Она прострелила мою стену. Ещё одна стена пострадала из-за моей девушки. Это уже ни в какие рамки не входит. Это возмутительно. Но меня собираются убить в третий раз менее чем за двадцать четыре часа. И что мне делать дальше? Раэлия шипит, пиная воздух, словно её кто-то хватает. Чёрт… блин, придётся испортить палас, иначе Раэлия пострадает. А мне бы этого не хотелось.
— Раэлия, это я, Мигель. Опусти пистолет. Опусти его, — мягко говорю я, выставляя руки вперёд и медленно, очень медленно встаю на ноги.
— Мигель! Где Мигель? Куда ты дел его? — рявкает она, скалясь и снова направляя на меня пистолет.
Ладно, придётся прыгать. Я отталкиваюсь ногами и лечу в сторону. Раэлия выстреливает. Я точно отлуплю её сегодня. Вторая дыра в стене! Ну, держись, Раэлия, будешь ходить с красной задницей!
Глава 38
Рэй
Если грядёт опасность, то надо быть всегда начеку. В моей жизни опасность поджидает на каждом шагу, поэтому я, в принципе, и не расслабляюсь. Не расслаблялась до момента, как встретила Мигеля. Целый день не предвещал ничего плохого, пока кое-кто не решил всё испортить. Раньше я бы даже не напрягалась особо. Я бы увезла Мигеля в одну из квартир, чтобы спрятать его там. Я бы вооружилась до зубов, у меня был бы огромный доступ ко всем камерам города, ко всем возможностям, чтобы узнать этих ублюдков и быстро отследить их. У меня был бы шанс спасти Мигеля. Этого мужчину, который психанул из-за чёртовых грязных стен. И это меня пугает намного сильнее, чем тот факт, что, вероятно, кто-то решил поохотиться за Мигелем, и имя этому кому-то Доминик Лопес. То есть мой отец. Да, я считаю, что это он. Какие-то ленивые попытки убить Мигеля. Слишком ленивые. Если мой отец хочет кого-то убить, то тот уже мёртв. И уж точно он не присылает таких придурков, которые даже не вооружились до зубов. Но всё это слишком похоже на то, что было с Дроном и Роко. Слишком. Прямо идентично, как будто у моего отца фантазия закончилась. И я не понимаю сути его поступков. Зачем ему пугать Мигеля, если тот, в принципе, и не боится? И чем больше я думаю об этом, тем хуже становится моё состояние. Ночью я просыпалась один раз, а Мигеля не было рядом. Он сидел на кухне, за столом и пил кофе, отчаянно что-то ища в компьютере. Он был таким спокойным, таким… живым, отчего мне стало страшно. Реально страшно, что завтра его может уже не быть рядом. Завтра я могу держать его мёртвое тело в своих руках, и он никогда больше не психанёт из-за какой-то глупости. Завтра он мне не улыбнётся. Завтра он не рассмеётся на мои догадки, и я не услышу его голос. Завтра всё может уже измениться. Завтра может и не наступить для него.
Я пыталась взять себя в руки. Правда, пыталась, но, видимо, пережив сильный стресс из-за того, что могу потерять Мигеля, я сдалась. Я уснула, и это было худшее, что я могла сделать. Худшее.
В моей голове всё шумит и путается, когда я распахиваю глаза, а вокруг меня собирается тьма. Знакомая и вонючая тьма.
— Это сон… это сон, — бормочу я, поднимаясь с грязного матраса.
Сбоку что-то шевелится, и я подскакиваю к клетке.
— Мама? Роко?
— Раэлия? — раздаётся знакомый приглушённый шёпот Мигеля.
— Мигель! Это сон! Это просто мой кошмар! Чёрт! — Я злобно бью по клетке, отчего болью вспыхивают мои ладони. Свет медленно появляется надо мной, пока я рассматриваю свои ладони, на которых начинает просачиваться кровь.
— Нет… нет… чёрт, — скулю я.
Внутри меня поднимается животный страх. Он утягивает меня за собой. Я вытираю кровь о свои обнажённые ноги, а она всё течёт. Она капает вокруг меня, и её так много. Слишком много.
— Мигель? — Я, превозмогая боль, хватаюсь за острые прутья, но камера пуста. Сбоку открывается металлическая дверь, и я вылетаю из клетки. Я бегу по лестнице, которая кажется мне очень высокой. Я падаю и снова бегу. Лестница резко заканчивается, и я с грохотом скатываюсь вниз.
