пострадал из-за меня. Если бы между нами ничего не было, то он бы не пошёл за мной. На него бы не наставляли оружие. В него бы не летели пули. Ему бы не пришлось видеть своих детей в том состоянии, в котором они находились. Роко бы не избили так. Мне стыдно буквально за всё.
Прижимаю телефон к уху, кусая губу и глядя в ночное время. Уже похолодало, скоро Рождество и Новый год. Обычно к этим праздникам я что-то готовлю, но вот уже давно ничего не пекла. Я не пекла с того момента, как вернулась. Я просто забыла, как это делается.
— Да, я слушаю, — раздаётся в трубке грубый мужской голос.
— Лонни, привет, это я, — тихо говорю.
— Лейк? — тембр его голоса меняется и становится мягче. — Как ты? Я могу тебе чем-то помочь?
— Нет… да, я не знаю. Господи, Лонни, я не знаю. Я просто не знаю, — признаюсь ему.
— Ты всегда можешь вернуться, леди босс.
— Я не могу. Я… как там совет? Джеймс ответил за всё? Рубен же убит?
— Рубен убит. Я лично вытаскивал его тело. Он был чертовски мёртвым, ты можешь не переживать. Джеймса убили. Совету особо и не нужно было столько доказательств. Они верят боссу. Деклан похоронил своего отца…
— Мне так жаль.
— Да, это было печально. Но его кандидатуру рассматривают в качестве босса ирландской семьи. Босс делает всё, чтобы так и было. Это его благодарность за то, что он разрезал верёвки на руках Раэлии перед тем, как вас повели к нему. Так что сейчас мы ожидаем результатов голосования.
— Это хорошо или плохо?
— Для нас хорошо, Деклан в ужасе, — смеётся Лонни.
— Ладно, а как Энзо? Он уже поправился? А Ида? Она же… она ослабила мои верёвки, Лонни. Ида помогла нам. Она пыталась изменить всё.
— Я знаю. Ты же это сказала на камеру. Я знаю. Она отдала опеку над Энзо Доминику, но пока в городе. Доминик решил пока не трогать её. Энзо в порядке. После Нового года пойдёт в новую школу. Он в восторге и постоянно спрашивает о тебе.
— Понятно. Я тоже скучаю по нему.
— Лейк, возвращайся. Боссу хреново. Он ни с кем не спал ещё. Зачастую он просто работает, проводит время дома, и всё. Никуда не ходит. Он угасает здесь без тебя, Лейк. Он очень скучает.
— Лонни, не надо…
— Надо. Почему ты не можешь вернуться? Ты же должна быть здесь. Твоё место с нами, Лейк. Насрать на всё. Мы и не с такими проблемами сталкивались. Всё херня.
— Ты не понимаешь. Я была ослеплена местью, Лонни. Я бросила их… сбежала и бросила их одних там, только бы не упустить Рубена, и проиграла. Посмотри, что я наделала, — всхлипываю и быстро стираю слёзы.
— И это то, о чём ты переживаешь? Господи, Лейк, мы столько ошибок делаем постоянно, ты и понятия не имеешь. Вспомни, сколько ошибок сделал Доминик. Но он ещё надеется. Он надеется, Лейк, после всего, что с ним случилось. Он надеется. Не забирай у него надежду. Он не винит тебя. Просто не понимает, что сделал не так. Ему казалось, что этот случай, наоборот, вас свяжет. А всё, оказалось, иначе. Доминик страдает. И это плохо, Лейк. Ему очень плохо, он слабеет. Если на него нападут, Доминик не будет защищаться. Он теряет надежду. И когда потеряет совсем, позволит себя убить. Пока он борется, потому что у него есть причины. Если ты вернёшься, то у него будут ещё более веские причины выжить. А так… их нет. Он…
Бросаю трубку, не в силах слушать это. Меня, наконец-то, разрывают рыдания. Закрываю лицо руками и плачу. Я снова совершаю ошибки, которые причиняют боль. Что бы я ни сделала, совершаю ошибку за ошибкой. Когда это прекратится?
