кий и присоединился к красавчику.
Хейден повернулась к Дарси и обнаружила, что подруга закатывает глаза.
– Что? – спросила Хейден, внезапно ощутив острую потребность оправдаться.
– Чего ждешь-то?
Хейден покосилась на темноволосого бога секса.
– Мне подойти?
– Если ты и впрямь настроена перепихнуться сегодня, то да. Не стесняйся.
– И что делать?
– Сыграй в бильярд. Поболтай. Пофлиртуй. Знаешь, загляни под капот, прежде чем покупать машину.
– Дарс, он не машина.
– Ага, но если бы был, то каким-нибудь опасно сексуальным авто вроде «Хаммера».
Хейден расхохоталась. Если что и можно с уверенностью сказать о ее подруге, так это то, что Дарси – единственная в своем роде.
– Давай.
Хейден сглотнула.
– Сейчас?
– Нет, на следующей неделе.
Во рту у Хейден совсем пересохло, и она залпом допила вино.
– А ты и правда нервничаешь? – Голубые глаза Дарси широко распахнулись. – Когда ты успела стать скромницей? Ты читаешь лекции сотням людей. А сегодня у тебя на прицеле просто-напросто мужик, Хейден.
Взгляд неумолимо возвращался к парню. Когда Хейден заметила, как перекатываются мышцы на спине, когда он опирается локтями о бильярдный стол, как аппетитно выглядит его зад, обтянутый выцветшими джинсами, она решилась.
«Это всего лишь мужик», – подумала Хейден, пытаясь утихомирить расшалившиеся нервы.
Точно.
Высокий, сексуальный, источающий неприкрытую маскулинность мужик.
Плевое дело.
Глава вторая
Броди Крофт обогнул бильярдный стол, окинул его орлиным взглядом, изучая варианты.
Коротко кивнув, указал на шар:
– Тринадцать, боковая луза.
Юный компаньон в ярко-красной гавайской футболке, от которой у Броди аж глаза слезились, вздернул брови.
– Правда? Непростой удар, мужик.
– Справлюсь.
И он действительно справился. Шар чисто скользнул в лузу.
Парнишка застонал:
– Здорово, старик. Мощно.
– Спасибо. – Он передвинулся, примериваясь к следующему удару, и заметил, что противник пялится на него. – Что-то случилось?
– Нет, э-э-э… все нормально. Ты… ты же Броди Крофт? – выпалил парень с явной неловкостью.
Броди с трудом подавил ухмылку. Он все гадал, когда пацан спросит. Он, конечно, не тешил себя надеждами, что всем на планете известно, кто он, но, учитывая, что баром владели Люк Стивенс и Джефф Волински, двое парней из «Уорриорз», большинство посетителей неизбежно оказывались фанатами хоккея.
– К вашим услугам, – безмятежно откликнулся Броди, протягивая руку.
Парнишка крепко пожал ее, будто проваливался в зыбучие пески и только ладонь Броди могла сохранить ему жизнь.
– Круто! Я Майк, кстати.
На лице Майка было написано чистое обожание, и в душе у Броди заворочалось неприятное чувство. Всегда приятно встретить фаната, но иногда поклонение кумиру заходило слишком далеко.
– Продолжим игру? – предложил он, кивнув в сторону бильярдного стола.
– Ага. То есть, конечно! Давай сыграем! – Глаза у Майка чуть не выскочили из орбит. – Жду не дождусь рассказать парням, что я резался в бильярд с Броди Крофтом!
Броди и понятия не имел, что ответить, не считая тупого «спасибо», а потому молча принялся натирать мелом кий. Новый удар будет труднее первого, но, опять же, ему такое вполне по плечу.
Давным-давно, когда Броди еще был запасным и едва сводил концы с концами, он работал в похожем баре. Оставался после смены, чтобы сразиться в бильярд с другими официантами, и в итоге полюбил игру.
А сейчас у него столь плотный график, что времени на бильярд почти нет.
Впрочем, в последнем интервью теперь уже практически бывшая жена владельца команды наговорила такого, что лиге, похоже, светит расследование. Вероятно, в ближайшем будущем у Броди будет гораздо больше свободного времени, чем хотелось бы. Судя по всему, у миссис Хьюстон имелись доказательства, что ее муж подкупил как минимум двух игроков ради намеренного поражения команды. А еще делал нелегальные крупные ставки на эти самые хоккейные матчи.
Хотя в ее словах вряд ли была хоть крупица правды, Броди начинал все сильнее беспокоиться из-за слухов.
Лет пять назад похожий скандал разгорелся вокруг «Колорадо Кодиакс». Втянутыми в него напрямую оказались лишь трое игроков, но пострадало множество невиновных – имя команды было опорочено, в грязь втоптали всех.
Броди ни за что на свете не согласился бы на подкуп. Скорее уж ад замерзнет!
Кроме того, Броди не имел никакого желания идти ко дну вместе с теми, кто действительно продался. Его агент проводила переговоры насчет пересмотра контракта, поскольку срок нынешнего истекал в конце сезона.
Потом Броди будет сам по себе, а значит, его репутация должна и впредь оставаться безупречной, ведь тогда ему светит реальный шанс подписать контракт с новой командой или остаться в «Уорриорз».
Броди пытался напомнить себе, что утренние заголовки – не более чем сплетни. Вот если Шейла Хьюстон найдет, чем подкрепить заявления, тогда придет пора по-настоящему волноваться. А пока надо сосредоточиться и играть как следует, чтобы «Уорриорз» победили в первой серии плей-офф и вышли в следующую.
Пристроив кий между большим и указательным пальцами, Броди попримерялся и пристально взглянул на цель. Затем стал отводить кий назад.
Краем глаза он заметил фигуристую женщину и на мгновение отвлекся – как раз в момент удара. Увы, доли секунды хватило, чтобы пальцы соскользнули. Белый шар пронесся по сукну, миновав остальные, и скользнул в дальнюю лузу. Фол.
Черт.
Нахмурившись, Броди поднял голову, и как раз в это мгновение источник его рассеянности приблизился.
– Можешь переиграть, – спешно предложил Майк, выуживая белый шар из лузы и возвращая его на стол. – Кажется, это называется «муллиган». Я имею в виду вторую попытку.
– Муллиган в гольфе, – пробормотал Броди, не сводя взгляда с подошедшей брюнетки.
Несколько лет назад репортер из журнала «Спортс Иллюстрейтед» спросил, какой женский типаж привлекает Броди более всего. Он мигом ответил «длинноногие блондинки», но молоденькая женщина, остановившаяся неподалеку, – полная противоположность этого описания.
Однако от ее облика у Броди пересохло во рту, а тело тут же откликнулось на каждую деталь внешности. Шелковистые волосы шоколадного оттенка ниже плеч, ярко-зеленые глаза цвета пышущего жизнью тропического леса, изящная фигурка с такими формами, что взрывается мозг.
Взгляды их встретились, и у Броди перехватило дыхание. Полные губы девушки дрогнули в едва заметном намеке на неуверенную улыбку, и у него аж в паху закололо.
Броди и не помнил, когда в последний раз одна только женская улыбка вызывала у него столь бурную реакцию.
– Я была бы не против сыграть с победителем. – Голос был нежный, с хрипотцой, и его звук стал для члена Броди реальным потрясением.
В двух секундах от полноценной эрекции, совершенно ошеломленный, он отчаянно пытался напомнить своей плоти, что давно уже не подросток. Ему двадцать девять, он вообще-то мужчина,
