расстраиваться. Это мешало работе. Да и они уже достаточно испортили мне жизнь. Я не позволю им разрушить еще что-то.
Я снова взяла телефон и ответила Эйдену, борясь с подступающей тошнотой.
Я: Кто?
Не прошло и двух минут, как я получила ответ.
Миранда: Тревор мне звонит каждую чертову секунду.
Фу, Тревор.
Я: Ну это было предсказуемо. Приятного разбирательства с Тревором. Как приятно, что моего номера у него больше нет.
Еще больше меня радовало, что у нас не было домашнего телефона: на сто процентов уверена, что он оборвал бы и его.
Я вернулась к просмотру изображений – сосредоточиться стало труднее, – когда опять звякнул телефон.
Это был Эйден/Миранда – пора уже переименовать контакт.
Миранда: Приятного? Я трубку брать не буду.
Что?!
Я: Этот психопат приедет, если ты не ответишь.
Было ли это эгоистично с моей стороны? Да. Волновало ли меня это? Нет.
Эйден: Ну да.
Эмммм.
Я: Так тебя же нет никогда.
Эйден: Ага. Приятного разбирательства.
Вот засранец. Прежде чем я рассмеялась, он прислал еще одно сообщение.
Эйден: Я свяжусь с ним через пару дней. Не переживай.
Фыркнув, я ответила.
Я: Я и не переживаю. Если он появится, я отправлю его в твою комнату (веселый смайлик).
Эйден: Ты правда пугаешь меня.
Я: Кстати, ты даже не представляешь, сколько раз за все время ты чудом оставался в живых.
На это он ничего не ответил.
На следующий день за обедом пришло новое сообщение. Пока никаких угроз от Дианы, но я все равно с опаской смотрела на экран. Мы не общались с тех пор, как ушла из ее дома. Ничего необычного, но я все равно нервничала и злилась. К счастью, на экране было имя Эйдена. Я наконец поменяла его в контактах.
Эйден: Что делаешь в это воскресенье?
Технически я была занята вообще всегда, но его вопрос заставил меня задуматься.
Я: Пока не знаю. А что?
Эйден: Приходи посмотреть мою игру.
Э‐м‐м‐м. Мне это снится? Неужели их величество пригласили меня на матч?
Я: Я уже была как-то раз. Или два.
Эйден: Пять. Ты встречала меня после игры.
Он что, помнит это?
Я: Встречала пять раз, но на матчах бывала чаще.
Эйден: Когда?
Я: В прошлом сезоне – пять раз, в позапрошлом – три. В этом не была ни разу.
Очевидно.
Эйден: Почему?
Я: Потому что парень, который доставал мне билеты, больше не играет в твоей команде…
Эйден: Ты у Зака билеты брала?
Я: А у кого еще?
Эйден: У меня, например.
У того самого зануды, который не мог сказать мне «доброе утро»?
Телефон снова запищал.
Эйден: Я могу взять тебе билеты прямо сейчас. Только скажи.
Не «попроси меня», а «скажи». Было в этом что-то такое, что заставило меня улыбнуться.
Я: Вот это новости. Обычно ты брал билеты только для Лесли. А Зак свои давал мне.
Эйден: Приходи в это воскресенье.
Я: У меня типа планы.
Я врала. В планах было только поработать с утра и посмотреть пару матчей, чтобы убедиться, что квотербек из моей фэнтези-команды и любимый ресивер в порядке и надирают всем задницы.
Эйден: Хочешь, чтобы я натравил на тебя Тревора или Роба?
Я: Угрожаешь?
Эйден: Выражаю озабоченность. Я говорил с обоими. Они упомянули, что ты не ходишь на мои матчи.
Я сразу решила – не хочу знать, о чем они там говорили. Да и не нужно. Если Эйден намекал на визит этих двоих и они знали про наш брак… этого было достаточно. Я готова была пойти ради команды Грейвс, особенно если те придурки не будут рядом.
Я: Ладно. Организуй мне два билета.
Эйден: В семейную ложу?
Нет, спасибо.
Я: На трибуны, если получится, здоровяк:)
– Не верю, что согласился на это, – проворчал Зак, когда мы выбрались из очереди у фанатского мерча.
Честно, я и сама не верила. Когда стала думать, кого позвать, выбор оказался скудным. Диана – с ней я не общалась, злилась и не хотела снова врать после слива про брак. Пара общих знакомых. И Зак. После переезда в Даллас времени на новых друзей не было, так что я рискнула и позвала его.
Он воспринял идею без восторга, что было ожидаемо.
Но если я чего-то хотела, то обычно добивалась. Как и в этот раз.
Хотя наглеть тоже не стоило. Взяв его под руку, я потащила к нашим местам. До этого он бывал на стадионе только как игрок, так что все было в новинку. На его лице застыла полуулыбка, но я сделала вид, что не заметила.
– Ты как, нормально?
– Да, – ответил Зак.
Я не была уверена, но он повторил это уже восемь раз. Все равно я чувствовала себя виноватой – тащить его на игру команды, из которой его выгнали всего месяц назад.
– Все равно собирался смотреть матч дома.
Чувство вины только росло. Он мог сказать «нет», но не стал.
– Может, после матча зайдем в тот мексиканский ресторан? – толкнула я его локтем.
В ответ он что-то пробормотал и кивнул.
Места были шикарные. Я гадала, кому Эйдену пришлось дать взятку, чтобы получить их за несколько дней до игры. Мы сидели в третьем ряду, в море фанатов в джерси «Трех сотен». Зак напрягся, когда мы сели.
Поставив напитки, Техасец наклонился ко мне:
– Объясни, почему мы здесь, а не в ложе?
Я посмотрела на него.
– Мне не нравится та публика.
Его глаза загорелись любопытством.
– Кто? – прошептал он. – Расскажи.
Боже. Теперь он точно будет надо мной смеяться.
– Да все они!
Зак расхохотался.
– Почему?
Мне пришлось сделать глоток пива, чтобы собраться.
– Помнишь, ты дал мне билеты в ложу в первый раз?
Он не помнил, но это было не важно.
– Короче, это было похоже на «Дрянных девчонок», только с женщинами, которые окончили школу лет двадцать назад. Они сплетничали без остановки: кто растолстел, у кого сумочка прошлого сезона, кто кому изменяет… голова кругом. А теперь я одна из них.
– Ты не такая, Вэн.
