что меня не хотят соединять с моим собеседником.
Последний раз я называла его так в своей спальне в день выполнения спора. Хард жутко бесился от столь милого прозвища, не отражающего его суть подонка и альфа-самца.
– И сколько ты уже выпила? – от голоса Харда расплываюсь в глуповатой улыбочке пьяной дурочки и смотрю на телефон с нескрываемой нежностью и любовью. Томас дал обещание отпустить меня на вечеринку при условии, что я буду звонить и сообщать об уровне трезвости своего состояния. И сейчас не видя лица британца, я убеждена, что от еле скрываемого раздражения он закатывает глаза. Взъерошивает свои волосы от разрываемой досады от того, что он не рядом и не в состоянии каждую секунду капать мне на мозг, контролируя каждый мой поступок.
Хард далеко и ничего мне не сделает, а я обладаю полной свободой и возможностью потрепать этому неуравновешенному собственнику нервишки.
– Меньше, чем ты думаешь Томми, – у меня сосет под ложечкой всякий раз, когда я так называю. – Несколько бокальчиков шампанского. И я почти абсолютно трезвая, конечно, не настолько, чтобы не говорить всяких глупостей, но достаточно в себе, чтобы не совершать необдуманных поступков, – Хард тяжело выдыхает в трубку, удовлетворенный моим заверением, а меня пробивает на мелкую дрожь стоит мне услышать дыхание Томаса, от которого безобразные мурашки собираются на затылке и расползаются по телу. – Ты все еще можешь присоединиться и составить мне компанию, – кокетливо кусаю нижнюю губу, словно Том может увидеть. Но он определенно понимает, что я с ним заигрываю.
– Нет, Майя.
– Да ладно тебе, Хард, я практически вешаюсь тебе на шею, а ты так бестактно отказываешь мне.
– Ты всегда вешаешься мне на шею, – фыркаю в телефонную трубку и буквально вижу его похабную улыбочку.
– Ладно, мне пора. Постарайся не скучать без меня, малыш, – и прежде чем Хард успевает воспротивиться и возразить, не желая превращаться в слащавого парня, которому девушка придумывает разные ласковые обращения, сбрасываю вызов и моя внутренняя слегка пьяненькая богиня со съехавшей на голове короной, ликует.
Вечеринка Кэт не похожа на пьяные сборища студентов, что гремят в доме братства или в других домах детишек богатеньких родителей. Кэт задумала провести свой день рождения в кругу своих друзей – и как было приятно осознавать, что в круг ее друзей входила и я – прямо у себя в комнате в общежитии. Не было оглушающей музыки, пьяных воплей и вечной неразберихи, которая возникала на вечеринках. Стоит хотя бы вспомнить мой первый выход в свет и появление в доме братства – сплошные крики, возгласы, дикий смех от избытка алкоголя в крови. Спальня Кэт была достаточно большой, чтобы семь ее верных друзей легко могли найти каждый свой угол – в их числе был знакомый мне Уилл, заинтересованность во мне, которого росла на глазах, но Кэт всячески его одергивает предостерегающим тоном.
– Уиллу башню снесло! Он не может понять, что такая девушка как ты, нашла в таком парне как Хард? – Кэт сидит на своей постели, скрестив ноги, попивая из железной банки пиво. Я сижу напротив на соседней кровати, которую Кэт каким-то образом удалось заполучить, запудрив администрации мозг тем основанием, что у каждой уважающей себя девушки должно быть две постели. Почему именно, она не удосужилась им объяснить! А я просто восхищаюсь ловкостью своей подруги!
– Это самая обсуждаемая новость в университете? – Кэт играет бровями и на мордашке ее скачет хмельная улыбочка. Она никогда не разносила сплетни и слухи, но впитывала их как губка. В этом мы с ней были похожи: я всегда держалась вне интриг, но запоминала деталь каждого скандала и слово в слово слухи, путешествующие по университетским коридорам.
– А ты как думаешь? – не допивает несколько глотков уже выдохнувшегося пива, Кэт открывает новую банку.
– Думаю только ленивый не обсуждает нас, – с пивом во рту она прыскает от смеха и капли хмельного напитка летят мне в лицо. Я хихикаю и поддерживая Кэт, в ответ пью свое шампанское, которое в отличие от напитка моей подруги, полно газиков, уже изрядно ударивших мне в голову.
– Харду кажется нравится такая перспектива? – изгибаю брови в непонимании. – Ходить грозовой тучей и кидаться на каждого, кто плохо на тебя посмотрит.
Слова Кэт заставляют меня задуматься моим опьяненным умом о защите Томаса, который несмотря на ореол свой неприступности, получает немыслимое наслаждение стоя на страже моей безопасности.
– Не думай, что я слишком любопытна и лезу в чужую личную жизнь, Майя, но раз мы типо подруг, я могу иногда проявить чрезмерную заботу.
– Если честно, у нас довольно сложные отношения и я до конца не понимаю к чему они приведут, но… – замолкаю, на миг задумавшись о том, стоит ли продолжать разговор, я и так достаточно разоткровенничалась. Обсуждать наши с Хардом отношения – дело непростое и я не уверена, что кто-то вообще способен понять меня.
– Но рядом с ним ты чувствуешь себя в безопасности, ощущаешь рядом сильное мужское плечо, но которое можно не только упереться, но и вцепиться, ну ты сама понимаешь, – Кэт понижает голос до заговорщицкого шепота и в пошлой улыбочке подрагивают уголки её губ, – и тебе с ним просто комфортно. Комфортно несмотря на все разногласия, ссоры и препирательства, в руках этого обаятельного подонка и вора девичьих сердец. – Мои глаза округляются от удивления, и рот приоткрывается в немом удивление в форме буквы «о».
– Откуда ты…? – одним махом допиваю остатки шампанского и тянусь к наполовине пустой бутылке, чтобы налить еще.
– Одно время я встречалась с парнем, который был сделан из того же теста.
– Что произошло? – Кэт усмехается над моим обеспокоенным взглядом и тоном.
– Мы остались неплохими друзьями. Друзьями, которые неплохо делят одну постель на двоих, – Кэт громко хохочет, привлекая внимание своих друзей, мирно разбредавшихся по углам и погруженных в свои собственные мысли и разговоры. – Ты ведь по уши влюблена, Майя? – обладательница зеленых глаз смотрит на меня с жизненной мудростью, стирая капли конденсата с банки пива.
– Так сильно заметно? – поудобнее усаживаюсь на постели, чтобы скрыть волнение, но сама же себя и выдаю. Грустную улыбку прячу за глотком шампанского.
– Ты светишься. Хард безусловно засирает тебе мозг, но это его особый способ проявления заботы, внимания, и любви. – Кэт говорит о любви Томаса с такой уверенностью, словно брюнет официально заявил ей о статусе наших отношений. Но, кажется, кареглазый обольститель забыл предупредить меня!
– Ну почему хорошие девочки всегда влюбляются в плохих мальчиков? – подруга допивает остатки пива и с какой-то вселенской грустью
