семьей, но они все же были рамками, ограничивающими свободу мысли. Поэтому дочка никогда не хотела того, что ей было не нужно, не смотрела нежелательный контент, не интересовалась вне школьной программы…
Мне стало так стыдно за повторяющийся неправильный выбор в пользу комфорта и отшельничества. Мы не жили семьей, а как послушные обитатели романа «Мы» следовали общепринятым правилам, даже не представляя, что была жизнь за искусственно созданными ограничениями. Шаг в сторону считался попыткой побега, а прыжок — попыткой улететь. И мне было совсем не смешно.
Следующей реакцией должны были стать самообвинения и самобичевания. Но я стояла на балконе, купол светился фиолетовым, играла легкая музыка, и мысли принесли другое решение, маленькие шажки, которые помогли бы постепенно выровнять наш семейный лайнер на нужный курс. Например, я смогла бы выкраивать время на знакомство с местностью в командировках и привозить не самые очевидные сувениры, а нечто, наполненное национальным колоритом. И рассказывать об этом родным, чтобы делиться с ними новыми эмоциями, привносить в нашу жизнь яркие краски.
Сколько радостных мурашек побежало по телу, когда я поняла, что уже встала на этот путь. Я уже менялась, уже напитывалась чужой культурой, чтобы потом излить ее длинным рассказом по возвращении домой. Люди, которых я встречала, вдохновляли меня на внутреннюю революцию, и я готовилась к борьбе за собственное счастье. Однако город имел на меня совсем другие виды.
1-й год. Глава 3. Часть 2
1-й год. Глава 3. Часть 2.
Следующим утром я проснулась не от будильника, а от тяжелой духоты. Мне снилось, что я задыхаюсь, и от страха резко вынырнула из сна. Подушка и одеяло были влажными, а тело — липким от пота. Потом я ощутила мерные удары по голове и, вспомнив рассказы о японских пытках, тут же вскочила. Немного проснувшись, я вытянула руку, чтобы поймать каплю и проследить, откуда она стекает. Над местом, где сейчас лежала моя подушка, собирался конденсат. Именно он терроризировал меня все утро, но не он был причиной духоты.
Я нашла пульт управления кондиционером. На термометре было тридцать градусов — не удивительно, что я была мокрая. Попытка снизить температуру ни к чему не привела — аппарат остался глух к командам. И действительно я услышала, насколько в комнате стало тише. Обычно всегда в фоновом режиме гудели воздуховоды, а сейчас уровень белого шума снизился настолько, что я услышала стук своего сердца. Нужно было вызвать ремонтную службу, но прежде я залезла в душ, чтобы освежиться и облачилась в легкий брючный костюм.
Через несколько минут в дверь постучала менеджер отеля с извинениями за предоставленные неудобства. Это было молоденькая арабка, и в ее глазах отражался страх. Я поспешила успокоить ее улыбкой, что не имею претензий лично к ней, но очень хочу, чтобы поломку исправили. С девушкой пришло двое мужчин, по виду пакистанцы, в серых рабочих комбинезонах. Первым делом тот, что помладше, подошел к балкону и открыл дверь. В комнату ворвался свежий воздух, и я расстроилась, что сама не догадалась так сделать. Тем временем, я рассказала, как проснулась, и мужчины начали осмотр. Я шепнула менеджеру, что пойду на завтрак, чтобы им не мешать, и вышла из комнаты.
Когда вернулась, услышала нерадостные новости, что «при внимательном осмотре комнаты стало очевидно, что сломался кондиционер». А также что ремонт займет много времени. Не хотелось оставлять вещи без присмотра при открытых дверях и снующих туда-сюда рабочих. Но Дубай считается одним из самых безопасных городов в мире, поэтому я оставила все как есть — у меня не было ни больших сумм, ни драгоценностей, я даже ноутбук свой не брала в этот раз — и поехала в офис.
В этот раз я спросила про сувениры для дочки. Оливия внезапно вспомнила про неотложное дело и убежала. Мы с Ясминой переглянулись. Несложно было догадаться, что, точнее кого, она оставила в Бразилии. И мы не стали бередить ее рану. Зато Юлю с Жанной было не остановить: они с удовольствием вспоминали все, что покупали за последние несколько лет. У меня уже были куплены вещи с символикой группы, на концерт которой я так неожиданно попала, однако я ощущала, что купила их больше для себя. Поэтому записывала все, что предлагали.
Первым пунктом стали сладости. Мои сладкоежки всегда радовались новым вкусам. Я отметила места, где лучше покупать восточные лакомства. Директор так разрекламировал кофе, что я собралась накупить его мужу, заядлому кофеману. И девчонки подсказали, где лучше набрать для пробы. Для мам коллеги предложили приобрести шелковые шали, и мне понравилась эта идея. Я была уверена, что если бы смогла попасть в цвет нового пальто, то свекровь чаще брала бы внучку на выходные. Кофейник далла — я впервые о нем слышала! — отлично подходил в подарок начальнику. Его скорый день рождения всегда вызывал много мучений. Остальное я решила смотреть по факту, потому что сувениры в виде пальм или верблюдов уже примелькались. А ювелирные изделия были мне не по карману.
Довольная проведенным опросом, я считала, что выполнила первую часть задания — подготовилась к отъезду заранее. Ведь я никогда не любила собираться впопыхах. Но при моей нелюбви к затяжному шоппингу мне нужно было точно знать, куда идти и что покупать, чтобы не потеряться в возможностях. Оставалось всего пару дней, а график и так был насыщенный.
На радостях я обработала в два раза больше документов, чем предполагала. И дело было не только в моих сверхпрофессиональных способностях, а в том, что документация была в порядке. Мне показалось удивительным, насколько дотошно сотрудники подходили не только к делам компании, но и к письменным отчетам. Листы перелетали из одной пачки в другую потому, что глазу было не за что зацепиться. У них была в порядке бухгалтерия, внутренняя документация, личные дела сотрудников. Все отделы взаимодействовали по четкому протоколу, не обесценивая работу друг друга. Работали слаженно и дружно. И это все люди из разных стран, в которых были свои традиции, свои подходы к воспитанию, свои неповторимые стили жизни. И все-таки они находили общий язык лучше, чем соотечественники друг с другом.
Подарок, а не командировка! Чем меньше работы, тем больше времени для прогулок и шоппинга. Так что когда Ясмина заглянула в конце рабочего дня, я уже была готова на выход. В этот раз она вызвала для меня знакомого водителя, но напоследок я набралась смелости и спросила, как называлось ее платье. Абайя. И я
