сторону галдящей толпы — сразу выхожу на улицу.
— Вик, подожди, — догоняет меня Милана.
— Я на озеро. Ты со мной, или опять внезапно исчезнешь?
— Ну прости. Я же не знала, что Высоцкий настолько придурок. Расскажи, что между вами произошло? Он правда тебя лапал?
— Не знаю, как объяснить, чтобы ты меня поняла, — задумчиво делюсь с подругой, пока мы спускаемся к воде. — Это всё вроде неправильно. Грязно и пошло, но… у меня нет отвращения…
— Ты права, я не понимаю.
Тяжело вздохнув, расстроенно качаю головой.
Тело до сих пор горит в тех местах, где были руки бойца, поэтому сбрасываю шорты и захожу в воду, чтобы охладиться.
— Считаешь его симпатичным? — не отстаёт от меня Мила.
— Считаю его проблемой, — честно отвечаю.
Оказавшись по пояс в воде, останавливаюсь, привыкая к прохладе.
И в ту же секунду вижу, как в нашу сторону бегут несколько парней. Они толкают друг друга, орут и ржут как кони, срывая с себя одежду на ходу. Среди них узнаю Макса и Ярослава.
— Только не это! — успевает пискнуть подруга.
И тут же водная гладь взрывается вокруг нас крупными брызгами, потому что безумная толпа дикарей с разбега прыгает в озеро.
Слышу визг Миланы и верещу сама, когда вода брызгает на тело и в лицо. Зажмуриваюсь. А открыв глаза, вижу разъяренную подругу, которая намокла с головы до ног.
— Дураки! — кричит она, отплевываясь от воды. — Нагорный! Я тебя убью!
Вряд ли Яр её слышит. Он и его чокнутые друзья наперегонки плывут к середине озера, стремительно отдаляясь от нас. И я, в отличие от подруги, не злюсь на мальчишескую беспечность. Мне весело. Смеюсь над негодующим видом Миланы, брызгаю в неё ещё одной порцией воды и сразу получаю в ответ такой же водопад из брызг. В итоге мы хохочем, гоняясь друг за другом. А когда заканчиваются силы, плюхаемся в воду и, наслаждаясь прохладой, продолжаем наблюдать за парнями.
— Никого не знаю, кроме Яра и Высоцкого, — сообщаю подруге. — Их там вроде пятеро?
— Ага. Там Паша и Марк ещё. Пятого первый раз вижу. Не знаю, кто такой.
— Все с девушками приехали?
— Марк какую-то Барби с собой притащил. Тот, которого не знаю — один приехал. Паша без девушки, но с сестрой — Василиса, кажется. Она уже была здесь с Высоцким.
— Бывшая его, что ли? — зачем-то спрашиваю.
Вообще-то мне всё равно. Или нет?
— Ты чего? — хихикает Мила. — Высоцкий и отношения — это две совершенно несовместимые вещи. Он же бабник. Сегодня Василиса, завтра Полина, послезавтра…
— Да поняла я, — раздражено прерываю, желая сменить тему. — Яр тоже один?
— Яр? — подруга перестаёт улыбаться. — Нет. Не один. У него новое увлечение — Кристина. И она стерва.
Сообщив это, Милана с головой уходит под воду, давая понять, что не хочет продолжать обсуждение. Я тоже ныряю, а вынырнув, вижу движение на берегу.
Там девушки — блондинка и две брюнетки. Все трое суетятся, расстилая на земле полотенца, и ложатся загорать. Их щебетание и звонкий смех разносятся по поверхности озера и долетают до нас.
— …Ненавижу ходить летом с белой кожей, — рассуждает брюнетка в кислотно-зеленом бикини. — Чувствую себя молью какой-то. Да и парням больше нравится загоревшее тело. Бледность не возбуждает.
