волнует только меня.
— Прости, — говорю я, уже, кажется, в десятый раз. — Мы сами не понимали, во что это выльется, пока это не произошло. А дальше всё понеслось.
— Понеслось так, что вы сыграли свадьбу, на которой нас не было, — шипит она.
— Пожалуйста, — хрипло прошу я.
Дэймон резко одергивает ее, произнеся ее имя. Он удивительно спокоен, если учесть, как он ненавидел моего бывшего и никогда не стеснялся говорить об этом вслух.
— Мне нужно, чтобы вы сделали невозможное и простили меня как можно быстрее. Пожалуйста. Я…
Дэймон наклоняется вперед и накрывает мою руку своей.
— Мы с тобой, Нат.
Он поворачивается к Холли, приподняв бровь.
— Я злюсь. Нелогично, иррационально, — вздыхает она. — Но пока я это отпущу. Пока. Учти, позже тебе это аукнется. Скорее всего, мелкими подколами на протяжении многих лет.
— Я выдержу, — говорю я. — Все до одного. Думаю, вы двое — единственные люди в моей жизни, кто со мной вообще сейчас разговаривает.
— И что теперь? — спрашивает Дэймон.
— Не знаю. У нас с Истоном есть план, но что касается родителей… сейчас я слишком труслива, чтобы звонить или писать кому-то из них. Завтра я просто появлюсь в филиале Hearst Media и буду надеяться, что меня там ждет руководство. Я понимаю, что веду себя как трусиха, но мне просто нужно немного времени, чтобы снова собраться.
— Я до сих пор не могу поверить, что дядя Нейт был помолвлен со Стеллой Краун. Вау.
— И я тоже, — задумчиво отвечает Дэймон. — Вообще не представляю их вместе. — Он ухмыляется. — Хотя, если честно, тебя с Истоном я тоже представить не мог.
— А они были. И мы, черт возьми, тоже, — говорю я, поднимая руку с кольцом. — И всё было идеально, пока нас не утащило скрытое течение.
— Но у вас с Истоном всё в порядке? — осторожно уточняет Дэймон.
Я киваю, стараясь верить, что это так.
— Ты не собираешься сказать ему, что делает дядя Нейт? — спрашивает Холли.
— Не сейчас. Думаю, это взбесит его настолько, что он прилетит сюда ради еще одной стычки с папой. Я не хочу рисковать.
— Ты думаешь, с твоими родителями всё в порядке? — спрашивает Холли, и сама мысль о том, что они всё еще в ссоре, снова ранит.
— С ними всё будет нормально, — говорит Дэймон.
— Я не знаю.
Дэймон допивает пиво, отодвигает тарелку и подается вперед, полностью завладевая моим вниманием.
— Послушай меня. Мы рядом и никуда не денемся. Нам можно доверять. И нужно было. Я уважаю твоего мужа и понимаю, что он имел в виду, но это мы. И мы были здесь задолго до того, как он, черт возьми, появился в твоей жизни. Так что с этого момента мы все будем стараться лучше. Неважно, насколько занятыми станут наши жизни или за кого мы вдруг решим тайно выйти замуж. В таких случаях телефонный звонок — это минимум.
Он подтягивает рукав пиджака.
— Мы все будем стараться лучше.
Я киваю. Холли тоже.
— Отлично, решено, — говорит он и достает бумажник из заднего кармана.
— Сегодня я плачу.
Я закатываю глаза.
— Ты вообще не знаешь, есть ли у тебя еще работа.
— И мы знаем, что ты не возьмешь ни цента у своего мужа, — тут же добавляет Холли, бросая фактами. И это абсолютная правда.
Сердце наполняется надеждой, когда я смотрю на них обоих.
— Так вы меня прощаете?
— За то, что ты четыре месяца лгала нам и тайком вышла замуж за самого горячего рок-звезду на планете? — фыркает Холли.
Они с Дэймоном переглядываются, и их немая дуэль заканчивается общей ухмылкой. Иронично, но пока мне читают лекцию о честности, эти двое явно по уши влюблены и совершенно паршиво это скрывают. Я отодвигаю маргариту, лишая себя еще одного глотка, чтобы не ляпнуть это вслух, как раз в тот момент, когда Дэймон снова поворачивается ко мне.
— Прощаем, — говорит он. — Но, если ты еще хоть раз, блядь, отошьешь нас, когда происходит такое дерьмо, — он кивает в сторону Холли, — я позволю ей надрать тебе задницу.
— Я тоже начала тренироваться, — добавляет Холли, а Дэймон смотрит на нее с откровенным обожанием.
— Простите, — я сглатываю ком в горле. — Я вас люблю.
— И мы тебя любим, — мягко говорит Дэймон.
— И я тоже, — вторит Холли. — А теперь давай еще раз про Даллас.
— Холли, — перебивает Дэймон. — Одного раза вполне достаточно.
— Не для меня, — она подпирает подбородок рукой, выглядя ослепительно в черном облегающем платье, с безупречным макияжем и гладким высоким хвостом. — Мне нравится, когда у мужчины хватает яиц поставить всё на карту ради женщины.
Дэймон поднимает пиво в сторону официантки, а Холли украдкой бросает на него взгляд. По ее выражению лица ясно, что она считает, будто он делает вид, что не слышит. Я же уверена, что он слышал каждое слово.
***
Три дня спустя мы с мамой едем бок о бок. Она верхом на своей своенравной хафлингерше[102] по кличке Дейзи Бьюкенен.
Мама назвала ее в честь героини из «Великий Гэтсби», одной из ее любимых книг, несмотря на то что отец всегда подтрунивал над ее тягой к мрачной классике о любви. Неудивительно, что первое место в ее личном рейтинге занимает «Грозовой перевал».
После того как она встретила меня у входной двери и коротко успокоила фразой: «Я отправила твоего отца на пиво с Маркусом. Сегодня вечером мы с тобой вдвоем», она пускает Дейзи рысью рядом со мной вдоль ограды.
Она написала мне с предложением заехать домой покататься после еще одного дня в моем новом, пусть и временном, офисе. Несмотря на желание избегать отца — о чем я никогда бы не подумала раньше, — я сразу согласилась. В груди вспыхнула надежда. Я даже дошла до того, что позвонила Истону и узнала, что Стелла тоже звонила ему один раз. Их разговор был коротким, но это было начало. Начало, которое мы оба отметили тихими улыбками.
— Мам, — начинаю я. — Мне так жаль, что я причинила тебе боль. Мои поступки были эгоистичными, я просто не думала… И я знаю, что должна извиниться и перед папой тоже, если он вообще когда-нибудь будет готов это услышать. Но я хочу, чтобы ты знала: я очень тебя уважаю. И уважаю ваш с папой брак и всё, что вы построили вместе. Сейчас — как никогда.
Она едет рядом еще несколько секунд, прежде чем повернуться ко мне.
— Я всё еще до абсурда злюсь и разочарована тем, как ты со всем этим справилась. И мне
