я даже прогуливала работу и целый день после валялась в кровати, ленивая и сонная.
Сейчас это пытка.
— Сереж, не надо, — шепчу я, стараясь не обидеть его порыв.
— Почему? — Его губы у меня за ухом, ладонь скользит под халат. — Я соскучился, Сола…
Я уже неделю динамлю его в постели.
Пальцы знакомо касаются моей голой кожи.
Но вместо приятного ощущения мурашек по коже, прошибает ледяной волной паники.
Я не могу.
Не могу позволить ему до себя дотронуться.
Не после него.
Потому что мое тело — осквернено. Потому что оно — улика.
Я резко отстраняюсь, выходя из его объятий.
— Я… неважно себя чувствую, — лгу, не оборачиваясь.
Зачем-то кашляю, хотя еще не успела придумать подходящий «диагноз». Смотрю на красиво сервированные блюда, лишь бы не смотреть на него.
— Что такое? — В голосе мужа мгновенно появляется тревога.
Он снова сокращает расстояние между нами, разворачивает меня к себе. Заставляет посмотреть в его обеспокоенные серые глаза, прикладывает ладонь к моему лбу — она прохладная и сухая, и она меня как будто клеймит.
— Температуры вроде бы нет. Голова болит?
— Немного, — киваю и, не выдержав, все-таки утыкаясь взглядом в пол. — И подташнивает. Наверное, съела что-то вчера.
Каждое слово лжи — как осколок стекла, который я выплевываю из себя вместе со вкусом крови.
— Так, — решительным тоном говорит муж, — ну-ка марш обратно в постель. Я сейчас принесу тебе чай и таблетку. И ты сегодня никуда не пойдешь. Отмени все встречи.
Я хочу ускользнуть, прикинуться трупом, стать настолько мерзкой, что он сам больше не захочет до меня дотрагиваться. Но Сергей успевает поймать мой локоть, остановить уже в дверях.
Нет, пожалуйста…
— Ты что — бросила пить таблетки? — спрашивает как будто и деликатно, но настойчиво.
— Нет, — мотаю головой.
На четвертом году брака, у меня случился первый выкидыш.
Два года назад — без причины замершая на пятом месяце беременность.
До сих пор не понимаю, как не сошла с ума.
Но после этого вопрос с детьми мы с Сергеем закрыли с пометкой «на неопределенный срок». Через полгода мне тридцать — я не могу сказать, что вопрос детей стоит для меня остро или что мне свет клином на этом сошелся. Я не сумасшедшая карьеристка и не повернутая на теме детей мужняя жена, но я рада, что Сергей никак не форсирует детскую тему и что мое желание пока закрыть ее на замок, он воспринял спокойно. Чего нельзя сказать о его матери — кажется, моя «обожаемая» свекровь уже начала ставить свечки за наш скорейший развод. Пару раз доходило даже до того, что она чуть ли не в открытую говорила о «дочерях своих подруг», которые точно лучше, чем бесплодная змея (это она про меня).
К счастью, Сергей абсолютно не против, чтобы я виделась с его матерью только по острой необходимости, и только посмеивается, когда после таких встреч я в открытую озвучиваю все, что думаю о его мамаше.
Наверное, вот так и должна выглядеть идеальная семья.
Я прикладываю пальцы к губам, ощущая там улыбку, и снова чувствую острый приступ отвращения к себе.
Мы были идеальной семьей.
От очередной попытки Сергея развернуть меня в сторону спальни и уложить в постель, уворачиваюсь и отхожу на пару шагов. Я сдурею, если останусь дома. Просто сойду с ума в месте, где каждая деталь напоминает о том, что цена моей измены — десять прекрасных счастливых лет с лучшим мужчиной на земле.
— У меня важная встреча, Серёж, — делаю трагическое лицо, но все-таки выкраиваю улыбку, чтобы показать, что все не так уж плохо.
— Сола, какая встреча может быть важнее твоего здоровья? — Он хмурится. — Позвони, перенеси. Никто не умрет.
— С женой твоего партнера, помнишь?
Он на секунду хмурится, вспоминая, а потом его лоб разглаживается, голова кивает — вспомнил.
— Наверное, да, отказываться теперь будет неудобно, — говорит муж, но все равно без нажима. Если я сейчас скажу, что передумала и хочу весь день проваляться в кровати, лелея головную боль — он и слова поперек не скажет. — Сола, только давай так, если вдруг тебе станет хоть немного хуже — сворачивай удочки и дуй домой. Я потом с Русом сам переговорю.
Я молча киваю пару раз, как заевшая игрушка, мысленно умоляя его, наконец, уйти: на работу, в офис, просто на улицу, куда угодно — лишь бы за дверь. Находиться рядом с ним мне уже просто физически больно. Каждое ласковое слово и забота, не делают легче, а полосуют меня вдоль и поперек, покрывая кожу невидимыми кровоточащими ранами.
Просто скажи ему — и ад закончится.
Это — единственно верное, честное решение.
То самое, которое хорошая правильная Сола посоветовала бы любой, изменившей мужу женщине.
Но самой себе я это сказать не могу. Пытаюсь — и у меня не получается.
Может быть, завтра?
— Сола? — голос мужа вытаскивает меня из ямы самокопаний. — Точно не хочешь остаться дома?
Я снова беззвучно мотаю головой, а потом с преувеличенной паникой бросаю взгляд на часы и говорю, что у меня совсем почти не осталось времени на сборы. Повод закрыться в ванной — бахнуть дверью так, что на полочках начинает дребезжать весь богатый арсенал моих уходовых средств.
Сергей из-за двери просит себя беречь.
Я, прислонившись к ней лбом со своей стороны, бормочу под нос покаянное: «Я так виновата, Серёжка… так страшно непростительно виновата…»
Но легче от этого, конечно, не становится.
Глава шестая: Сола
В десять утра я уже сижу за столиком в «Атмосфере».
Это одно из тех мест в нашем небольшом, слегка провинциальном городке без метро и трамваев, которое всегда забито до отказа, потому что отсюда красивый панорамный вид на реку, набережную и парковую часть города внизу. Чтобы занять столик у окна — нужно постараться, но пару лет назад, когда они только открывались, дизайнером этого места была я, так что теперь у меня здесь что-то вроде маленького «блата» — если не в час пик и брать столик на двоих, то мне всегда делают бронь.
С клиентами я предпочитаю встречаться здесь. Во-первых, это сразу как будто немного прибавляет веса моей персоне, во-вторых — здесь приятная расслабляющая атмосфера, неважно, идет ли за окном дождь, снег или жжет летний зной.
Обычно я всегда прихожу немного раньше, чтобы сделать пару красивых кадров или еще раз пересмотреть референсы перед работой. Но сегодня в голове абсолютный вакуум.
Я механически помешиваю ложечкой в чашке с
