– Они опять испортили мою любимую кожаную куртку, – проскулил я.
– Закрой нахуй рот.
Габриэль провел окровавленной ладонью по лицу и хмыкнул.
– Веселые вы ребята.
Вдруг сквозь шум стрельбы я услышал слабое тиканье. Тихий, едва заметный звук, из-за которого краска отхлынула от моего лица.
Тик-так.
Тик-так.
Тик-так.
Резко скрывшись за машиной, я сказал одно:
– Взрывчатка.
Мы успели прыгнуть в сторону леса, подальше от машины, и закрыть головы руками, когда за спиной прогремел оглушительный взрыв. Пространство вокруг вздрогнуло, заставив птиц со всего леса вспорхнуть в небо. Жар лизнул щеки, а из горла вырвался болезненный стон, когда я приземлился раненым боком на горсть камней.
Вместо со взрывчаткой взорвалась машина.
Блядь.
Мгновение спустя на лес опустилась тишина. Голова гудела, а дыхание вырывалось изо рта рваными хрипами, но мы, по крайней мере, не сгорели заживо.
– Руки и ноги на месте? – пробормотал Габриэль.
Перевернувшись на спину, я тяжело выдохнул.
– К черту руки. Надеюсь, деньги целы. Мне нужно подлатать куртку.
– Купи новую.
Я посмотрел на него и скривил губы.
– Мне подарила ее любимая девушка. Никакой новой не будет.
***
Весь окровавленный и прихрамывающий на одну ногу, я добрел до женского общежития и привалился к зданию напротив. Достав из кармана сигарету, прикурил ее и сделал глубокую затяжку.
Перестрелка закончилась тем, что
