Финляндию. Он же ясно дал понять на переговорах, что хочет говорить с человеком, который разбирается в вопросе на профессиональном уровне.
Последняя фраза была намеренным уколом, и он его почувствовал. Желваки на его лице заходили, глаза сузились. Несколько секунд он молча смотрел на меня, и я видела, как в нем борются гнев, ревность и деловая хватка.
— Хорошо, — наконец процедил он сквозь зубы. — Поезжай на свою встречу. Но я поеду с тобой. Буду сидеть в соседнем углу, чтобы не мешать, но...
— Не думаю, что это хорошая идея, — перебила я, покачав головой. — Он пригласил меня одну. Если мы приедем вдвоем, это будет выглядеть так, будто ты меня контролируешь, не доверяешь мне вести переговоры самостоятельно. Это может серьезно оскорбить его. Европейцы очень щепетильны в вопросах делового этикета и личных границ.
Я видела, как в нем борются различные эмоции. С одной стороны, ему хотелось поехать, чтобы контролировать ситуацию, не дать мне «напортачить». С другой стороны, он понимал, что я права. Испортить отношения с ключевым партнером из-за личных амбиций и недоверия к жене было бы крайне неразумно с деловой точки зрения.
— Кроме того, — добавила я, играя на его самолюбии, — если ты будешь присутствовать на предварительной встрече, это может создать впечатление, что ты не уверен в моей компетентности. А это, в свою очередь, поставит под сомнение качество нашей управленческой команды в целом.
Это был решающий аргумент. Стас никогда не позволил бы себе выглядеть слабым или неуверенным в глазах важного партнера.
— Ладно, — наконец сдался он, но голос звучал недовольно. — Поезжай одна. Но я хочу получать отчет в режиме реального времени. После встречи немедленно позвонишь мне и расскажешь о каждом слове, которое было сказано. И если возникнут какие-то сложные технические вопросы, сразу переводи разговор на меня. Ясно?
— Конечно, дорогой, — кротко улыбнулась я, изображая покорную жену. — Я обязательно все расскажу.
Но внутри я чувствовала горькое удовлетворение. Он принял мои условия. Завтра я встречусь с Алексеем наедине, и у меня будет шанс выяснить, что он от меня хочет и как далеко готов зайти в этой игре.
Остаток вечера прошел в напряженном молчании. Стас ушел в свой кабинет и долго разговаривал с кем-то по телефону — я слышала обрывки фраз через закрытую дверь. Возможно, он консультировался с кем-то по поводу завтрашней встречи. Или просто жаловался на мое «неадекватное поведение» своим сообщникам.
А я сидела в спальне и готовилась к завтрашнему дню. Мысленно проигрывала различные сценарии разговора, готовила ответы на возможные вопросы. Что я скажу, если он попытается возобновить наши личные отношения? Как буду реагировать, если предложит какую-то сделку? На что готова пойти, чтобы спасти компанию?
Глава 10
На следующее утро я, как всегда в последнее время, проснулась раньше будильника. Приняв душ и сделав неброский макияж. Я снова надела свою деловую броню, но на этот раз выбрала костюм жемчужно-серого цвета. Белая блузка, волосы в элегантном низком пучке. Туфли на невысоком каблуке — элегантные, но удобные.
Деловая женщина, которая идет на важную встречу, а не жена, которая тайно встречается с любовником.
За завтраком Стас был молчалив и угрюм. Он несколько раз бросал на меня изучающие взгляды, но ничего не говорил. Я тоже молчала, сосредоточившись на своих мыслях.
— Удачной встречи, — буркнул он, когда я собиралась уходить. — И помни — ты представляешь не только себя, но и всю нашу компанию.
— Я помню, — ответила я. — Не волнуйся, я не подведу.
Эти слова имели двойной смысл, и мы оба это понимали.
В лобби отеля «Арарат» было тихо и респектабельно. Мраморные колонны, хрустальные люстры, приглушенный свет, тихие голоса постояльцев и посетителей ресторана. Атмосфера располагала к серьезным, конфиденциальным разговорам.
Я приехала на пятнадцать минут раньше назначенного времени — хотела освоиться, выбрать подходящий столик, настроиться психологически. Выбрала место в углу лобби, откуда хорошо просматривался весь зал, но которое само по себе было достаточно уединенным для частного разговора. Заказала черный чай с лимоном и попыталась успокоить нервы.
Руки были ледяными, несмотря на теплую погоду за окном. Сердце колотилось в предвкушении и страхе. Кто будет сидеть передо мной через несколько минут? Тот уставший, ранимый незнакомец из бара, который поделился со мной своим одиночеством? Или безжалостная акула бизнеса, которая ведет свою непонятную мне игру и видит во мне лишь пешку на доске?
Ровно в десять он вошел. Уверенный, спокойный, в идеально сидящем темно-синем костюме. Белая рубашка, шелковый галстук в тонкую полоску, начищенные до блеска туфли. Он выглядел как человек, привыкший к успеху и не сомневающийся в своих силах.
Он огляделся, нашел меня взглядом и направился к моему столику. Я встала, чтобы поздороваться — так требовал деловой этикет.
— Анна Владимировна. Доброе утро, — сказал он, протягивая руку для рукопожатия.
— Доброе утро, Алексей, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и уверенно.
Мы пожали руки — коротко, профессионально, без лишних эмоций. Он сел напротив меня, положил на стол тонкий кожаный портфель.
Подошел официант, принял у него заказ на двойной эспрессо. Несколько секунд мы молчали, изучая друг друга через стол. Напряжение было почти физическим — оно висело в воздухе между нами, как электрический разряд перед грозой.
Наконец, он нарушил молчание. Откинулся на спинку кресла, сцепил пальцы в замок и посмотрел на меня с легкой, едва заметной ироничной усмешкой.
— Итак, та страстная ночь в моей квартире... — начал он тихим голосом, почти шепотом. — Это была такая... скажем так, нестандартная тактика ведения переговоров? Агрессивная маркетинговая стратегия, чтобы получить скидку на логистические услуги? Должен признать, весьма креативный подход.
Мои щеки мгновенно вспыхнули. Кровь прилила к лицу так резко, что я почувствовала жар. Но одновременно я поняла, что он делает. Он намеренно ломал лед самым грубым способом. Переводил нашу неловкую, постыдную тайну в плоскость циничной шутки, чтобы с ней можно было иметь дело, а не замалчивать. И я должна была принять его правила игры, если хотела продолжить разговор.
— А ваше внезапное появление в роли моего ключевого бизнес-партнера, — парировала я, собрав всю свою смелость и глядя ему прямо в глаза, — это какая-то новая форма корпоративного рейдерства, о которой я еще не слышала? Захват компании через... личные связи с ее владелицей?
Он рассмеялся. Тихо, беззвучно, одними глазами, но
