делать, но я проигнорировал их и продолжил свой путь.
Время от времени раздавались выстрелы, крики... Наверное, уже не было много выживших, но, тем не менее, никто не пытался спасти тех немногих, кто продолжал бороться за жизнь.
Полиция была снаружи, скорые ждали, чтобы нас эвакуировать, но никто не заходил спасать нас... Никто ничего не делал, мы были одни.
Почему?
Почему, чёрт возьми?!
Не удивительно, что, в конце концов, меня нашли.
Не удивительно, что тот пиздец, который мне устроили, оставил меня без сознания на то, что могли быть часы... Трое против одного... и один особенно злой и полный ненависти ко мне, сами можете представить, к чему это могло привести.
Теперь, оглядываясь назад, я задаюсь вопросом, что было бы, если бы Тьяго, вместо того чтобы услышать по громкоговорителям школы, что я жив, услышал, что я мёртв.
Наверное, сегодня всё было бы по-другому.
Потому что он бы спасся...
Он бы сбежал с Ками и Кэмероном, а я был бы далеко-далеко, а не он.
Но вещи не происходят так, как мы себе их представляем... жизнь тебя удивляет, давая пощёчину прямо в лицо, и при этом ожидает, что ты улыбнёшься и продолжишь двигаться вперёд.
Ну, пусть она подохнет, эта жизнь со своей философией.
Но, в первую очередь, пусть подохнут эти ублюдки.
19
ТЬЯГО
Мы смогли добраться до технической комнаты, и, хотя это может показаться безумием, могу вам заверить, что было ощущение, как будто ангел вел нас все это время. Мы не встретили никого, выстрелы вдали подстегивали нас двигаться дальше, делать все возможное, чтобы выбраться из этого ада.
Мы пересекали коридоры и поднимались по лестницам, пока не достигли комнаты, где должны были найти лестницу. Лестница была большая и громоздкая.
Хотя я собирался сделать все, чтобы добраться до кухни, не будучи замеченным, я понимал, что это практически невозможно. Мне хотелось бы запереть Кам в каком-то месте и сделать это без неё, но я один не мог бы справиться с этой лестницей, мне нужна была она... и черт, мы это делали и для Кэмерона. Нужно было вытащить его оттуда любым способом, я отказывался позволить смерти маленького ребенка снова поселиться в моей совести.
Это заставило меня подумать о сестре и о том, как, не зная и не понимая этого, я ощущал её присутствие больше, чем когда-либо, повсюду, вокруг себя, со мной, направляющей меня к нашей цели.
Когда мы взяли лестницу, я знал, что ситуация осложнится. Одно дело — двое людей, осторожно пробирающихся по школе, чтобы не попасться, и совсем другое — нести чтото большое и тяжёлое, не будучи замеченным.
Я притянул лестницу к себе, прежде чем открыть дверь и выйти.
— Я тебя люблю, — сказал я, поцеловав её в последний раз в губы. — Не забывай об этом, пожалуйста.
Кам посмотрела на меня, и мне было достаточно её взгляда, чтобы понять её ответ. Любовь, привязанность, желание были так очевидны в её карих глазах, что ничто не могло помешать мне бороться за неё в будущем. Такого нельзя было отпустить...
Мы вышли осторожно, неся лестницу, я шёл первым, а она следом.
Как я уже говорил, было ощущение, будто нас ведет ангел-хранитель. Мы никого не встретили, не пересекались ни с кем; тишина, страх и неопределённость были нашими спутниками всё время, пока мы не добрались до столовой, а потом и до кухни.
— Сюда, — показал я Кам, когда мы поставили лестницу.
Она последовала за мной, и, сжимая сердце, я начал карабкаться по полкам и сумел открыть фальш-потолок.
Огромные, испуганные и слезящиеся голубые глаза встретили мой взгляд.
— Я же обещал, что вернусь, да? — сказал я, улыбнувшись.
Её улыбка наполнила меня радостью, и я не сомневался, когда она протянула руки ко мне.
Кэм? — спросила Кам, которая ждала у двери, полная тревоги и нервозности.
Когда я спустился с ребёнком, я стал свидетелем чего-то волшебного.
Сестру и брата, которые воссоединились, две жизни, которые спасены, два человека, которые безумно любили друг друга.
— Ты в порядке? Ты не поранился? — спрашивала Кам, оценивая его тело взглядом.
— Всё в порядке, — уверял Кэмерон, обнимая свою сестру, как будто она была его величайшим спасением.
Что, собственно, и была.
— Теперь начинается самое интересное... подниматься, — сказал я им обоим, пытаясь передать уверенность.
— Это как миссия, да? — спросил Кэм у нас.
Я не смог не улыбнуться.
— Точно, секретная шпионская миссия, — подтвердил я и принялся за дело.
Мы поставили лестницу у стены, прямо под вентиляционной решеткой, которую, как я надеялся, можно будет легко снять. На всякий случай я взял два отвёртки из технической комнаты.
Я осторожно поднялся, хотя перед этим мы заблокировали дверь кухни метлой, которая не особо помогала, но дала бы нам немного времени, если бы нас обнаружили.
Как и боялся, мне понадобилась помощь одного из отвёрток, чтобы снять решётку, и когда я заглянул в отверстие, я заметил, что пространство было идеально подходяще для того, чтобы они поместились.
Я также увидел, что вентиляционный канал на каком-то этапе поворачивал вправо, так что Кам и Кэмерон могли бы просто ползти до этого места, а затем продолжить путь, добравшись до люка, который вёл на крышу, или, по крайней мере, я на это надеялся. Если не получится, они могли бы спрятаться там, пока эта кошмарная ситуация не закончится.
— Кэм, поднимайся, — сказал я, оставаясь на последней ступеньке, зная, что мне, вероятно, придётся подталкивать его, чтобы он пролез через отверстие, которое оставила решётка.
— Давай, — подбодрила его Кам, и мальчик осторожно поднялся до того места, где я стоял.
— Дай руку, — попросил я его и поднял его на руках, пока он не пролез через отверстие. — Помоги себе ногами... вот так, — наставлял я его, следя, чтобы он правильно встал и не упал. Мальчик быстро понял, как забираться, опираясь спиной и ногами, и когда он поднялся немного, он с восторгом посмотрел на меня.
— Легко! — воскликнул он, улыбаясь.
Скоро вы будете далеко отсюда, обещаю, — сказал я, чувствуя, как груз на груди начинает немного спадать.
Мне нужно было знать, что они в безопасности, мне нужно было убедиться, что с ними ничего не случится.
Я посмотрел на Кам, она взглянула на меня странно. Она поднялась до того места,
