вернулись домой. Когда мы пришли, мама всё ещё была заперта в своей комнате.
Мне понравилось видеть отца дома. Да, он часто проводил ночи вдали от нас, и мы почти не видели его. Он проводил Кэмерона в его комнату и пожелал ему спокойной ночи.
— Спокойной ночи, принцесса, — сказал он мне, когда увидел меня в коридоре, уже в пижаме и с чашкой воды, которую я пошла, взять на кухне. — Всё наладится, я обещаю.
Он поцеловал меня в макушку, и я наблюдала, как он ушёл в свою комнату.
Я никогда не видела его таким подавленным... Ну, один раз видела, но тогда была слишком маленькой, чтобы понять всё до конца.
В тот момент я почувствовала тревогу в груди, которая мне совсем не понравилась. Мой отец страдал, а мама вместо того, чтобы поддержать его, только усложняла ситуацию. Я тогда поняла, что мне нужно будет быть сильной ради него, показывать, что всё будет в порядке, несмотря на то, что нас ожидало... Хотя я никогда не думала, что с того момента всё начнёт рушиться одно за другим, как лабиринт из доминошек, когда, если падает одна, за ней падают все.
Но я не знала, что первая фишка уже упала много времени назад.
На следующее утро было тяжело для всех. Пру, наша повариха, попрощалась с нами после того, как мои родители сказали, что, к сожалению, больше не смогут продолжать с ней сотрудничество. Моя мать плакала, глядя в окно, а мы прощались с ней, не скрывая эмоций. Я не совсем понимала, плакала ли моя мать, потому что она будет по ней скучать, или потому что теперь именно ей предстоит вести дом. Представить её, которая убирает и готовит что-то, кроме макарон с сыром, было довольно забавно.
— Береги себя, шалун, ладно? — сказала Пру моему брату, который обнимал её, не желая отпускать.
— Но Пру, кто теперь будет мне готовить? — спросил он, делая недовольное лицо.
— Ну, твоя мама, дорогой, — ответила Пру с улыбкой.
Глаза моего брата распахнулись от ужаса.
— Не уходи, пожалуйста! — сказал он, чуть не задушив её в объятиях.
Я засмеялась, радуясь, что моя мать была сосредоточена на сигарете, которую курила, не слыша его.
— Мы будем скучать по тебе, — сказала я с жалостливой улыбкой.
Заботься о своём брате, дорогая, — сказала она, обнимая меня. — Будьте хорошими и помогайте вашей маме. Поддерживать порядок в доме — не простая задача!
Мы оба кивнули и проводили её до двери.
Когда мы вышли на крыльцо, мои глаза невольно потянулись к дому братьев Ди Бианко. В этот момент Тейлор садился в машину с Тьяго. Оба посмотрели на меня. Первый улыбнулся, второй крепко сжал челюсти и нажал на газ. Они быстро исчезли, уехав по улице.
Моя мама появилась позади нас.
— Как зовут меня, Анна Хэмилтон, — сказала она, — так это закончится гораздо быстрее, чем вы думаете.
Мы оба повернулись к ней.
— Ты собираешься работать? — спросила я, приятно удивлённая.
Моя мать посмотрела на меня, как будто я оскорбила её.
— Отвези своего брата в школу, ладно? — сказала она, присаживаясь на пол и проверяя, чтобы Кэм был хорошо одет и приведён в порядок. — И не ввязывайся в драки, пожалуйста. — Она поцеловала его в щёку, быстро улыбнулась мне и вошла в дом.
— Мама умеет работать? — спросил Кам, не отрывая взгляда от неё.
Я вздохнула.
— Похоже, нет.
Оставив своего брата у двери его здания после почти драки из-за его настойчивости делать "нувильос" (игрушечные приключения), я подумала, что иногда меня тревожит влияние нашей матери на Кэмерона, особенно когда я осознавала, что он уже не младенец, который ничего не понимает, а наоборот. Мой брат был очень умным, и я знала, что совсем скоро он начнёт осознавать, что вещи уже не будут такими, как раньше.
Я пересекала парковку возле школы, и люди здоровались со мной, как будто ничего не произошло. Именно в этот момент я поняла, что это правда, когда говорят, что каждая семья — это свой мир. Все мы, подростки, готовились к одному и тому же: сдать экзамены, пройти вступительные в университет и, если повезет, получить стипендию. Но что насчёт всего остального? Мы обычно смотрим только на фасад, но понятия не имеем, что скрывается внутри. Это как испорченное яблоко, которое снаружи выглядит идеально, но стоит его откусить, и ты обнаруживаешь все червяки, спрятанные за этим идеальным красным цветом.
Это заставило меня задуматься... Что было бы, если бы все эти люди увидели те червяки, которые начали появляться в моей, казавшейся идеальной, жизни? Больше ли они стали бы меня здороваться? Прекратили бы воспринимать меня как кого-то, кем восхищаются или кого хотят подражать? Наверное, да. И самое удивительное — мне было всё равно.
— Сегодня двойная репетиция до девяти вечера, малышка. — Кейт появилась как будто из ниоткуда и обвила моё плечо своей рукой.
Я остановилась на месте.
— У меня наказание, Кейт, — сказала я, не веря, что она до сих пор не поняла этого.
— О, черт! — сказала она, резко останавливаясь. — Но нам нужно репетировать, Ками. Мы отстаём, а конкурс через два дня.
— Я знаю... но я могу остаться только до шести. Извини.
— Может, прекратишь влезать в такие драки? — не дала она мне времени ответить и уже пошла дальше. Черт возьми, с этой давкой последнего года. Среди всех заданий, которые нам давали, работ, которые составляли половину итогового балла, тренировок с командой чирлидеров и этого чертового наказания...
Я вошла в класс истории с тысячей мыслей в голове. Я была так рассеяна, что не заметила, кто сел рядом со мной, пока урок не шел уже минут пять. Преподаватель говорил, что сегодня мы будем смотреть фильм о большевистской революции и что нам нужно будет сдать работу на следующей неделе.
«Отлично, — подумала я, — еще одна работа».
—Темы, между которыми нужно выбрать, будут следующими: происхождение революции и причины её возникновения; Ленин и его роль в Первой мировой войне; и социальноэкономические последствия русской гражданской войны. Я глубоко вздохнула от скуки, рассматривая эти темы, и мне пришла в голову мысль поднять руку.
— Да, Камилa? — спросил профессор Стоу.
— Можно выбрать какую-то другую тему для работы?
— Если она будет