Глава 27
Доминик
Жить дальше. Ты просто привыкаешь это делать. Привыкаешь к тому, что ты всегда будешь наблюдать, а не участвовать. Привыкаешь ко всему. Это наша человеческая особенность. Ты привыкаешь к одиночеству и тишине. Привыкаешь к тому, что ты не создан ни для чего хорошего. Вот и всё. Ты просто привыкаешь.
— Я бы посоветовал тебе устроить банкет в честь своего назначения в конце января. Так ты привлечёшь больше семей, и они приедут. Сейчас начался сезон отпусков, Рождество, как-никак. Тебе будет выгодно заручиться их поддержкой. Джеймс пренебрёг моим советом, и в итоге никто даже особо не вдавался в подробности его казни, — хмыкнув, передаю распечатки с контактами всех представителей боссов в Америке.
Деклан тяжело вздыхает и кивает.
— Я не хочу, — тихо говорит он. — Я… боже, Доминик, я же не справлюсь. Я только отца потерял, просто… это так сложно.
Я искренне сочувствую парню. Он пережил много дерьма, но до конца выбирал то, что не уничтожит его человечность изнутри. Деклан надрезал верёвки Раэлии, чтобы она сбежала. Он рассказал ей о плане, принёс ей всё оборудование, чтобы спрятать на ней и таким образом уничтожить свою же семью. Да, это может казаться неправильным, ведь Деклану должно быть по хрену на нас. Но он всё же это сделал. И я с каждым годом, наблюдая за ним, восхищаюсь им. Деклан меняется. Он становится собой, изучает то, чего может достичь, и идёт дальше.
Кладу руку на его плечо и немного сжимаю.
— Мне очень жаль твоего отца, Деклан. Очень жаль. Я знаю, как это больно потерять родителя, которого ты любил. Было всего два варианта: или отдать тебя им, как младшего Босса мудака Джеймса, или представить тебя, как мужчину, который требует справедливости в отношениях между семьями, как и поддержания традиций. Ты последовал бы вслед за Джеймсом, если бы не выдвинул свою кандидатуру на роль босса семьи.
— Я понимаю, — кивает он. — Но… я ни черта не знаю об этом. Боюсь, что налажаю. Джеймс и Роб работали на последователей Грега, а я против этого. А если они придут за мной? Если они заставят меня делать то же самое? Выходит, что смерть моего отца была бессмысленна?
— Нет, это не так. Ты отличаешься от Джеймса, Деклан. Ты прав, они могут прийти к тебе, но ты можешь отказать им. Тем более, эти придурки уже в курсе того, что ты состоишь с нами в дружеских отношениях. И это уже не те отношения, что были у нас в период правления Джеймса. Они намного серьёзнее. Я не буду уверять тебя в том, что будет легко. Нет. Не будет. Тем более, нам предстоит самим найти тех людей, которые всё ещё пытаются воскресить Грега. Пора заканчивать с этой историей. Но я буду рядом, Деклан. Если у тебя появятся вопросы, или понадобится помощь, или ты просто растеряешься, то можешь в любой момент позвонить мне, и я приеду, чтобы помочь тебе. Ты мне как сын. Поэтому ты можешь рассчитывать на меня. Хорошо?
— Да, спасибо, Доминик, — Деклан устало улыбается и кивает.
Похлопываю его по плечу, и мы выходим из кабинета.
— Итак, какие у тебя планы на праздники? — интересуюсь я.
— Никаких. Я ещё в трауре. Поэтому буду просто лежать в постели, пить и курить. Вот так-то.
— Ты мог бы прийти к нам. Дети поехали покупать ёлку. Энзо вносит в этот дом очень много нового, и кажется, что Раэлия с Роко, а с ними Дрон и Роза восполняют свои детские воспоминания, — улыбаюсь я.
— Роза до сих пор здесь? — удивляется Деклан. — Роко говорил, что ты разрешил ему не жениться на ней.
— Это так. Я дал согласие на их брак с Дроном, но… обещал помочь Розе. Я её должник. Она увезла Энзо, спрятала и защищала его. Роза хороший человек. И она очень умная. Знаешь, я бы даже посоветовал тебе присмотреться к ней.
— Никогда, — кривится Деклан. — Она высокомерная сука. Постоянно находит во мне только недостатки.