— Блять, — скулю я, отчего всё тело вспыхивает болью. Открываю глаза и тяжело дышу, глядя на своё отражение на полотке. Кровь растекается вокруг моего тела. Я сажусь и щупаю себя. С ужасом смотрю на кровавые отпечатки, оставленные кем-то на шкафу, стенах и зеркалах. Они появляются так быстро.
— Мигель… нет. — Ползу до двери и открываю её. Подскочив на ноги, я бегу в гостиную и замираю.
— Папа? — одними губами шепчу я.
Отец стоит напротив Мигеля. Я сглатываю от страха.
— Нет… нет, пожалуйста, не трогай его.
Где мой голос? Почему мой голос пропал?
Отец засунул в рот Мигеля грёбаный пистолет. Как он пришёл сюда? Как появился здесь?
— Я же говорил, дочь, что он тебе не подходит. Это ты делаешь с ним, видишь? Это ты. Не я, не кто-то ещё, а ты. Ты убиваешь его. Пока ты рядом с ним, он труп. Он…
С животным рёвом я прыгаю на отца и сбиваю его с ног.
— Что за чёрт? — шипит он.
Я успеваю выхватить у него пистолет и отойти от него.
— Эм, Раэлия, ты как вроде бы наставила пистолет на меня, — смеётся отец, пытаясь встать.
Нажимаю на курок, пуля летит мимо.
— Ты совсем рехнулась? — возмущается он. — Ты снова изуродовала мою стену!
Что? С каких пор это квартира отца! Это квартира Мигеля! Где Мигель? Что он с ним сделал? Мигель мой! И я, блять, убью этого ублюдка! Я засажу ему пулю в лоб, клянусь! У меня за спиной раздаётся топот ног, затем влетают Роко с Дроном. Дрон кашляет кровью, а Роко падает на меня. Он хватает меня за руки, но я отбиваюсь.
Сука! Отвали от меня! Отвали!
— Даже не думай, мудак. Только тронь его. Я убью тебя… я убью тебя.
Мои руки дрожат от страха. Где Мигель? Почему здесь так много крови? Почему из тела отца тоже течёт кровь. Где Роко? Где Дрон? Он убил их? Где все?
— Раэлия, это я, Мигель. Опусти пистолет. Опусти его. — Отец выставляет руки вперёд. Мигель? Он не Мигель, блять!
— Мигель! Где Мигель? Куда ты дел его? — рявкаю я, дёрнув пистолетом, и целюсь прямо ему в голову.
Отец поджимает губы, не собираясь отвечать. Ну, мудак, держись.
Нажимаю на курок. Меня дёргает назад, и я заваливаюсь на спину, сбивая стул. Я кричу от страха, ударяя кулаком в воздух. Кислород начинает сжимать мои лёгкие, а затем меня бросают в воду. Я захлёбываюсь, крича от страха.
— Мигель! Отпусти его!
— Раэлия, это я! Это я!
Меня резко сажают, и я быстро моргаю. Мой взгляд затуманен, но я вижу очертания Мигеля. Картинка постоянно дёргается, пока не стабилизируется. Тьма заполняет края моего зрения, и я цепляюсь за Мигеля.
— Я… ты жив… боже мой, ты жив, — бормочу, касаясь его лица.
— Я жив. Всё в порядке.
— Мигель, — хватаю его за плечи и прижимаюсь к нему.
Мне до сих пор не хватает кислорода, но это из-за грёбаных рыданий. Я так сильно испугалась. Испугалась, когда отец засунул пистолет в рот Мигелю. Безумно испугалась. Столько крови.
— Раэлия, всё хорошо, — шепчет он, поглаживая меня по спине.
С моего лица стекает вода. Я вся мокрая. У меня снова был кошмар. Чёрт… он жив.
— Я думала… я видела. Мой отец… он был здесь?
— Нет, никого не было. Только я. Всё хорошо.
— Он… он… пистолет у тебя во рту. Он пытался… убить тебя. Роко хотел мне помешать… я… боже, не умирай. Пожалуйста, не умирай, Мигель, — плачу я, стискивая его в своих руках.
— Не умру. Я в порядке, клянусь тебе. Я в порядке, Раэлия. И я… хм, может быть, сам засунул себе в рот пистолет.
— Что? — Я отшатываюсь от него. — Ты хотел… ты… пытался…
— Нет, господи, нет, — Мигель быстро мотает головой. — Я просто изучал некоторые аспекты. То есть мне было интересно, что чувствуют люди, которые… боже, это не важно. Я немного сглупил. И ты оставила две дырки в моей стене, а также уничтожила мои шторы и тюль. Опять придётся ехать в магазин.
— Вот ты
