Даниэла Стил - Повороты судьбы

– Сколько вы еще пробудете на ферме? – спросила Мари-Анж. Сочувственно глядя на свою единственную родственницу, она пыталась обнаружить на ее лице хоть какие-то признаки эмоций, но она ошиблась: лицо бабки не выражало ничего, кроме брезгливого отношения ко всему на свете.

– Если я продам ферму в следующем месяце, мне дается тридцать дней на то, чтобы освободить дом. Я планирую перебраться в Бун в конце октября. Том обещал задержаться на ферме до моего отъезда.

Значит, у Мари-Анж оставалось еще шесть недель. Она поняла, что ей нужно срочно что-то предпринять. В сентябре начинался ее последний учебный год в колледже. У нее был выбор: или поселиться рядом с колледжем и закончить учебу, или взять академический отпуск на год и отправиться во Францию. У нее даже мелькнула сумасшедшая мысль: «Может быть, удастся выкупить Мармутон?» Мари-Анж не знала, что стало с домом, не знала даже, кто его купил. Возможно, ответ на это она найдет в бумагах, переданных ей поверенным.

– Когда вы уедете, мне тоже придется переехать, – задумчиво сказала Мари-Анж.

Она невольно задавалась вопросом: понимала ли она вообще когда-нибудь эту женщину? Впрочем, ответ на вопрос был уже известен.

– Тетя Кэрол, вы уверены, что вам будет хорошо в доме престарелых?

Мари-Анж чувствовала себя в долгу перед двоюродной бабкой: несмотря на ее тяжелый характер и холодность, Кэрол все-таки как-то заботилась о ней все эти годы, и Мари-Анж была ей за это благодарна, хотя жизнь на ферме нельзя было назвать счастливой.

– Мне и здесь не хорошо, так что какая разница? Я слишком стара, чтобы управлять фермой. Ты, насколько я понимаю, вернешься во Францию или закончишь колледж и устроишься на работу. У тебя нет причин оставаться здесь – если ты только не выйдешь замуж за этого мальчишку, а ты твердишь, что не выйдешь. Может, тебе и не стоит за него выходить – теперь, когда у тебя такая куча денег, ты можешь поймать рыбку покрупнее.

Кэрол говорила об этом, как о чем-то отвратительном, и Мари-Анж невольно содрогнулась. Похоже, бабке и в голову не приходило, что на свете существует любовь. Мари-Анж невольно подумала: как же та жила с мужем, любила ли его когда-нибудь? Было трудно представить Кэрол молодой, влюбленной и счастливой.

После ужина Мари-Анж стала наводить порядок в кухне. Кэрол сказала, что хочет лечь пораньше, и уехала в свою комнату. Через некоторое время, как обычно, позвонил Билли. Услышав, что Мари-Анж хочет с ним встретиться, он встревожился:

– Что-нибудь случилось?

– Нет... то есть да... не знаю. Сегодня произошли кое-какие события, я в растерянности, мне нужно с тобой поговорить.

Мари-Анж чувствовала, что ей совершенно необходимо обсудить новости с Билли, кроме него, ей было просто не с кем посоветоваться. И хотя в финансовых вопросах Билли разбирался не намного лучше ее, он был умным, здравомыслящим человеком и желал ей добра. Мари-Анж и в голову не могло прийти, что Билли ей позавидует.

– Ты в порядке? – спросил Билли. Мари-Анж замялась.

– Кажется. – Она не хотела его пугать. – Новость хорошая, просто я не все понимаю.

– Приезжай в любое время.

Через двадцать минут Мари-Анж уже поднималась по лестнице на веранду дома Паркеров. Увидев у нее в руках конверт из плотной коричневой бумаги, Билли спросил:

– Что это?

Сначала он подумал, что это письмо из колледжа и что Мари-Анж выиграла еще одну стипендию, но выражение ее лица подсказало ему, что речь идет о чем-то более важном.

– Сегодня ко мне приезжал адвокат, – начала Мари-Анж. Она старалась говорить тихо, чтобы не слышали другие члены его семьи. Билли она доверяла полностью: он никогда ее не подводил, и она знала, что не подведет и на этот раз.

– Зачем?

– Он хотел поговорить насчет денег, которые мне оставил отец.

При упоминании о наследстве Билли, как и Мари-Анж поначалу, представил себе сумму в несколькотысяч долларов и подумал, что даже если наследство и не так велико, Мари-Анж по крайней мере сможет окончить колледж. Он был искренне рад за нее. Мари-Анж попыталась его подготовить.

– Речь идет о большой сумме, – осторожно сказала она.

Случившееся все еще не укладывалось у нее в голове, и она догадывалась, что реакция Билли будет примерно такой же, как ее собственная.

– О какой? – спросил Билли, но тут же спохватился и тактично добавил: – Ты не обязана мне говорить, если не хочешь. Это не мое дело.

– Наверное, мне вообще ничего не надо было говорить. – Мари-Анж вдруг испугалась, что ее новость повлияет на их отношения. Она неуверенно взглянула на Билли: – Я не хочу, чтобы ты меня возненавидел.

– Какая ерунда! Твой отец что, ограбил или убил кого-нибудь ради этих денег? – пошутил Билли.

– Нет, конечно. – Мари-Анж нервно улыбнулась. – Деньги выручены от продажи его фирмы и нашего дома. За десять лет сумма очень выросла. – Она замолчала, не уверенная, стоит ли продолжать. – Билли, это очень крупная сумма.

Она вдруг испытала потребность извиниться за внезапно свалившееся на нее богатство – иметь столько денег казалось неприличным. Но она их получила, и теперь ей придется как-то с этим справляться.

– Мари-Анж, ты меня с ума сведешь, расскажешь ты наконец, в чем дело, или нет? Кстати, твоя бабка знает?

– По-видимому, да, только не все. Представь себе, она отказалась взять деньги на мое содержание. Может, это и благородный поступок, но если бы она согласилась, моя жизнь здесь была бы намного легче. Но теперь это уже не важно, деньги принадлежат мне.

Их взгляды встретились. В ожидании ответа Билли склонился к ней. Мари-Анж набрала в грудь побольше воздуха и еле слышно прошептала на ухо Билли слова, которые и сама еще не до конца осознала и сомневалась, что когда-нибудь осознает.

– Десять миллионов долларов.

Билли откинулся на спинку стула и захохотал.

– Ну да, а я – китайский император!

– Билли, я не шучу. Это правда.

Мари-Анж посмотрела на него так, словно только что поделилась с ним некоей жуткой тайной. Билли резко оборвал смех:

– Ты серьезно?

Мари-Анж кивнула. Он зажмурился, словно от удара, потом снова открыл глаза и воззрился на нее с недоверием.

– Господи, Мари-Анж... что ты собираешься делать с такой кучей денег? Что ты намерена делать прямо сейчас?

Билли даже немного испугался за нее, уж слишком велика была сумма, просто в голове не укладывалась.

– Не знаю. Сегодня тетя Кэрол сказала, что в следующем месяце продает ферму и переезжает в Бун в дом престарелых. У нее уже есть покупатель на ферму, и она согласилась на его цену. Через шесть недель и мне нужно будет оттуда убираться.

– Можешь жить у нас, – великодушно предложил Билли. Однако Мари-Анж понимала, что это было бы неправильно; кроме того, в доме не было для нее места.