глазами стоит лицо Даши… Ее глаза, полные любви и доверия.
Как я мог предать это доверие?
Смотрю на часы. Еще два часа… Два часа до исповеди.
Встаю, иду к окну. Город шумит внизу, машины сверкают на солнце. Жизнь идет своим чередом. А моя… Кажется, рушится,
Нет! Я не позволю этому случиться! Я все исправлю! Даша меня простит. Я знаю. Она любит меня.
Возвращаюсь к столу. Пытаюсь работать. Но мысли снова возвращаются к Даше… К Диане. К вчерашнему вечеру.
«А что, если она не простит?» — шепчет внутренний голос.
Дашка ведь у меня упрямая. Гордая. Если сильно её обидеть, может потом долго обижаться. Да и зная её характер, доверие потом непросто будет заслужить. Но я постараюсь все исправить, ведь люблю жену. Искренне, по-настоящему. Да они с детьми — моё всё! Просто немножечко оступился, ну с кем не бывает?
Но сомнение, словно заноза, засело в моей душе.
Время тянется медленно, мучительно. Каждый тик часов отдает в висках.
Рабочий день начинает подходить к концу, и тут вдруг раздается стук в дверь.
На пороге стоит Виктория Владимировна — моя секретарша. Взгляд у неё такой… Какой-то странный! Да что им всем от меня нужно? Насквозь видят что ли?! Или, быть может, просто заметили моё состояние, поэтому так себя ведут?
— Иван Валентинович, — начинает женщина, переминаясь с ноги на ногу. — Тут к вам пришла одна настойчивая гостья и требует пустить её к вам.
Боже, кого ещё принесло?! Сейчас я точно не рад гостям. Да и не жду никого. Мне бы домой поскорее свалить. К жене. К детям.
— Кто? — сухо толкаю я, откинувшись на спинку кресла.
— Диана Скороходова, — мямлит женщина, и я резко подрываюсь с места. Бля. Какого хрена Диана приперлась ко мне на работу?! Совсем что ли с ума сошла? Возмущение закипает внутри. Шумно выдыхаю, зачесывая волосы назад.
— Так мне её впустить? — напоминает о себе секретарша. Что-то подсказывает мне, что Диана пришла неспроста. Ладно.
— Пусть проходит, — едва слышно отвечаю я, и женщина кивает, а следом за ней в мой кабинет входит Диана.
Как всегда, вся при параде. Платье, каблуки, укладка, макияж. Но сейчас меня ее вид уже не цепляет, как это было вчера.
— Привет, Ванюш, — приветствует меня девушка, окидывая сияющей улыбкой. Приходит вперёд и плюхается на диван, который стоит в стороне от моего рабочего стола. — Ну и охрана тут у тебя! — хихикает она. — Никак не хотели меня к тебе пускать.
— Диан, по какому вопросу ты пришла? — усаживаюсь обратно в свое кресло, стараясь говорить спокойно.
— Вань, да я извиниться пришла, — Диана выглядит немного смущенной. — За вчерашнее. Я просто перебрала немного, и несла всякую чушь.
Взгляд девушки кажется мне искренне виноватым. Наверное, я ей верю. И будет хорошо, если мы с Дианой забудем этот глупый инцидент и разойдемся с миром. Она улетит к себе в столицу и продолжит строить карьеру, а я буду рядом со своей семьей.
— Диан, все в порядке, — ровно отвечаю я, сцепив руки перед собой. Диана мнется, будто бы ещё хочет что-то сказать.
— А на новости ты не обращай внимания! Мне это за столько лет уже привычно. Желтая пресса, сам понимаешь, пишет всякую чушь, чтобы людям было о чем судачить…
Внутри меня что-то ломается. Снова подскакиваю на ноги, словно кузнечик. Быстрым шагом движусь навстречу к бывшей однокласснице.
— Не понял, что за новости?! — голос срывается за крик, сердце подскакивает к горлу.
— А ты что, не видел? — Диана хлопает ресницами, смотря на меня изумленными глазами. — Все новости только о нас с тобой и пестрят. Кто-то видел, как мы с тобой заходили вместе в гостиницу и теперь мусолят эту новость везде, где только можно…
Дальше я не слушаю Диану. Замираю. Мир плывет перед глазами. В ушах звенит противный писк, а грудь сдавливает невидимыми веревками.
О, боже… Даша!
Наплевав на все, срываюсь с места, игнорируя реплики Скороходовой, которые летят мне вслед.
Глава 12
Дарья
— Вау, ты теперь у нас знаменитость, — первое, что соображаю выпалить. Горечь подступает к горлу, трудно дышать. Грудь разрывает от удушающей болей. Я не знаю, как мне удержаться на ногах.
— Даш, не читай, что там пишут. Это… Это все полный бред! — Ваня пытается оправдаться, но я вижу в его глазах виноватый блеск.
— Ты правда был с Дианой… В гостиничном номере? — спрашиваю я, хотя фото, которое я вижу в телефоне, лишь подтверждает мои самые страшные опасения.
Кажется, я сейчас рухну на месте. Эта новость лишает меня всех жизненных сил. Это словно нож в спину. Удар исподтишка. Смертельный удар…
— Даш, прости меня, — голос Вани дрожит, взгляд полон сожаления. А мне ещё хуже становится. Кажется, если ещё раз загляну в его глаза — умру. — Я тебе все объясню, только выслушай меня, хорошо?
А нужны ли мне его объяснения? Я не знаю. Кажется, итак все понятно…
Голова идет кругом, перед глазами плывет, картинка становится мутной, едва разборчивой.
Эта новость разлетелась по всему интернету. Теперь я понимаю, почему сегодня весь день мой телефон разрывался от звонков и сообщений. Это значит, что об этом уже знают все, кому не лень. Друзья, родственники, знакомые…
И… Дети.
От этой мысли мне и вовсе становится дурно. Так, что хочется кричать на Ваню, бить кулаками, спросить, что он наделал?!
Он попросту опозорил нашу семью. Так сильно, что я даже не знаю, как теперь отмыться от этих грязных слухов. А может, это и не слухи вовсе, а голая правда. Я не знаю. Ничего не знаю.
— Я тебя ждала всю ночь, Ваня. Переживала. Дозвониться не могла. А ты… Проводил время с другой, — хриплый голос не слушается, получаются какие-то жалкие обрывки фраз.
— Представляешь, я даже на встречу приезжала. Решила сделать тебе
сюрприз. Мама предложила, и я согласилась. Думала, тебе приятно будет. А пришла, тебя уже не было. Ты меня в такое унизительное положение поставил, — выдаю я с горькой улыбкой на лице, а в глазах слёзы стоят. Из-за них выражение лица мужа становится нечетким. Но так даже лучше. Слёзы сейчас выступают в роли защиты, потому что я не могу видеть лицо Вани. Это слишком больно. Пускай он извинится хоть тысячу раз, это уже ничего не изменит.
Случилось самое страшное. То самое, чего я так сильно боялась. И бонусом к моей боли и унижению является ещё и всеобщая огласка. Ваню знают многие в городе, потому что
