я, снова вставая перед ней. Прислоняюсь к зеркальной стене, наблюдая за её борьбой. Гантель на полу, губы приоткрыты, струйка слюны стекает на пол.
— Хайдин… пожалуйста… — задыхается она, всё тело содрогается.
Я отталкиваюсь от зеркала и подхожу ближе. Мой твёрдый член прямо перед её лицом. Поднимаю руку, опираюсь на перекладину над собой и говорю:
— Хочешь мой член, куколка? Он прямо перед тобой. — На нём всё ещё её влага.
Шарлотта всхлипывает, приподнимает голову и грудь, и гантель отрывается от пола. Её приоткрытый рот пытается обхватить кончик моего члена, но я двигаю бёдрами из стороны в сторону.
Её рот следует за движением, пока наконец не обхватывает головку. Я хочу дразнить её, потому что чем больше она двигается, тем сильнее стимуляция.
Она сосёт мой член так жадно, что у меня перехватывает дыхание.
— Ебать, куколка, — рычу я. — Ты такая ненасытная.
Пока она заглатывает мой член, из её рта течёт слюна, а мои ноги начинают подкашиваться. Боже!
— Ты так завелась, — выдавливаю я. — Как там твоя задница и пизда, Шарлотта? Должно быть, чертовски приятно, судя по тому, как ты заглатываешь мой член.
Она что-то мычит вокруг моего проколотого члена, затем шире открывает рот, и я продвигаюсь глубже в её сжимающееся горло.
— Твою ж мать… — запрокидываю голову, наслаждаясь тем, как она давится. — Тебе нравится, когда все твои дырки наполнены? Нравится чувствовать себя заполненной?
Только так Шарлотта поймёт, каково это. Ни один другой член не будет трахать то, что принадлежит мне.
Я опускаю руки, просовываю пальцы между её шеей и верёвкой, ещё сильнее приподнимаю голову, и Шарлотта вскрикивает вокруг моего члена.
Её тело дрожит, она дёргает верёвку, удерживающую её на месте. Я ускоряю темп, трахая её рот так, словно это её киска. Сила моих толчков раскачивает её тело вперёд-назад, и гантель качается между моими раздвинутыми ногами. Сквозь всхлипы и стоны она плачет.
— Ты отлично справляешься, куколка, — рычу я. — Вот так.
Шарлотта моргает, глядя на меня сквозь мокрые ресницы. Её покрасневшие глаза выглядят отяжелевшими, интересно, сколько раз она уже кончила.
— Открой рот. Дай мне трахнуть тебя, как хорошую маленькую шлюшку, пока ты кончаешь на фаллоимитатор, засунутый в твою манду.
Её тело дёргается, Шарлотта давится, когда я резко вхожу в её рот. Мои яйца начинают сжиматься. Я ещё не хочу кончать, но её киска и рот… она слишком хороша. Руками ощущаю выпуклость её горла от того, как мой член входит и выходит из неё. Шарлотта задыхается, слюна стекает по моим ногам, а гантель раскачивается вперёд-назад, натягивая зажимы на сосках.
Я делаю последний толчок, удерживая член у задней стенки её горла, пока кончаю. Вынимаю наполовину расслабленный член из её распухших губ, и Шарлотта опускает голову, позволяя гантели упасть на пол. Она задерживает дыхание.
Быстро освобождаю её шею от верёвки, снимаю зажимы с сосков, развязываю руки и ноги. Затем вытаскиваю фаллоимитатор и анальную пробку.
— Пойдём, куколка. Давай приведём тебя в порядок и уложим в постель. — Беру её обессиленное тело на руки и несу через тихий дом в ванную.
Усаживаю девушку в ванну, наполняю её тёплой водой и беру в ладони её залитое слезами лицо.
— Посмотри на меня, Шарлотта.
Она открывает отяжелевшие веки и медленно моргает, мокрые ресницы касаются щёк.
— Ты так хорошо справилась для меня, — улыбаюсь я, и её глаза закрываются. Она дрожит без остановки, и я наклоняюсь над бортиком джакузи, страстно целуя её. Шарлотта не отвечает, для неё это перебор.
Я вымою её и уложу в свою постель. Где она и останется. В моём доме. Со мной. Даже если придётся делать это с ней каждую ночь, я буду. Потому что не шутил, когда сказал, что буду либо привязывать её к своей кровати каждую ночь, либо приковывать цепями в подвале. Так или иначе, Шарлотта не покинет этот дом.
Никто не отнимет её у меня.
Закончив, я отношу её обнажённую Шарлотту в постель и кладу рядом с мурлыкающей Маффин. Когда поворачиваюсь, чтобы уйти, замечаю на полу у окна её телефон и наушники. Беру телефон, разблокирую экран и вижу, что она в почте, и видео приостановлено.
Смотрю на спящую Шарлотту. Лорды прислали ей что-то, что вывело её из себя. Иначе зачем ей вдруг захотелось уйти от меня?
Я нажимаю на кнопку «воспроизведение» и не нуждаюсь в звуке, чтобы понять, что это я трахаю Эштин в задницу. Это был наш последний год в Баррингтоне, в доме Лордов. В ту ночь я подслушал, как Сьерра поносила Эштин в ванной. И поделился своей избранной с Хуком. Потом Сент сделал Эш клизму и трахал её рот, пока она удерживала содержимое внутри. После того как он позволил ей облегчиться, он трахнул Эш в задницу, а затем позволил нам с Кэштоном отыметь её.
«Найди себе другую шлюху».
Вот почему Шарлотта ворвалась в спортзал в таком раздражённом настроении. Ах, моя девочка ревнует. Это мило.
Я снова смотрю на телефон, и вижу, как Кэш подходит, чтобы трахнуть Эш в задницу, и видео заканчивается. А потом исчезает. Как будто его никогда не существовало.
Зачем Лорды прислали ей это? Почему хотели, чтобы Шарлотта это увидела? Они хотят, чтобы она меня бросила? Или хотят, чтобы я заставил её остаться?
Шарлотта никуда не уйдёт. Мне пофиг, сколько видео они ей пришлют и насколько это её выбесит.
Кладу её телефон на тумбочку, наклоняюсь, целую её в лоб и шепчу:
— Отдохни, красавица, — а затем иду принимать душ.
ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТЬ
ШАРЛОТТА
Формально я всё ещё под домашним арестом у Хайдина после нападения в туалете, но я и не пытаюсь вернуться в свой дом. Чувствую себя глупо из-за своей вспышки. Мы оба знаем: я не могу от него уйти. Лорды могут присылать мне что угодно — я не смогу отказаться от этого задания.
Мне нужен был перерыв, и я была удивлена, когда сегодня сказала ему, что мне нужно сделать несколько дел, а он лишь поцеловал меня на прощание и вернулся в кабинет. Сегодня у меня приём с капельницей. Я почти отменила её, учитывая, что в последнее время не выходила из дома, но кто бы мог подумать, что секс так же изматывает, как пьянка?
Вчера вечером после ужина
