вкопанная, он переводит взгляд в мою сторону. Его загорелые щёки темнеют от смущения, а брови хмурятся. Подхватив с пола рубашку, Габриэль вытирает сперму со своей руки, а затем засовывает свой размякший член обратно в штаны.
— Какого хрена, по-твоему, ты делаешь? — Требует он, выражение его лица становится жёстче, когда он снова начинает злиться.
Почему он всегда так злится на меня? Но я не останавливаюсь, чтобы придумать ответ. После того как я увидела, как он даёт волю своему сдерживаемому желанию, я готова взорваться. Жар между моих ног затмевает мой логичный мозг. Я захлопываю за собой дверь и подхожу к нему, выгибаюсь всем телом и бросаюсь в его объятия.
Я обнимаю Габриэля за шею и притягиваю его к себе, пока наши губы не сливаются в яростном поцелуе. На этот раз, когда его язык устремляется ко мне, чтобы исследовать меня, я позволяю ему это сделать. Наши языки сплетаются, он вдыхает меня, постанывая от удовольствия у меня во рту.
Сильные руки Габриэля обхватывают мою талию, притягивая меня к себе и заставляя выгнуть спину, пока он поглощает меня. Его руки скользят по моей талии к бёдрам, а затем сжимают мою задницу.
Его член снова становится твёрдым, когда он прижимается ко мне, и у меня в животе всё сжимается, когда я вспоминаю, как он кончил себе на руку. Я стону при мысли о том, что он мог бы кончить на меня, что это мои пальцы обхватили бы его член, а не его рука. Готова поспорить, в моих крошечных руках он выглядел бы огромным.
Я прижимаюсь к нему, пока он ласкает меня, его руки скользят вверх и вниз по моей талии, по моей заднице и вокруг моей груди. Он жадно сжимает мои соски, сжимая их пальцами, пока я не вскрикиваю от смеси боли и удовольствия. Его возбуждённый член дёргается подо мной, умоляя высвободиться из джинсов.
На мгновение, когда я прерываю наш поцелуй, его голодный взгляд сменяется раздражением, как будто он думает, что я собираюсь отвергнуть его в очередной раз, но я не могу остановиться. Где-то в глубине души я знаю, что должна, но не могу. Я за гранью логического мышления.
Вместо этого я опускаюсь на колени, и раздражение на его лице сменяется животной похотью, когда он понимает, что я задумала. Схватив его за пояс джинсов и трусов, я стягиваю их с его ног, и его член высвобождается, подпрыгивая всего в нескольких сантиметрах от моих губ.
У меня внутри всё сжимается, когда я понимаю, что он даже больше, чем я думала. Наверное, это самый большой член, который я когда-либо видела, по крайней мере, насколько я помню, а хвастаться особо нечем, ведь я даже не помню свою фамилию. Моя уверенность пошатнулась, когда я задумалась, смогу ли взять его целиком в рот. Но я не собираюсь отступать.
Я нерешительно берусь одной рукой за основание его члена, и он издаёт стон, похожий на рычание. Это всё, что мне нужно. Я высовываю язык и облизываю его член по всей длине, а затем обхватываю губами головку. Одна его рука оказывается у меня на затылке, он запускает пальцы в мои рыжие волосы и побуждает меня взять его в рот. Обхватив губами головку, я изо всех сил стараюсь не использовать зубы и медленно ввожу его в рот.
Даже несмотря на то, что я всё ещё сжимаю его член у основания, его головка упирается мне в горло к тому моменту, когда мои губы соприкасаются с пальцами, и я широко раскрываю рот, чтобы вместить его. Габриэль чертовски огромен.
— Чёрт, — стонет Габриэль, и его бёдра дёргаются вперёд в порыве удовольствия. — Блядь, как же приятно чувствовать твой рот, Уинтер.
Звук моего имени на его губах посылает волну удовольствия в мой клитор, и я чувствую, как мои соки покрывают мои складочки и пропитывают кружевные трусики, которые я только что надела. Я хочу, чтобы Габриэль снова произнёс моё имя. Я хочу, чтобы он простонал его, кончая мне в рот. Я двигаю рукой и ртом, скользя по его члену, пытаясь привыкнуть к его размеру, и начинаю одновременно делать ему минет и дрочить.
Я поднимаю взгляд, когда беру его в рот, и от изысканного выражения желания на его напряжённом, точёном лице я стону, обхватив его головку губами. Его член дёргается в моей руке от вибрации моего стона.
— Заведи руки за спину, — командует Габриэль, и я, не раздумывая, делаю, как он говорит. — Хорошая девочка, моя принцесса. Теперь ты моя, и будешь делать то, что я скажу.
От его собственнических слов, от глубокой уверенности в его голосе, от того, как он хрипит от желания, у меня внутри всё сжимается. Затем он хватает меня за спутанные волосы и вставляет свой член мне в рот. Я задыхаюсь, его обхват заставляет меня давиться, мои мышцы сжимаются в попытке остановить невероятно глубокое проникновение, и я протягиваю руки, чтобы схватить его за бёдра.
— Нет, Уинтер. Я сказал, заведи руки за спину. Не заставляй меня наказывать тебя, — рычит он. Он вынимает большую часть своего члена у меня изо рта, давая мне минутное облегчение, а затем с силой вгоняет его мне в горло, показывая, каким будет моё наказание, если я не сделаю то, что он говорит.
По моему лицу текут слёзы, пока мои мышцы сжимаются вокруг него, но я снова закидываю руки за спину и сцепляю их, чтобы не поддаться искушению снова потянуться к нему.
— Хорошая девочка, — стонет Габриэль, а затем начинает трахать меня в рот, сжимая затылок и двигая мной вверх и вниз по своему члену.
Меня пугает то, с какой силой он трахает меня в горло. И всё же мой клитор покалывает от сильного желания, а стенки моей киски сжимаются в предвкушении.
— Чёрт, Уинтер, у тебя рот ангела, — хрипит он. — Тебе нравится, когда я трахаю тебя в горло? Готов поспорить, ты сейчас насквозь мокрая.
Так и есть. Я в шоке от того, насколько сильно возбуждена. Даже несмотря на то, что по моему лицу текут слёзы, мне это нравится гораздо больше, чем я думала. Хотя мне приходится прилагать усилия, чтобы держать рот открытым, и я едва могу дышать, я не хочу, чтобы он останавливался. Он наполняет меня так, как я и не мечтала, но внезапно я чувствую себя глубоко удовлетворённой, и если он сейчас наклонит меня, я, возможно, даже позволю ему трахнуть
