счет.
Окинув взглядом зал, с елкой в центре, я нашел маму. Она щебетала с какими-то разряженными дамочками, полностью довольная. Это ее среда обитания. Здесь она росла, жила, пока не вышла за моего отца. В новом мире у нее не было и половины той свободы, которую она имела ранее.
– Искренне удивлен, что ты приехал, – услышал я знакомый голос.
Можно было не оборачиваться. Французский акцент выдавал дядю – Михаила. Брат матери редко появлялся в России. Он еще в подростковом возрасте переехал в Париж и остался там работать.
– Зачем подошел? Я не в настроении для светской болтовни.
– Ты умеешь вести светские беседы? – изобразил он удивление. – Не знал.
– Сука, – процедил я, глотнув виски, чтобы спрятать звериный оскал.
Если не напьюсь, точно кого-нибудь придушу.
– Вон тот мужчина, видишь? – кивнул он на высокого, худощавого типа, беседующего с дедом. – Знаешь, кто это?
– Меня не интересуют олигархи с белым бизнесом.
Дядя обреченно вздохнул. Он знал, что я работал на Ярова, но никогда меня в этом не упрекал. Поэтому кое-как я терпел его общество.
– Владелец сети отелей. Хочет расширить бизнес в нашем городе.
– Мне-то что?
– Дед хочет сосватать его твоей матери. Блестящая партия, как по-твоему?
Пальцы сжались на стакане, и он треснул. Звон разбитого стекла о мраморный пол привлек внимание ко мне. Но я смотрел только на старого хрыча. Черта с два я позволю ему использовать мою мать, как приманку для его делишек!
– Егор, у тебя кровь, – донесся слева голос Михаила.
Я сжал кулак. Ладонь жгло. Плевать!
Сквозь толпу я прорвался к старику.
– Отойдем, – кивнул я на дверь.
Оставшись наедине, я схватил его за воротник.
– Опять решил использовать мою мать в своей игре? – прорычал я, сдерживаясь, чтобы не задушить его прямо здесь. – Только через мой труп!
– Если продолжишь работать на Ярова, ждать твоей смерти недолго. Хочешь закончить, как твой отец? Одумайся, парень!
Я встряхнул его, услышав треск расползающейся ткани рубашки.
– Не строй из себя заботливого дедушку. Я знаю, что ты за человек. Одну дочь продал за кусок земли, другую – за безопасность своей задницы, сына сослал за границу, чтобы не лез в твои дела. Внуков раздаешь, как котят, чтобы везде была родня. Со мной это не пройдет! Не позволю снова использовать мою мать, понял?
– Да? – приподнял он седую бровь. – А если она сама захочет?
В его хитром взгляде не было ничего хорошего. Я отпустил его и вернулся в зал. Мать стояла там же, но компанию куриц сменил тот самый тип. Она смеялась, прикрывая рот ладонью.
Подлетев к ним, я схватил этого женишка и вытолкал на улицу. Водители, ожидавшие своих боссов, удивленно уставились на нас.
– Парень, ты чего творишь?
Беседовать с этой мразью не было смысла. Я знал способ объяснить все коротко и ясно.
Выхватив пистолет, я снял его с предохранителя и выстрелил рядом с ногами этого гребаного бизнесмена. Тот рухнул на свою тощую задницу, зажмурившись.
– Егор, прекрати! – донесся крик матери.
Игнорируя ее, я поднял мужика на ноги.
– Еще раз увижу тебя рядом с ней, пуля полетит в голову.
Отбросив его, я схватил мать и усадил в машину.
– Поехали! – приказал я водителю.
Тот работал на Ярова, так что это шоу для него не было чем-то новым. Другие же водители побледнели от данной сцены.
– Что ты творишь? – голос мамы дрожал. Вот-вот и она заплачет.
Я терпеть не могу женские слезы.
– Этого придурка тебе подсунул старик. Хочешь снова быть его разменной монетой?
– Предлагаешь мне всю жизнь оставаться вдовой?
– Я…
Я бы не возражал, но это эгоистично с моей стороны.
– Но только не с тем, кого выберет тебе старый хрыч.
– А какая разница? – усмехнулась она. – Я впервые увидела твоего отца у алтаря. Фиктивный брак не значит, что не может быть любви.
Я покачал головой. Ей может не повезти так и во второй раз.
– Останови машину, – приказал я водителю и повернулся к матери. – Езжай домой. Я вернусь к себе в квартиру.
Я выскочил из машины, не дав ей сказать ни слова. Мы были на другом конце города. До Нового года оставалось меньше часа.
Добравшись до остановки, я попытался вызвать такси. Через несколько минут ко мне подъехала черная «девятка» с тонированными стеклами. Я не сдвинулся с места, вопросительно выгнув бровь. Это явно не такси. Рука рефлекторно легла на пояс, где был пистолет.
Окно опустилось, и я выругался. За рулем сидел рыжий ублюдок, оставивший шрам на лице Фила. Мы подозревали, что именно этот хмырь руководит детдомовскими отбросами.
– С наступающим, – помахал он рукой, растянувшись в хищной улыбке.
Я молча смотрел на него, ожидая, что из задних дверей выскочат его парни и скрутят меня. Живым я им точно не сдамся.
– Я один, – заметил он мой настороженный взгляд. – Подбросить?
– Ты серьезно? За идиота меня принимаешь?
Он пожал плечами. Сучонок!
Достав пистолет, я направил его на парня. Тот и глазом не моргнул.
– Можешь убить меня. Но тогда ты никогда не узнаешь секрет своего приемного отца, – последнее слово он выплюнул, словно оно вызывало у него отвращение.
– У меня один отец – Матвей Рябин. А если ты про Руслана, то он мой босс.
Я уважал Руслана за то, что он не бросил ни мою мать, ни меня в трудный момент, но я все равно не посмею предать своего родного отца.
– Тем лучше, – он наклонился и открыл пассажирскую дверь. – Садись. Поговорим.
– И какой шанс, что ты меня не возьмешь в плен?
– Какой в этом смысл? Ты не сын Ярова. Он не станет рисковать ради тебя.
Его слова заставили меня напрячься, но я сел в машину. Мы ничего не знали об этих ублюдках. Мне выпал шанс выяснить хоть что-то, и я не упущу его.
– Как тебя зовут? Или мне называть тебя, как принято у нас: рыжий ублюдок?
Его губы скривились.
– Как хочешь. Я и не такое слышал в свой адрес.
– Окей. Рыжий ублюдок, о чем ты хотел поговорить?
Он бросил на меня скептический взгляд. Его тело было расслабленным, когда он вел машину.
