Сделка с боссом. Опасная игра - Ника Лето

— Хорошо, — говорит она. — Я остаюсь.

Она разворачивается и уходит, не дожидаясь разрешения.

А я остаюсь один в тишине кабинета. Я только что совершил первую по-настоящему нерациональную сделку в своей жизни. Я купил её доверие, заплатив своей маской беспристрастности. И обнажил перед ней часть той усталости и вины, что ношу в себе.

Ну что ж, Богдан. Поздравляю. В последние дни ты ведёшь себя опасно и глупо. И неизвестно, к чему всё это приведёт в будущем.

Глава 11. Нормальная жизнь

Наконец-то наступает суббота. Выходной день. День, когда я могу выдохнуть и притвориться нормальным человеком хотя бы на пару часов.

Я сижу в уютном кафе в центре города, помешиваю остывший капучино и слушаю Иру. Она тараторит без умолку, перескакивая с темы на тему, размахивает руками и периодически тыкает вилкой в свой чизкейк.

Солнце пробивается сквозь большие окна, золотит её рыжие кудри, и весь этот антураж — уютные диванчики, аромат свежей выпечки, непринуждённая болтовня — кажется мне декорацией. Красивой декорацией, но фальшивой.

Как и моя новая жизнь.

— Алёна! Ты вообще меня слушаешь?

Ира щёлкает пальцами перед моим носом. Чёрт. Я вздрагиваю, пытаюсь вернуться в реальность. Хватит уже думать о том, что меня гложет. Ну хоть на время я могу побыть просто Алёной без каких-либо проблем?

— Да, конечно. Ты говорила про... начальника?

— Про его жену! — закатывает глаза Ира. — Боже, ты будто в облаках витаешь. Я говорю, эта стерва приперлась в офис и устроила скандал на пол-этажа. Орала, что он с молоденькими стажёрками зажигает. Представляешь? Позорище!

Я выдавливаю сочувственную улыбку, но внутри всё сжимается. «Стерва», «скандал», «молоденькие стажёрки». Мой мир теперь состоит из таких же слов. Только они звучат не как сплетни из чужой жизни, а как потенциальные заголовки моей собственной катастрофы.

Только вместо «стажёрки» прекрасно можно подставить слово «секретарша».

Идеально, блин.

— А у тебя как дела? — Ира прищуривается, отламывая кусочек чизкейка. — Кредиты не задушили? Тот козёл всё ещё не объявлялся?

Вопрос бьёт точно в солнечное сплетение. Кредиты. Козёл. Деньги, которые висели надо мной и сжирали мои нервные клетки день за днём. А теперь... теперь их нет. И я не могу сказать ей правду.

Не могу рассказать Ирише, что мой босс — криминальный элемент, и что я сидела у него на коленях перед каким-то авторитетом, что на этой неделе меня чуть не скрутили в отеле за передачу флешки с неизвестным содержимым.

Это не звучит нормально. Это звучит как полная нелепость. Такое говорить, будто пересказывать дешёвую криминальную драму с низким бюджетом. Для полного счастья перестрелки ещё не хватает.

Тьфу, блин. Не накаркать бы.

— Нормально, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос звучал легко. — Разбираюсь потихоньку.

— Слушай, — Ира вдруг подаётся вперёд, и в её глазах загорается тот самый огонёк, который я ненавижу больше всего — огонёк сплетницы, учуявшей добычу. — Тут такое дело... В общем, Наташка из бухгалтерии сказала, что у тебя роман с боссом. С самим Майоровым! Это правда?

Я чувствую, как краска заливает щёки. Горячо, нестерпимо. Ну всё. Докатились слухи. Аж перекинулись на соседний бизнес-центр. Интересно, через сколько дней они доползут до моей бывшей школы, до подъезда, до кота?

Хотя Маркиз уже в курсе. Я ему покаялась, когда завывала в подушку рядом с его наглой мордой.

— Ир, это...

— Не ври! — перебивает она и хмурится. — Я ведь никому не расскажу! Я твоя лучшая подруга, между прочим! Мы с тобой со школы вместе! А ты молчишь! Это вообще нормально, что я узнаю такие новости от Наташки?

В голосе Иры проскальзывает вселенская обида. А слова «лучшая подруга» бьют по мне похлеще чего-либо другого. Раньше мы и вправду ничего друг от друга не скрывали. Но теперь… я не могу.

Я смотрю на Иру, на её открытое, любопытное лицо, и понимаю: я не могу рассказать ей правду. Никогда. Это не моя тайна. Это тайна, за которую можно умереть.

— Это... сложно, — выдавливаю я.

— Сложно? — Ира округляет глаза. — Да это же мечта! Он красавчик, богатый, одинокий — ты сама говорила! Чего сложного-то?

Она откидывается на спинку дивана, скрещивает руки на груди и смотрит на меня. Поджимает губы и качает головой.

— Значит, не доверяешь мне. Понятно. Держишь дистанцию. Ну-ну.

Играет в обиженку, но невольно озвучивает правду. Она абсолютно права. Я держу дистанцию. Я вынуждена держать дистанцию со всеми, кто мне дорог, чтобы однажды не найти их с синяками на запястьях. Или его похлеще…

— Ладно, — выдыхаю я, сдаваясь под натиском её обиженного взгляда. В конце концов, эту легенду мне придётся поддерживать везде. Чем раньше я привыкну, тем меньше будет подозрений. — Да, это правда. Мы... вместе.

Ира замирает на секунду, а потом издаёт такой визг, что официант за соседним столиком вздрагивает и проливает кофе.

— Я так и знала! — орёт она, привлекая внимание всего кафе. — Знала! Алёна, ты моя героиня! Из секретарши — в постель босса! Да это же классика!

— Тише ты! — шиплю я, проваливаясь сквозь землю от стыда. — Не ори на всё кафе.

— Извини-извини, — она прикрывает рот ладошкой, но глаза её горят неподдельным восторгом. — Рассказывай! Как это вышло? Он сам подкатил? Долго ты сопротивлялась? Он хоть хорош в постели? С такими данными просто обязан быть хорош!

Господи. Только не надо об этом.

Всё ведь намного грязнее, чем она может себе представить. Потому что моя «постель с боссом» — это постоянное нервное напряжение, страх и игра на публику.

— Ир, давай не здесь, — шепчу я умоляюще.

— Ладно-ладно, — она довольно ухмыляется, откусывая ещё кусок чизкейка. — Но вечером созвонимся, и ты мне всё-всё выложишь. Все детали, Алёна. Мне нужны детали. Я буду жить твоей личной жизнью, раз уж моя — полный швах.

Я киваю, чувствуя, как тошнота подступает к горлу. Фарс, который мы разыгрываем на работе, теперь перекинулся и на мою личную жизнь. Ире я буду врать. Маме буду врать. Всем знакомым.

Эта история прорастает в мою жизнь. Вплетается в неё, как сорняк. И я не могу его убрать, вырвать. Уже поздно. Он теперь повсюду.

Телефон на столе начинает вибрировать. Экран загорается именем, от которого у меня холодеет всё внутри.

«Майоров».

— Ого, — тянет Ира, заглядывая через плечо. — Босс звонит. В субботу. Ну надо же, какой трудоголик. Или просто соскучился?

Я беру трубку дрожащими пальцами.

— Да?

— Алёна. — Его голос ледяной, безэмоциональный, как всегда. — Сегодня вечером появились