— Что такое?
— Полагаю, уши у него тоже натренированы и он слышал весь мой разговор с Силби. О котором я вообще-то не собирался упоминать, — поспешно добавил Брукс в ответ на молчание Эбигейл. — А теперь понимаю, что это было неправильное решение, потому что разговор был важным и касался тебя.
— Ты говорил с этой женщиной обо мне?
— Господи, какой тон, какой взгляд! Вот поэтому я и хотел умолчать о встрече с Силби.
— Не понимаю, о чем ты. — Эбигейл отвернулась, чтобы поставить на плиту кастрюльку с приправленной стручковой фасолью, которую предварительно купила на неделе. — Чем не понравился мой тон?
— Как железный молоток, кирпич можно разбить вдребезги. Нет, ничего, я не возражаю. — Брукс шутливо шлепнул ее ниже спины, даже не думая скрывать озорную усмешку. — Мне даже приятно.
— А мне нет. Не хочу, чтобы ты обсуждал меня со своей бывшей… женщиной, с которой у тебя была связь.
— Вот связи-то между мной и Силби никогда и не было. Я пил кофе, и она тоже зашла в закусочную, села за мой столик. Хотела извиниться за неприятный инцидент, что произошел в марте. Ну, ты помнишь. А еще ее волновал один вопрос: почему ты, а не она.
Эбигейл в задумчивости сняла с огня кастрюлю с курицей.
— Законный вопрос с ее точки зрения, и с твоей тоже. Что касается меня, я считаю такую ситуацию неловкой и унизительной, не вызывающей ничего, кроме раздражения. Женщина с ее внешностью привыкла получать все, чего захочет, и не может считать меня достойной соперницей. Тем не менее меня это сердит. А тебе это нравится, и я еще больше злюсь.
— Пока ты не набросилась на меня с кулаками, может, послушаешь, что я ответил?
— Какое мне дело, что ты сказал в частной беседе?.. — Эбигейл достала тарелки и стала с грохотом расставлять на столе. — Нет, неправда, мне очень хочется знать.
— Я сказал, что рядом с тобой я чувствую себя счастливым и все вокруг обретает новый смысл. А еще сказал, что не знаю, почему люди влюбляются друг в друга. Просто так происходит, вот и все.
— И ты сказал, что любишь меня? — Эбигейл смотрела ему в глаза.
— Да, потому что это правда.
— Ладно, я уже меньше злюсь.
— Вот и хорошо. По правде говоря, мне не хотелось с ней разговаривать, но потом я понял, что так лучше. Думаю, мы никогда так хорошо не понимали друг друга, и от этого нам обоим стало легче.
— А я чувствовала бы себя спокойнее, не будь она такой красавицей. Как мелочно с моей стороны… А мне совсем не хочется быть мелочной.
— Поскольку я рос в обществе двух сестер, то со спокойной совестью могу утверждать, что вы с ней квиты. У нее такие же опасения на твой счет. Но самое главное, что все это время Бэббит держал ушки на макушке.
— Не вижу, какое это может иметь отношение к выдвинутым против Джастина Блейка обвинением. Если, разумеется, Роланд Бэббит действительно является частным детективом, которого нанял Блейк.
— Никакого. Но это дает пищу для размышлений и разжигает любопытство. Так же как пистолет, что ты носишь при себе, и сложные системы безопасности. Как увязать это все с обликом добропорядочного гражданина?
— Мои документы выдержат стандартную полицейскую проверку. Нет причин усомниться в их подлинности.
— Не сравнивай частного детектива с полицейскими, — возразил Брукс.
— Думаю, документы пройдут даже самую строгую проверку. По крайней мере, никогда не возникало с ними проблем.
— Тебя когда-нибудь арестовывали и подвергали допросу?
— Нет, но меня постоянно проверяют заказчики, прежде чем подписать контракт. Учитывая деликатный характер работы и плату, которую я беру, каждый новый заказчик считает своим долгом проверить все документы и рекомендации.
— Это хорошо, — с удовлетворением отметил Брукс. — Приятно слышать. Меня беспокоит другое: Бэббит будет работать не на заказчика, который хочет тебя нанять, а на человека, пытающегося отыскать какую-нибудь грязь, чтобы впоследствии тебя дискредитировать или угрожать.
— В таком случае частный детектив должен обладать большими талантами и целеустремленностью.
— Может, примем меры предосторожности?
— Можно его припугнуть. У тебя власть и оружие. Встреться с ним, запугай и заставь уехать.
— Можно и так, только это еще больше разогреет его любопытство. Разве что подумать о другом средстве воздействия.
— Я не хочу уезжать.
— Ну, этого мы не допустим.
Эбигейл бесило неожиданно возникшее новое осложнение, не имеющее ничего общего с семейством Волковых.
— А если бы я не вышла из дома, не открыла дверь или просто показала ему дорогу…
— Это ничего бы не изменило. Он выполняет свою работу. А мы, вернее ты, потому что ты действуешь более оперативно, найдешь все сведения об этом типе. Узнай, что он за птица и с кем нам предстоит иметь дело. Ну а пока… хотел бы взять на время несколько твоих камер наблюдения.
— Зачем?
— Мера предосторожности. Ничего, если отделение полиции Бикфорда позаимствует на пару дней часть твоего оборудования?
— Хорошо. — Эбигейл достала связку ключей. — Бери, что хочешь.
— Спасибо. Я пришлю за ними Эша или Бойда, ладно? А сейчас надо сделать пару звонков, чтобы договориться.
— Ну а мне надо закончить с приготовлением ужина. — Эбигейл надеялась, что работа успокоит натянутые до предела нервы. — Не хочу переварить овощи.
Ей было необходимо чем-то себя занять, чтобы не дать вырваться на волю нарастающей панике. Если заниматься обычными делами, добавить в фасоль свежий тимьян и масло, полить винным соусом курицу, разложить еду по тарелкам вместе с жареным картофелем, можно на время удержать иллюзию нормальной жизни.
Новое блюдо получилось исключительно вкусным, но Эбигейл не могла заставить себя проглотить хоть кусочек.
У нее имелся план на случай возникновения непредвиденной ситуации. Так было всегда. Все документы, необходимые для превращения в другого человека, лежали в комнате-сейфе, ожидая своего часа.
Но Эбигейл не хотела ими воспользоваться, не хотела становиться другим человеком. А значит, надо бороться за право остаться тем, кем она является сейчас. Так, надо все взвесить.
— Если этот детектив мастер своего дела и отличается упорством, все равно потребуется время, чтобы вызвать недоверие к моим документам, — размышляла вслух Эбигейл. — И мне нужно время, чтобы продумать, как лучше связаться с агентом Гаррисон.
— Она в Чикаго?
— Мне нужен был человек в Чикаго, ведь именно там находится логово Волковых. Таким образом, у нее больше возможностей и мотивов. И отреагирует она быстрее, если привыкнет верить моей информации.