— Согласна. Поэтому сегодня планирую провести весь день на пляже, — отвечает ей блондинка. — Тем более мы с Марком поцапались с утра. Пережду, пока он успокоится.
— Нет. Жариться на солнце — это не про меня, — заявляет вторая брюнетка. — Предпочитаю солярий…
— Они меня уже раздражают, — шепчет Милана.
— Не обращай внимания.
Мы подплываем к берегу и выходим из воды, останавливаясь неподалеку от загорающей троицы.
Девушки стройные, симпатичные и ухоженные. Они старше нас Миланой. Ровесницы парней, скорее всего.
— Как можно купаться в этом болоте? — слышу брезгливый голос, но не понимаю, кому из троих он принадлежит. — Там, наверно, ещё и пиявки водятся. Фу.
— Можешь не переживать, Кристина, — тут же летит ответ от Милы. — Кроме тебя, здесь нет пиявок.
На секунду повисает тяжелая пауза, после чего раздаётся невозмутимое хихиканье.
— Малышка просто ревнует Яра, — объясняет Кристина подругам. — Она бесится, что Нагорный спит со мной, а не с ней.
— Не путай ревность с жалостью, — парирует Милана, усмехаясь.
Она выглядит спокойной. Подставляет лицо солнцу, прикрывая глаза. Делаю то же самое, стараясь не думать о шушукавшейся рядом троице. Мне вообще плевать на них.
Вдыхаю тёплый летний воздух, наслаждаясь прохладой после купания. Солнышко приятно припекает тело, но с моей бледной кожей долго так не простоишь. Сейчас обсохну и пойду прятаться в тенёк…
— …Нет, я не собираюсь отказываться от Макса, — цепляет мой слух отрывок разговора. — Если бы вы видели его хозяйство, то поняли бы меня.
— Это ты ещё хозяйство Яра не видела. Фильмы для взрослых рядом не стояли...
Мы с Миланой синхронно распахиваем глаза и в шоке смотрим друг на друга, надеясь, что ослышались.
Блин, серьёзно?! Зачем обсуждать это при нас?!
Я вот, например, совсем не хочу знать про Высоцкого такие подробности! Так же как и про Нагорного!
— Потише, — шипит на подружек блондинка. — Мальчики плывут.
И правда плывут. Вижу приближающихся парней и неосознанно акцентирую внимание на Максе. А когда он выходит из воды, не могу оторвать взгляда от его натренированного мощного тела. Спортивный вид Высоцкого не может оставить равнодушной даже меня. Признаться, я восхищена. Но он никогда об этом не узнает.
Краснею, закусив губу, и запрещаю себе пялиться на бойца. А он неожиданно идет прямиком ко мне. Застывает в паре сантиметров, вынуждая посмотреть в его лицо.
— Не боишься сгореть? — лениво тянет он, поймав мой взгляд. — С твоей чувствительной кожей опасно долго стоять на солнце.
Его слышат все присутствующие, и меня это вгоняет в ещё большую краску.
— Моя кожа нормально переносит солнце, — вру. — С чего ты взял, что она чувствительная? На глаз определил?
— На вкус, — ухмыляется, скользя взглядом по моим губам.
И неожиданно касается влажными пальцами моей шеи. Там, где под тональником спрятана метка.
Или уже не спрятана? Я ведь только что из воды!..
Отталкиваю руку Высоцкого и прикрываю ладонью позорное клеймо. Не хочу, чтобы кто-то видел.
Но поздно.
Вопросительный взгляд Миланы уже жжёт мою щеку в ожидании объяснений.
— Обещаю быть осторожнее, — скучающе сообщает боец. — В следующий раз.
Не понимаю, зачем он намеренно вводит всех в заблуждение? Будто между нами что-то было, когда это не так!
— В следующий раз? — язвительно переспрашиваю. — Что-то я предыдущий не припоминаю. Настолько всё, видимо, было уныло.
Дружки Макса ржут, услышав мои слова. Но его
