Скажи мне тихо - Мерседес Рон

Какой же он был красивый... и как же я была счастлива, что он снова заговорил со мной.

— Почему ты так на меня смотришь? — сказал он, улыбаясь и на мгновение повернувшись ко мне.

Я пожала плечами.

— Ты красивый, — сказала я просто.

— Ты тоже очень красивая, — ответил он почти автоматически. — Я никогда не думал, что увижу такие формы на твоём худом теле, когда ты была маленькой, а теперь посмотри на себя...

Я ударила его по плечу, и он рассмеялся.

— Всё, что ты видишь здесь, — результат хорошего бюстгальтера, — сказала я, хорошо зная, что мои формы довольно скромные, особенно грудь.

— Было бы здорово, если бы ты увидела себя такой, какой видим тебя мы... Ты бы перестала говорить всякую ерунду, — сказал он спокойно.

— Как скажешь, — сказала я, улыбаясь и глядя вперёд.

Когда мы въехали в наш район, я попросила его не парковаться прямо у моего дома.

— Не хочешь, чтобы тебя со мной увидели? — спросил он, поднимая брови. То ли его это беспокоило, то ли он прекрасно понимал, почему.

— Кроме того, что я не хочу давать ненужных объяснений маме, мне хотелось бы немного поговорить с тобой... Хочу узнать, как твоя жизнь в Нью-Йорке.

Тейлор улыбнулся. Он остановил машину на углу перед тем, как свернуть к нашим домам, и выключил двигатель.

— Жизнь в Нью-Йорке довольно бурная... Я скучал по тишине в Карсвилле.

— Но это же супер-скучный город...

— Пожалуйста... Не оскорбляй память нашего любимого города. Что бы мы делали без дня клубники, дня бинго или костров...

— Или дня международной еды... — добавила я с улыбкой.

— Это новинка! — воскликнул он, тоже смеясь. — Международная еда в городе, где 99% жителей родились в штате Вирджиния?

Я пожала плечами, смеясь.

— Они хотят, чтобы город выглядел более космополитично.

Тейлор покачал головой, смеясь, и повернулся ко мне, чтобы лучше меня увидеть.

— Даже если все здесь немного сумасшедшие и по-прежнему думают, как в прошлом веке, приятно вернуться домой.

Я кивнула. Хотела сказать ему так много...

— Лучше тебе уже идти, — сказал он, прерывая мои мысли, но делая это с улыбкой.

— Ты прав, — сказала я, на самом деле желая остаться с ним подольше. Хотела узнать так много... — Спасибо, что подвёз меня.

Тейлор улыбнулся мне и подождал, пока я войду в дом. Я заметила, что он не припарковался прямо у своего дома, а свернул, как будто собирался вернуться на вечеринку.

Я поднялась в свою комнату, стараясь не сделать шума. Все уже спали, и прежде чем войти в свою комнату, я заглянула в комнату к своему брату. Камерон был свернут под своим голубым одеялом с животными. Лампочка в форме дракона горела, и мой младший брат мирно спал. Я тихо вернулась в свою комнату, которая была рядом с его, отделённая, слава Богу, от комнаты наших родителей, и закрыла дверь, чтобы немного опереться на неё. Несколько раз глубоко вдохнув, я улыбнулась. Я помирилась с Тейлором, мой друг детства больше не ненавидел меня, или, по крайней мере, не избегал разговоров или взглядов, и хотя это, без сомнения, должно было бы понастоящему меня радовать, мой мозг не мог забыть каждое слово, которое я обменялась с Тьяго. Не важно, что он был со мной груб, или что мы всё время почти ссорились, мне было всё равно. На самом деле я была к этому привыкла... Мои отношения с ним всегда такими и были, за исключением тех моментов, которые я бережно хранила в глубине своей души.

Один из таких моментов был как раз перед тем, как всё разрушилось, и он случился после того, как он поцеловал меня в доме старого мистера Робина. После двух дней, проведённых без встреч, потому что все трое мы заболели от всех сладостей, которые наедались, меня, наконец, отпустили на улицу. Тейлор всё ещё чувствовал себя плохо, и поэтому именно Тьяго пошёл со мной той послеобеденной порой. Это был первый раз, когда мы остались вдвоём, и я до сих пор помню, как сильно я нервничала.

— Пошли, я хочу тебе кое-что показать, — сказал он, взяв меня за руку и потянув за собой. Я последовала за ним без раздумий.

Мы прошли через задний двор наших домов, который представлял собой огромную площадь с травой, и вошли в лесок позади. Здесь мы всегда играли, лазали по деревьям или играли в прятки. Тьяго продолжал идти, пробираясь между деревьями, которые становились всё больше и гуще по мере нашего продвижения. Тогда, когда я уже думала, что мы заблудимся, он остановился перед деревом, которое было гораздо больше других. У него было так много ветвей, на которые можно было залезть, и они были настолько крепкими, что было невозможно сломать их, сидя на них. Тьяго остановился прямо перед частью ствола, где с большой неуклюжестью были вырезаны наши имена, включая имя Тейлора.

— Я нашёл это месяц назад, — сказал он, возбуждённо, — смотри наверх.

Я подняла глаза, и мои глаза расширились от удивления и радости. Там, наверху, была деревянная платформа, сделанная с некоторой неуклюжестью, но напоминающая то, что мы хотели иметь уже очень давно.

— Дом на дереве! — воскликнула я, прыгнув от восторга.

Тьяго посмотрел на меня с сияющей улыбкой.

— Ещё не готово, только основание, но я думаю, что мы сможем закончить её вместе. Будет весело, и здесь мы сможем хранить все наши вещи и ваши игрушки.

Мне не ускользнуло, что он сказал «ваши игрушки», а не «наши игрушки». Тьяго всегда говорил, что уже не играет, потому что он взрослый, но я знала, что он так же взволнован этой домом на дереве, как и я, а может быть, даже больше.

— Хочешь подняться? — спросил он, и я заметила, как он смотрит на меня с лёгким нервозом. Думаю, это был первый раз, когда мы так много разговаривали, не ссорясь. Может быть, всё, что нужно Тьяго, чтобы контролировать свой характер, это чтобы мы с ним иногда целовались. С улыбкой я подошла к нему и поцеловала в щёку. Он удивлённо посмотрел на меня,