Хайдин связал меня и начал с моего рта. Затем перешёл к моей киске. Чёрт, я плакала от того, насколько болело тело. Хотела умолять его остановиться, чтобы просто отдохнуть, но, конечно, у меня был кляп. Так что, как хорошая девочка, я должна была терпеть. И Хайдин каждую секунду напоминал мне, как это приятно. Я кончила три раза.
Встать сегодня утром с его постели было испытанием. Вот тогда я поняла, что день для себя мне не повредит.
Я сижу в кабинете с капельницей в руке и собираюсь перевести телефон в беззвучный режим, чтобы меня не беспокоили, как он вдруг вибрирует у меня в ладони.
Разблокирую телефон и вижу, что это сообщение от Хайдина.
Хайдин: Суши или итальянская кухня?
Я улыбаюсь и отвечаю.
Я: Суши.
Три маленькие точки прыгают, затем приходит новое сообщение.
Хайдин: Всё, что захочет моя девочка.
Выключаю телефон, не отвечая. Ненавижу и люблю то, как учащается мой пульс. Почему он говорит такие вещи? Почему любое сообщение от этого монстра заставляет меня улыбаться?
Я слишком увлекаюсь. Вот почему отец так долго заставлял меня оставаться девственницей. Мама говорила, что ни один мужчина никогда не узнает моё тело так, как я сама. Но она ошиблась. Хайдин знает его лучше, чем я когда-либо смогу.
Всё запутывается. Кто он в моей жизни и что я должна делать? Эмоции берут верх. Тот факт, что Хайдин спас меня от нападавшего в туалете, заставляет думать, будто он действительно обо мне заботится. Но потом я напоминаю себе: Хайдин не сможет играть со мной, если его игрушка будет испорчена.
Час спустя медсестра возвращается и снимает капельницу. Благодарю её и направляюсь к машине. Включаю телефон, и он тут же издаёт сигнал о новом сообщении.
НЕИЗВЕСТНЫЙ: Приведи Хайдина по этому адресу ровно в 22:00. Сегодня вечером, иначе...
Я бросаю телефон через всю машину, как будто он горит, и слышу, как тот ударяется о пол на стороне пассажира.
— Твою мать! — кричу я, ударяя по рулю. — Этого не может быть.
Провожу рукой по волосам, сжимая пряди.
Вот оно. Это то, чего они хотели от меня с самого начала. Сдать его им. Но почему? Что он им сделал, что они хотят его наказать? И почему я? Почему мне дали это задание?
А если я не сделаю… провалюсь. Я говорила Хайдину, что если когда-нибудь придётся выбирать между ним и мной... я выберу себя. Всегда. Но сейчас? Он спас меня. Тот парень в туалете мог изнасиловать и убить меня, но Хайдин этого не допустил.
Может, поэтому они прислали мне видео с ним и Эштин сразу после того, как он меня спас? Потому что знают, что я привязываюсь к нему, и хотят, чтобы я его возненавидела?
Мой телефон звонит, заставляя меня вздрогнуть. Глубоко вдохнув, наклоняюсь, поднимаю его с пола, и вижу, что это Хайдин. На секунду думаю не отвечать, но не могу его игнорировать. Это вызовет подозрения.
— Пр-привет, — запинаюсь, прочищаю горло и пытаюсь снова: — Привет.
— Куколка. — Его низкий голос заполняет ухо, и я сжимаю бёдра, ненавидя, как сильно тело реагирует на него.
— Что… что ты делаешь? — путаюсь в словах и мысленно бью себя по лицу. Снова глубоко вдохнув, я пытаюсь успокоить своё бешено бьющееся сердце.
— Ты в порядке, Шарлотта?
Его вопрос заставляет мою грудь сжиматься от того, что я настолько предсказуема, а он даже не смотрит на меня. По одному голосу понимает, что что-то не так.
— Конечно, — отвечаю с лёгким смешком. — Только что закончила с капельницей. После сеансов всегда нервничаю. — Ложь.
— Ладно, — верит Хайдин, и я выдыхаю с облегчением. — Просто хотел сказать, что забронировал столик на ужин. В восемь часов.
У меня сжимается желудок от того, что через два часа после этого я должна буду его отпустить.
— Мне надо заехать в «Бойню», но я заберу тебя из дома, хорошо?
Я говорила ему, что хочу забрать ещё кое-какие вещи из дома. Мне нужна одежда. По сути, я уже почти переехала к нему. Эта мысль заставляет желудок сжаться, потому что после сегодняшнего вечера это уже не будет иметь значения. Киваю головой и тихо отвечаю ему:
— Да. Звучит неплохо.
Он вешает трубку, и я роняю телефон на колени. Когда ввязывалась в это, говорила себе, что сделаю всё, что нужно, чтобы выжить в этом мире. Но я никогда не думала, что придётся отказаться от того единственного, что заставляет меня чувствовать, что наш мир не так уж и плох.
ХАЙДИН
Я захожу в офис «Бойни». Сент и Кэштон одновременно поднимают на меня глаза, потом переглядываются.
— Привет, братан. — Кэштон встаёт, подходит ко мне и по-дружески обнимает, словно мы не виделись два дня назад. — Что случилось?
— Пришёл кое-что посмотреть, — отвечаю, опускаясь в кресло за своим столом, избегая взгляда Сента. Мы ещё не обсуждали, что и почему я сделал. Сейчас у меня нет настроения для этого. Мне нужно кое-что выяснить.
Вставляю USB-накопитель в компьютер, открываю записи с камер наблюдения с заправки, которые Син достал для меня. У меня не было времени их просмотреть, потому что я провёл вечер с Шарлоттой. Потом пришёл мой гость и отвлёк меня. В итоге я трахнул Шарлотту в своём спортзале.
Они планируют забрать её у меня, но этого не случится. У меня есть свой план, но сейчас мне нужно решить ещё одну проблему.
Откидываюсь на спинку кресла, скрещиваю руки на груди и смотрю на экран. На нём пять ракурсов. Один показывает четыре заправочных колонки, второй — съезд с шоссе и оживлённую трассу. Третий показывает входную дверь и окно кассы рядом с ней. Четвёртый показывает заднюю часть, пустую парковку с одной машиной, которая, как я предполагаю, принадлежит сотруднику. Пятый показывает туалеты.
Устанавливаю время за три минуты до нашего приезда и запускаю запись. Сканирую изображение съезда с шоссе, и через пару минут появляется её внедорожник. Когда я подъезжаю к заправочной колонке, что-то привлекает моё внимание, и я вижу, как с шоссе съезжает чёрный мотоцикл.
Выпрямляюсь. Мотоцикл заезжает на заправку, пока я вылезаю из машины, чтобы заправить её. И даже не замечаю его. На экране мой взгляд прикован к колонке, хотя знаю, что мои мысли были о Шарлотте. Я
