class="p1">— Ты сделаешь это или почувствуешь всю прелесть студенческой жизни, — продолжает он низко, давит своим присутствием, и от его угрожающего тона у меня бегут мурашки по всему телу.
Он угрожает мне?..
— Я не стану унижаться, — цежу сквозь зубы, наплевав на последствия.
Пусть делает что хочет! Но я не буду делать то, что ему взбрело в голову. Этому подонку слишком многое сходит с рук, вот и думает, что каждый будет плясать под его дудку.
— Уверена? — Ашер давит своим взглядом.
— Уверена, — отвечаю твёрдо, хотя внутри всё сжимается от страха и надвигающейся истерики.
— Отлично. Тогда поиграем, Карина, — моё имя он произносит по слогам, растягивая гласные.
— Не буду я с тобой играть, — шиплю я, пытаясь сдержать свои эмоции.
Ашер усмехается, окидывает моё лицо оценивающим взглядом, а затем тихо добавляет:
— Лучше тебе соглашаться на всё, что я тебе предложу, иначе будет хуже, — наклоняется ниже к моему лицу, — намного хуже. Или ты снимаешь эту грёбаную рубашку и вытираешь мои ботинки, или…
— Отвали уже от меня!
Перебиваю его, но мерзавец продолжает:
— После пар буду ждать тебя на парковке универа. Ты сядешь в мою машину и поедешь со мной.
— А больше ничего ты не хочешь? — злобно интересуюсь, нахмурив брови.
— О, об этом ты узнаешь, когда окажешься в салоне моей тачки, — ухмыляется.
— Пошёл к чёрту, — твёрдо произношу, смотря прямо в его наглые глаза, что по-прежнему отливают желтизной. — Ничего из этого я делать не стану.
Я отодвигаюсь от Ашера, стараясь держаться от него как можно дальше. В спешке нечаянно задеваю ногой поднос, и он с неприятным скрипом царапает кафельный пол буфета.
Окидываю взглядом зал. Студенты замерли, внимательно и с нескрываемым интересом наблюдая за нашей стычкой. Мне становится невыносимо стыдно под этими пристальными взглядами, а ещё я понимаю, что слухи обо мне только усилятся. И не утихнут в ближайшее время точно!
Я уже собираюсь уйти, но вдруг ощущаю, как горячие пальцы крепко обвивают мой локоть. Резко оборачиваюсь, Ашер смотрит на меня с холодной усмешкой.
— Я передумал, хочу получить свои извинения прямо сейчас, — произносит он, сжимая мой локоть с такой силой, что острая боль пронзает руку.
— Отпусти! — выкрикиваю я, не сдерживая гнева. Инстинктивно замахиваюсь свободной рукой и со шлепком ударяю его по лицу.
Звонкий звук удара разносится по буфету, разрывая напряжённую тишину. Где-то сзади кто-то испуганно ахает.
Пользуясь замешательством Ашера, я изо всех сил вырываю свою руку из его хватки. Не трачу ни секунды на то, чтобы взглянуть на его лицо. Мне страшно видеть его выражение. Быстро обхожу парня и устремляюсь к выходу из буфета, стремясь оказаться как можно дальше от этого ненормального и от людей, ставших свидетелями унизительной сцены.
В дверях я неожиданно сталкиваюсь с Эриком. По всему видимому, что он наблюдал за происходящим, но не сделал ни шага, чтобы вмешаться. На мгновение я замираю, встречаясь с ним взглядом. В груди вскипает горькая обида. Ведь это парень, в которого я была влюблена.
Не сдерживаясь, толкаю его в грудь и выкрикиваю сквозь слёзы:
— Нравится зрелище?!
Слёзы застилают обзор. На лице Эрика мелькают недоумение и раздражение, но мне уже всё равно. Я проталкиваюсь мимо него, не желая больше ни секунды оставаться в этом месте.
Выбегаю в коридор, судорожно смахивая слёзы с глаз. Холодный воздух слегка отрезвляет, но внутри всё равно горит огонь стыда и гнева.
Я сама во всём виновата. Во всём! И что теперь будет?
Глава 18
Забегаю в уборную, едва успевая протиснуться в приоткрытую дверь. Как раз в тот момент оттуда выходят несколько девушек. Они переговариваются, смеются, бросая на меня мимолетные взгляды, но мне уже нет до них дела. Захлопываю за собой дверь кабинки, и тут же обхватываю себя руками.
Тело содрогается в беззвучных рыданиях, которые я изо всех сил стараюсь сдержать. Слёзы безостановочно катятся по щекам, оставляя на щеках мокрые дорожки. Дыхание сбивается, прерывается всхлипами, а внутри всё сжимается от боли. Я чувствую, как дрожат пальцы, как каждая клеточка тела кричит от обиды и отчаяния. Взять себя в руки не получается…
В этот момент слышу, как кто-то входит в помещение. Громкий хлопок двери заставляет вздрогнуть. Спешно вытираю слёзы ладонью, шмыгаю носом, пытаясь остановить поток слёз и соплей, что рвутся наружу. Делаю глубокий вдох, стараясь собраться, но внутри всё по-прежнему горит.
Почему? Почему именно со мной? Что я сделала, чтобы заслужить такое?
Ответ приходит сразу, обжигая ещё сильнее.
Аше грёбаный отморозок, которому, кажется, всё дозволено. Его издевательства и насмешки. Презрение. Но ещё больнее от того, что остальные смотрели с таким явным осуждением, будто я сама виновата во всём. Всего два дня в университете, а я уже стала объектом для чужих косых взглядов.
А Эрик… Как он мог просто стоять и смотреть? Он же видел всё! Видел, как Ашер схватил меня, как унижал, как заставлял чувствовать себя ничтожеством. Но он не сказал ни слова и не сделал ни единого шага, чтобы остановить это. И от этого боль становится ещё острее.
Делаю ещё один глубокий вдох, втягиваю носом воздух, стараясь выровнять дыхание. Нужно успокоиться. Нельзя показывать слабость. Нельзя давать им повод думать, что они сломали меня. Я должна быть сильной.
С этой мыслью открываю дверь кабинки и замираю, словно вкопанная. Перед собой я вижу того, кто стал причиной всех моих страданий.
Ашер Коэн.
Стоит прямо здесь, в женском туалете, и смотрит на меня своими жёлтыми бешеными глазами. Его ноздри раздуваются от порывистого дыхания, грудь тяжело вздымается, а на губах застыл оскал… Настоящий звериный оскал, от которого по коже пробегает холод. Мне кажется, что ещё чуть-чуть и у него изо рта слюна потечёт…
Его глаза впиваются, словно острые игры в мои, жёлтый цвет сейчас такой насыщенный и яркий, что я больше ни на что не могу смотреть.
А ещё в голове, словно набатом пульсирует тревожная мысль, что мне нужно как можно скорее драпать отсюда. Вот только он загородил проход своим массивным телом, да и явно выпускать меня отсюда не собирается просто так.
Ашер резко тянется ко мне рукой и перехватывает за локоть, буквально вытаскивая меня из кабинки. Я вскрикиваю и упираюсь в его грудь ладонями, начинаю брыкаться и вырываться.
— Помогите! — выкрикиваю, прежде чем он закрывает мой рот своей ладонью, а другой зарывается в моих волосах на затылке и больно оттягивает пряди.
— Заткнись. Тебе всё равно никто не поможет. Это
