уже здесь, на столе.
— У меня впечатление, что мне легче тебе дать, чем объяснить, почему я не хочу этого делать. Так выходит? — он не теряется, и я слышу ответ, который заставляет меня и дальше вытворять разные фокусы, да его, похоже, только больше веселят мои выкрутасы. Смеёмся искренно и стреляем друг в друга взглядами, вот только его взгляд наполнен особым мужским интересом к моей персоне.
— Тебе лучше согласиться на ресторан, — опять за старое, даже неприкольно уже. Неужели мне действительно нужно удовлетворить его желание с рестораном? Если даже придётся, тогда нужно его так замучить, что и сам больше не захотел меня трогать.
А галстук таки не дает ему спокойствия, все треплет его в руке, а потом зашвыривает подальше.
— Что, не пригодится?
— Боюсь, второго садо-мазо могу не пережить.
Да, ладно, неужели в прошлый раз, Алексей Романович, вам пришелся не по вкусу мой приёмчик. Ох, милый, ты даже себе не представляешь, что ещё я могу нехорошего сделать, если меня обидят.
— Старик! — слетает с моих губ, а ему словно всё по барабану.
Болтаю ногами, но понимаю, что засиделась. Бездельничать — всегда приятно, но хорошего понемногу.
Я не успеваю сползти со стола, как этот экземпляр в очередной раз пытается меня поцеловать. Не скажу, что его поцелуи противны мне, но не люблю такую наглость и напор. Он слишком самоуверен и думает видимо, что я тут же расставлю перед ним ноги. О, мужчины, как же вы ничтожны!
Я не шевелюсь, позволяю ему удовлетворить желание и прижаться к моей шее, даже волосы разрешаю растрепать. Ммм, а он знает толк в соблазнении, возможно в другой ситуации мне бы польстило такое внимание, но сейчас в моей жизни столько дерьма, что хочется зарыться с головой в одеяло и выставить табличку «я в домике».
— О да, да, да, — видимо переигрываю, потому что Рубцов напрягается и сильнее стискивает мои волосы в своей ладони, но я продолжаю, — ты это хотел сейчас услышать?
Алексей моментально меняется в лице, и куда только подевался тот красивый, страстный мужчина, что только что хотел в своём же кабинете расстелить меня на столе.
— Увы, прости, но не получится, — пожимаю плечами и ехидно улыбаюсь, потому что он едва сдерживает… нет, не злость… ярость.
— Стерва! — почти что отскакивает от меня и шумно выдыхает, пальцами зарывшись в свои волосы.
Я же спрыгиваю со стола и спокойно выхожу из кабинета, тихонечко прикрыв за собой дверь. Ух как на качелях, давно я не испытывала такой приток адреналина. Надеюсь, кабинет останется в прежнем состоянии, и да, надеюсь, мне показалось, что в комнате что-то грохнуло. Это ведь не его челюсть? Ну, или еще что-то… твердое?
Меня давит смех, пока топаю к себе за стол. Чёрт, ну в самом то деле, что за муть творится между нами. По ходу у меня всё в жизни не как у людей. Я притягиваю нездоровые ситуации к себе. Мрак.
— Привет, Динка, — вырисовывается из своего кабинета братец-кролик, и едва успевает спрятаться, когда в его сторону летит степлер.
— Скройся, змей, или приду убивать! — рычу я и потираю ехидненько ручки.
Андрей прячется, ведь прекрасно знает, какая я безбашенная в гневе. Но сейчас я не то что в гневе, я просто на него зла. Ведь он своими руками создал мне проблемы! И не знал бы этот мачо, что я не сестра Туманову, держал бы себя в руках, штанах, в сознании. А так мой милый гадёныш Андрейка не меня подставил, он подставил своего коллегу, товарища, друга или кем они за столько лет приходятся друг другу.
Из кабинета Андрея показывается белый платок, я звонко смеюсь и встаю из-за стола, беру яблоко и на ходу его грызу. Окей, посмотрим, как ты будешь меня умолять тебя простить, чудище снежное.
Не успеваю подойти к двери, как из своего кабинета вылетает Рубцов и притормаживает, увидев меня. Сверлит меня недовольным взглядом и шагает мимо к лифтам. Хм, стою, грызу яблоко и провожаю его веселым взглядом. Надеюсь, теперь вам, Алексей Романович, больше не приспичит лапать все то, что шевелится.
— И кто тут хочет, чтобы ему натрескали? — толкаю дверь и вижу, как Андрюха опять сидит под столом, я смеюсь, — вылезай, сегодня уже драться не буду, с меня крови на сегодня достаточно, мой милый друг.
— Не ржи, — кряхтит Туманов и на стол левой рукой вываливает два колёсика, — у меня ЧП.
— Ахаха, похоже, твой транспорт отбросил копыта, — меня не остановить, даже дядя влетает в кабинет и смотрит на нас двоих полудурков.
— Вас двоих оставить нельзя на одном квадратном метре, — смеется мой родственник и тоже смотрит, как сын, в дорогущем костюме ползает под столом.
— Купи ты ему уже нового коня, этот издох, а то как же Прынц и на инвалиде.
Андрей рычит и швыряет в меня скомканной бумажкой, я же целюсь в него огрызком.
— Смирись, простись и отпусти своего любимца в лучший мир, — поддакивает дядька и прижимает меня к себе, целуя в макушку, люблю его.
Стоим и смотрим, как Андрюха куксится и выбрасывает колёсики в урну.
— Ты был настоящим другом, — говорит прощальные слова и вытаскивает кресло на средину кабинета, — скажу Татьяне, пусть уберет его в подсобку.
— Давно пора, — констатирует факт его отец, я поддакиваю.
— Тогда у нас шопинг! — довольно хлопаю в ладошки, — мы идём покупать тебе нового друга! Дядь Вась, ты же непротив?
— Дабы сохранить в равновесии психическое состояние сына после потери лучшего боевого друга, отказать вам в просьбе, милая дама, не могу, — во как закрутил Туманов-старший, Андрей же только сильнее поджал губы.
— Ладно, уболтала, заноза, но только без рук, а то я знаю тебя.
Мы сбежали-таки из офиса и перво-наперво заскочили в кафе напротив. Решили перекусить и только потом до конца рабочего дня шариться по торговому центру. Вошли в здание кафе, отыскали свободные места и сели. Пока брат с интересом пялился в меню, я рассматривала посетителей и… наткнулась на Рубцова, который седел в обществе симпатичной коротко стриженой брюнетки в деловом костюме, с идеальным макияжем. Женщина любовно улыбалась моему недавнему воздыхателю и указательным пальцем поглаживала его руку.
— Я сейчас, — брякнула брату и сорвалась с места.
Вот ведь гад, поди конвейер у него из баб.
— Привет, — сажусь напротив Рубцова и улыбаюсь, — я соскучилась, ты сегодня придёшь ко мне, котик? — бесит, жутко меня бесит его наглая рожа, которая смотрит на меня, как кот на сало.
Брюнетка меняется в лице и ехидно
