чувства.
– Ну и? Что она тебе предлагает?
Лицо Дина просветлело, и у Шейна рассеялись последние следы дурных предчувствий.
– Ну это в основном реклама. Всякие модельные штучки. Рената говорит, что у меня отлично получились бы выступления без сценария, но она пока не нашла подходящее место. По выходным я, кстати, хожу на курсы актерского мастерства. Тоже по импровизации.
– Ого! Круто! ― воскликнул Шейн с нескрываемым энтузиазмом. ― Я очень за тебя рад.
– Правда?
– Правда! Никогда не видел, чтобы ты так воодушевился по поводу чего-то, связанного с работой.
Дин ухмыльнулся.
– Хочешь верь, хочешь нет, но это намного интереснее, чем есть мороженое в кафешке или стоять на точке и ждать, пока для тебя настроят свет. ― Дин приподнял бровь. ― Но справится ли с этим твое эго?
Шейн рассмеялся.
– Думаю, как-нибудь справится.
28
В течение нескольких недель до начала конвента Лайла абсолютно не думала о предстоящем мероприятии. Она была слишком поглощена Шейном, съемками, Шейном, поисками новой работы и снова Шейном. Но подошло время и, не успела Лайла оглянуться, как они уже регистрировались на рейс до Сан-Франциско, заселялись в отель и поднимались на лифте в свой номер, держа в руках программки визита.
График конвента был достаточно напряженным: утром ― встреча с поклонниками и раздача автографов, «круглый стол» днем и банкет в их честь вечером, причем все это было запланировано на один день. Больше всего Лайлу пугало то, сколько потребуется потратить эмоциональной энергии, чтобы весь день сохранять бодрость, беседовать с сотнями поклонников, контролировать каждое слово, следить за тем, чтобы никто не ушел разочарованным, и в то же время никому не позволить нарушить свои личные границы.
Ну и конечно, теперь, когда они с Шейном были вместе, Лайла согласилась на это без раздумий. Ей не хотелось расставаться с ним ни на минуту. То, что Шейн постоянно будет рядом с ней, успокаивало Лайлу и позволяло немного расслабиться. Она заранее встретилась со своим старым психотерапевтом и проработала с ним в подробностях все наихудшие сценарии, обговорив, каким образом будет справляться с тревожностью, не прибегая к помощи медикаментов ― но на всякий случай имея в сумочке антидепрессанты.
В эту ночь Лайла спала беспокойно и проснулась задолго до звонка будильника. Шейн тихо похрапывал рядом. За завтраком она выпила немного кофе и съела чуть больше половины банана ― желудок свело, и в рот ничего не лезло. Она сделала вид, что не замечает встревоженного взгляда Шейна.
В микроавтобусе по дороге в конференц-центр Лайла молча сидела на заднем сиденье, а все остальные вокруг болтали и шутили. И Шейн тоже, однако все это время он крепко сжимал ее руку в своей.
Здание конференц-центра занимало почти целый квартал и было способно вместить не одну тысячу человек. Толпы людей в ярких париках и костюмах уже нетерпеливо топтались снаружи. Участников конвента провели через служебный вход, но отдаленный гул человеческих голосов уже начинал угнетать Лайлу. Она рассеянно поигрывала ламинированным бейджем у себя на шее, пока Раф с Брайаном обсуждали, какие секции им хотелось бы посетить в перерывах между исполнением своих обязательств.
Прежде чем вывести их на специально подготовленную площадку, сотрудник конвента провел короткий инструктаж: они не обязаны подписывать то, чего не хотят; они могут фотографироваться и общаться со зрителями, но нельзя допускать замедления движения очереди; если в какой-то момент они почувствуют, что им грозит опасность, им следует обратиться к охраннику, который будет дежурить рядом. Как только дверь на площадку распахнулась, сердце Лайлы глухо забилось, перед глазами все поплыло, и ее с головой накрыл шум толпы.
Лайла предполагала, что столик для раздачи автографов будет стоять где-то в сторонке, но он был расположен прямо в центре зала. Ограничительные канаты отделяли ряды возбужденных фанатов, которые мало чем отличались от других посетителей конвента, пытавшихся протиснуться сквозь толпу. От двери до стола было не менее десяти метров, и Лайла изо всех сил старалась пройти это расстояние так, чтобы сохранить максимум спокойствия.
Она смутно различала лица людей, выкрикивавших их имена: ЛайлаКейтШейнХаррисон! ― и видела бесконечное море телефонов, нацеленных на нее, однако ее обворожительная улыбка дрогнула лишь однажды ― когда кто-то дернул ее за руку. Она резко обернулась, но кем бы ни был этот человек, его уже оттеснила толпа.
Как только они расселись за длинным столом ― Шейн с одной стороны от Лайлы, Натали с другой, ― она сумела немного расслабиться. Улыбка наконец-то стала естественной, и Лайла помахала рукой длинной очереди поклонников, засиявших улыбками в ответ. Затем она наклонилась к Шейну.
– Тут всегда так?
Ее воспоминания об одном-единственном конвенте, в котором она когда-то участвовала, уже давно стали чем-то туманными, но то, что происходило здесь, очень впечатляло.
Шейн окинул толпу взглядом.
– Такого раньше не было, ― пробормотал он в ответ и быстро сжал ее руку.
– ПОЦЕЛУЙ ЕЕ! ― вдруг крикнул кто-то, и Лайла отпрянула от Шейна, будто ее ударило током. В толпе раздались одобрительные возгласы, и все большее количество людей стало скандировать: ― Поцелуй ее! Поцелуй ее! Поцелуй ее!
Лицо Лайлы горело, несмотря на то что она пыталась сохранить бесстрастное выражение. Шейн развернулся к толпе и отрицательно покачал головой, отмахиваясь от просьбы с ироничной улыбкой, ― он всегда понимал, как найти идеальный баланс в том, чтобы решительно пресечь подобные требования и не выглядеть при этом высокомерным мудаком. Сердце Лайлы трепетало от благодарности.
Как только началась автограф-сессия, Лайла с удивлением обнаружила, что ей это даже нравится. Большинство людей, которые по очереди подходили к ней за автографом, вели себя мило и уважительно. Лайлу искренне потрясло, когда люди один за другим принялись рассказывать ей, что «Неосязаемый» подарил им утешение, что он помог им пережить химиотерапию, или развод, или первые одинокие недели в чужом городе. Что Кейт вдохновила их на то, чтобы стать смелее, откровеннее и добиваться того, чего они хотят. Что исследование «длинного хвоста горя» в сериале помогло им справиться с их собственными бедами.
Однако нельзя было сбрасывать со счетов и то, что среди фанатов попадалось немало людей, чей интерес к сериалу ― и особенно к ним с Шейном ― выходил за рамки приличий. Лайла понимала, что надо быть готовой к подобным встречам, поскольку они будут сопровождаться либо презрительными взглядами в сторону Натали, либо ее полным игнорированием на пути за автографом к Лайле.
Один из таких радикально настроенных фанатов именно так и сделал и подсунул Лайле для подписи футболку с самодельным принтом. У
