А ещё джинсы и повседневную одежду. Говорят, американцы предпочитают носить что-то простое. Но костюмы пригодятся для официальных мероприятий…
— Мама, ты дышишь?
— Не будь глупым. Конечно, дышу, — ответила она, оглядывая чемоданы. Она дотянулась до одной из моих туфель и смахнула с неё пылинку. — Как думаешь, вернёшься до Рождества?
— Я узнал о своём отъезде всего пять минут назад. Разве моё возвращение зависит от меня?
— Нет, я думаю, что это будет зависеть от того, насколько ты справишься с задачей договориться о свадьбе, — заметила она, пересчитывая вещи.
— Мама…
— Пожалуйста! — выкрикнула она, а потом сдержалась. — Прошу тебя, Гейл, не жалуйся мне. У меня просто нет сил. На плечах каждого сейчас лежит тяжёлый груз. Всем не по себе. Каждый надеется на спасение, но никто не придёт, потому что именно мы должны быть спасителями.
Я замолчал, указывая на кровать.
— Я всего лишь хотел сказать, что на том пиджаке дырка.
Она нахмурилась, взяла пиджак и начала его вертеть в руках.
— Где? Не вижу.
Я подошёл ближе, указав на переднюю часть пиджака.
— Вот здесь, в месте, где твоя красота его прожгла, — сказал я с медленно расползающейся улыбкой.
Она бросила пиджак обратно на кровать и хлопнула меня по груди.
— Ты невозможен! — рассмеялась она.
Я обнял её за плечи, кивнув.
— Да уж, эта женщина явно не представляет, с кем ей придётся столкнуться.
— С красивым принцем, — ответила она с улыбкой, кладя руку мне на щёку. — Это пойдёт нам всем на пользу. Мы решим проблему ещё до того, как наступит третья беда.
— Мама, прошу, не говори этого, — вздохнул я. Ничто меня так не раздражало, как наши суеверия.
— Почему? Ты же знаешь, что у нашей семьи несчастья всегда приходят тройками. Сначала отец, потом деньги…
— Мама, — прошептал я, кладя руку ей на плечо. — Ты королева этой страны. Ты не можешь так думать. Я обещаю сделать всё возможное, чтобы не подвести вас, если ты будешь мыслить позитивно.
Она глубоко вдохнула, плечи слегка расслабились.
— Спасибо, Гейл.
Я кивнул.
— Ах, я забыла сообщить на кухню о ужине. Мы приготовим твоё любимое блюдо перед отъездом, хорошо?
— Благослови вас.
Она вновь рассмеялась.
— Я пойду. Продолжай собираться.
— Хорошо.
Она ещё раз всё осмотрела и ушла.
Дождавшись, ее ухода, я открыл карман чемодана, рядом с которым она стояла, и достал оттуда маленькую бархатную коробочку.
У меня не было выбора.
Они всё уже решили.
Я женюсь.
И они добьются этого любой ценой.
Когда корона чего-то хочет, она это получает.
Все мои протесты были пустой тратой воздуха.
Пора прекращать спорить.
Я просто поеду... и буду молиться Всемогущему Богу, чтобы она не оказалась слишком невыносимой.
Глава 5
Одетт
— В самый мрачный час, в разгар беды, когда всё рушится и остаётся лишь боль, я буду рядом с тобой... нет, давайте ещё раз, с самого начала. Я запуталась, — произнесла я в микрофон.
— Может, сделаем перерыв?
— Нет, — сняв один из наушников, я бросила взгляд на продюсера за стеклом. — Нам нужно закончить эту песню сегодня.
— Ты в порядке?
— Да. А почему ты спрашиваешь?
— Ты как-то... словно не в своей тарелке. И вообще, всё не так уж плохо. Ты просто не попадаешь в ноту, но с небольшой…
— Нет, мы работаем без автонастройки.
— Хорошо, но тебе нужно хотя бы немного дать отдохнуть голосу. Ты же сама недовольна тем, как звучишь.
— И ты тоже не должен быть доволен. Слушать это — всё равно, что пытаться дышать под водой, залитой водкой и солью, — вмешалась моя мать, так изящно и громко высказав своё мнение в микрофон.
Я вздрогнула.
— Мам, я тут работаю.
— Так и работай. Я тебе не мешаю. Правда, ребята? — спросила она у всей студийной команды.
Я сняла наушники полностью, повесила их на стойку и вышла из кабинки в студию. Она сидела, словно сама Розовая Пантера, в обтягивающем кожаном платье цвета фуксии, жуя попкорн.
— Зачем ты вышла, дорогая? Ты же не закончила, — сказала она с той самой наглой уверенностью.
Я прищурилась, уловив в её голосе сладко-приторную нотку. С нашей недавней ночной беседы я всё никак не могла успокоиться. Нет, точнее, я была уверена, что она не оставила свою затею. Однако, она делала вид, будто и не пыталась тайком устроить мой брак с каким-то там принцем.
— Давайте на пять минут прервёмся, — сказала я, обведя взглядом продюсера, звукорежиссёра и агента.
Один за другим они схватили свои телефоны и молча направились к выходу.
— Я принесла вам угощения. Угощайтесь, пожалуйста, — обернувшись через спинку своего кресла, мама обратилась к ним.
Затем она снова посмотрела на меня, поднимая миску.
— Попробуй, это очень вкусно и…
— Ты планируешь разрушить мою карьеру, чтобы я осталась без денег и была вынуждена согласиться на твою авантюру? — скрестив руки, я резко её перебила.
— Какая драма! — рассмеялась она, бросив в рот очередную порцию попкорна.
— Ты сама — ходячая драма, так что всё логично, — парировала я. — Но, мам, не сейчас. Мы в студии, это…
— Посмотри, какая ты напряжённая. Я не для этого здесь. Я просто хотела напомнить тебе о вечеринке на Хэллоуин.
— Вечеринке на Хэллоуин?
— Благотворительный бал фонда «Винтор» для детских больниц Америки?
— Ах, точно! Я совсем забыла, что сегодня Хэллоуин!
Чёрт. Я посмотрела на часы. С этим нескончаемым кругом из юристов и работы у меня даже времени не осталось, чтобы купить костюм.
— У меня нет наряда, а дети обожают, когда мы приходим в костюмах.
— Я знала, что ты забудешь, поэтому купила тебе один, — она кивнула на чёрную сумку и коробку, лежавшие на диване, которые я до этого даже не заметила.
— Правда? Спасибо, — сказала я, обойдя её и подойдя к дивану.
Распахнув сумку, я увидела длинное голубое платье, усыпанное блёстками внизу.
— Мам…
— В этом году тема — Дисней. Что может быть лучше, чем Золушка? Я договорилась с настоящим дизайнером костюмов из фильма. Посмотри в коробку — они сделали тебе «хрустальные туфельки». Не из настоящего стекла, конечно, но очень похоже, — она звучала как ребёнок, радующийся подарку на Рождество.
С улыбкой я подняла крышку коробки, и там действительно лежали туфли... точнее, «хрустальные» лодочки. Они были великолепны. Но это ещё не всё. Там же оказалась тиара, которая выглядела дороже всего, что находилось в комнате.
— Тебе нравится?
— Да, — ответила я, улыбаясь. — Очень. Но я могла бы пойти в костюме Тианы.
— С тех пор, как ты увидела Брэнди в роли Золушки, это был твой любимый
