месть, не справедливая сатисфакция.
Он — пятно на моей душе, которое уже никогда не оттереть.
Я сползаю на холодный кафельный пол, прижимаюсь спиной к стене.
С той стороны двери доносятся приглушенные, встревоженные голоса мужа и лучшей подруги — они обо мне беспокоятся, искренне.
Тревожатся о женщине, которая уничтожила абсолютно все.
Глава четвертая: Руслан
Целую неделю, все семь дней, кажется, нет ни часа, когда бы я не вспоминал о Мстительнице.
Она — как вирус, прописавшийся в операционной системе моего мозга. Не мешает работать, не вешает систему, но постоянно жрет ресурсы на фоновом процессе. Я могу проводить совещание, орать на подрядчика по телефону, анализировать сводки по ценам на топливо, но где-то там, в подкорке, сидит ее образ.
Пару раз даже словил жуткий флешбек, когда, стоя на очередном повороте, глянул в зеркало заднего вида — и увидел там ее злющие глаза. Мозг отбивал дупля, что ни при каком раскладе ее не может быть на заднем сиденье моей тачки, но я все равно оглянулся.
Бесит, сука. До зубного скрежета бесит.
Раньше все было просто. Женщины были… функциональны. Для секса, для статуса, для приятного вечера. Я никогда не смешивал. Любовницы — чисто сбросить давление. Работа — это приоритет и самый затратный процесс. Жена — это проект. Четко, по полкам.
А эта сучка залезла под кожу, как заноза, и чем больше я пытаюсь ее выковырять, тем сильнее она впивается.
А тем временем абсурдность ситуации начинает зашкаливать.
Моя жена ждет ребенка, мне уже тридцать шесть, и в таком возрасте самое время радоваться появлению наследника. Дом у нас — полная чаша, мои дела из года в год стабильно идут в гору. Я должен сверкать от счастья, как фонарь, должен с Надьки пылинки сдувать и потакать всем ее капризам, но получается… Хуево, в общем. Я пытаюсь, честно: привожу ей свежие фрукты, говорю правильные слова, на все ее внезапные «хочу» отвечаю согласием. «Хорошо, Надь, как скажешь, Надь, как считаешь нужным, Надь».
Но когда ложусь ночью в постель, и жена прижимается к моему боку… в башке другая.
И воспоминания, как она стонала, когда я грубо трахал ее в «Гелике».
Ненавижу себя за это. Ненавижу ее за то, что не выходит из моей головы даже на перекур. Но больше всего ненавижу тотальную потерю контроля. Я, блядь, Руслан Манасыпов, я контролирую тысячи гектаров земли, сотни людей и многомиллионные контракты. Но я не могу контролировать собственный член, который встает от одного воспоминания о девчонке, чьего имени я даже не знаю.
Пиздец.
— …так что я считаю, нам нужно заходить в эту тему сейчас. Через два-три года все ломанутся, а мы уже будем с готовой инфраструктурой.
Я возвращаюсь в реальность. Мы с Сергеем сидим на летней террасе «Праги» — нашем обычном ресторане для редких офлайн-встреч. Он, как всегда, пьет зеленый чай, я — двойной эспрессо. На столе — остатки стейков.
— Предлагаешь вложить почти лям евро в зарядные станции для электротракторов, которые у нас еще даже не сертифицировали? — Я настроен скептически, хотя за годы совместной работы уже попривык, что чуйка Серегу подводит редко.
— Именно, — Сергей спокоен, как удав. Постукивает пальцами по планшету, где открыты какие-то графики и диаграммы. Он мне их минут десять под нос тыкал, я все равно там нихуя не понял, это не по моей части. — Рус, посмотри на цены на дизель. Они будут только расти. Логистика уже сжирает тридцать процентов прибыли. Электричество пока дешевле. Да, инвестиция большая, но она окупится за несколько лет. Мы станем первым агрохолдингом в стране с собственным парком электротехники и полной энергонезависимостью. Это не просто экономия — это наша репутация и будущее.
Вот в этом весь Сергей.
Я — тактик. Я решаю проблемы здесь и сейчас. Сломался комбайн — найти новый. Поставщик кинул — выбить из него долги. К главе сельсовета с ноги зайти — запросто. Организовать блядей и сауну для «правильных людей» — как два пальца. А Серега — стратег, и он смотрит на годы вперед. Иногда его идеи кажутся безумием, но, в конечном счете, он почти всегда оказывается прав. Наше партнерство — идеальный симбиоз силы и мозгов.
— Ладно, — выдыхаю. — Готовь разбивку с расчетами, сроками, потенциальными поставщиками. Посмотрим.
Он кивает, удовлетворенно улыбаясь. Деловой вопрос закрыт. Теперь можно и о личном.
— Кстати, чуть не забыл. — Морозов лезет в свой портфель, достает плотный кремовый конверт. Кладет на стол передо мной. — Это тебе с женой. Приглашение.
Я удивленно смотрю сначала на него, потом на конверт. Комментарий о том, что это как-то даже для него слишком сладко, держу при себе — мы с ним реально полные противоположности, и взгляды на многие вещи у нас с Морозовым кардинально расходятся.
Открываю, читаю.
— Годовщина? Десять лет? Серега, серьезно? Поздравляю! — На фоне полного пиздеца в собственной семейной жизни, за него радуюсь прям от всей души и почек.
— Только, Рус, чтоб были, ладно? А то как не родные.
— Мамой клянусь.
Мы, аграрии, не та тусовка, которая собирает командные корпоративы и устраивает прочий мотивирующий движ. В основном наши с ним контакты вот такие, как сегодня — строго по рабочим вопросам, и этого хватает с головой.
Замечаю, что Серёга хмурится, глядя на приглашение в моих руках. Трет переносицу как от усталости.
— Проблемы? — Не то, чтобы я большой любитель лезть в душу, но мало ли что.
— Да чуть все… короче, думал, буду не годовщину праздновать, а развод.
— В смысле?
В двух словах рассказывает, что кто-то скинул его жене левые фотки, где он встречался с ее подружкой, чтобы обсудить подарок на круглую дату. Серега как-то обмолвился, что подыскивает офис для жены, я предложил помощь, но он отказался.
— Ну и короче решила, что я ей изменяю, — Серега мотает головой, тяжело поднимая и опуская плечи, что выглядит примерно, как: «Ёбаная хуйня, скажи?». Но он так никогда не скажет, потому что — интеллигент. Не то, что я. — Собрала нас, выкатила сцену.
Я не выдерживаю и громко ржу. Люди за соседними столиками оборачиваются.
— Ты? Изменяешь? Серега, да ты самый зацикленный на жене мужик из всех, кого я знаю! Ты на нее дышать боишься!
— Вот и я о том же. А жена… короче, весь сюрприз коту под хвост. Еле помирились.
Я, отсмеявшись, качаю головой.
Мы с Сергеем не большие любители разводить сплетни, и хоть знаем друг друга с универа, особо не
