с особым энтузиазмом взялась помогать стажеру с самого начала рабочего дня. Утром мне ответил поставщик, прислав стоимость диагностики, а подробности на тему ремонта обещали уточнить позднее, намекнув, что скорее всего будет достаточно частичной наладки, поэтому на совещание к директору пришлось идти исключительно в качестве слушателя. Пока все обсуждали детали ремонта и другие особенности оборудования, я отвлеклась от темы и вернулась к разговору с Юлей, снова погрузившись в свои невеселые мысли. Директор был как всегда серьезен, и пусть мне лишь позволили присутствовать для моего же спокойствия, избавиться от ощущения, что я абсолютно лишняя, мне не удалось. Темы действительно были далеки от моих компетенций, заставив про себя согласиться с Завьяловым, который не хотел меня к этому привлекать. Это все увело меня в еще более глубокие размышления на тему наших взаимоотношений и их влияния на мою трудовую деятельность. Выходило, что я фактически пользовалась своим положением, беспардонно вклиниваясь туда, куда на деле не стоило пока лезть. Помимо этого, я действительно достаточно ему рассказала, а главное слишком сильно доверилась для нашего короткого срока знакомства, не говоря о том, что довольно легко впустила в свою постель. Мои риски однозначно были не просчитаны, так как я не знала, может ли наша интрижка впоследствии негативно на мне отразиться, но несмотря на это интересовало меня сейчас другое. Среди этой неразберихи в моей голове, отношения Завьялова с Элен неожиданно встали во главе внутренних переживаний. Чувство собственности по отношению к директору оказалось куда сильнее, чем я думала, потому что мне практически стало жизненно необходимо подтвердить отсутствие между ними связи. Эти размышления совершенно отвлекли от совещания, но услышав от начальника производства слова о диагностике, неосознанно вклинилась в разговор и все-таки выдала пока неподтвержденные слова подрядчика. Директор явно был недоволен моим комментарием, а заметив внимание ко мне со стороны остальных участников, я вдруг поняла, что так или иначе большую часть прослушала, поэтому сейчас скорее всего моя реплика была действительно лишней. Быстро извинившись, замолчала, стараясь внимательнее вслушиваться в разговор, только выкинуть из головы мысли об Элен так и не смогла, из-за чего упорно теряла нить дискуссий.
Когда совещание закончилось, я мысленно корила себя за отсутствие твердости и рассеянность, потому что моя женская ревность никак не давала полностью сосредоточиться на работе. Мне хотелось уловить больше деталей сложившейся с оборудованием проблемы, но мой воспаленный разум наотрез отказался воспринять полученную информацию. Тот факт, что директор попросил зайти к нему, не порадовал, ведь я могла получить новое нелестное замечание из-за своего вопроса о диагностике. Учитывая, что я и так чувствовала себя бесполезным и даже лишним звеном в последнее время, то услышать этому очередное подтверждение было сродни приговору моей самооценке. В кабинет вошла, ожидая не самого приятного разговора и находясь из-за этого в некотором напряжении, которое растаяло от непредсказуемости его горячего поцелуя. Он несдержанно прижал меня к стене, отчего из меня неосознанно вырвался смех, ведь это шло вразрез с той суровостью, что я наблюдала несколькими минутами ранее. Однако мне слишком понравился данный жест, что я не сдержала улыбки и обняла его в ответ, даже не думая сопротивляться. В голове не осталось ничего, кроме приятного чувства от его прикосновений, которые развеяли большую часть моих тревог. Пришлось довольно скоро прерваться, ведь тело неизменно подчинялось ему, забирая остатки самообладания.
— И что это было? Решил совместить приятное с полезным? — я сразу указала, что помню его прошлую хитрость.
— Уточнение. — он не скрыл усмешки, только на деле понятия не имел, что именно эти слова и действия были мне сейчас очень нужны. Внутри меня все более-менее утихло, но директор зашел с другой стороны, всколыхнув другую загвоздку в моей голове. — В действительности хотел узнать, зачем ты говорила с подрядчиком.
— Просто, мне кажется, мы что-то упускаем, отказываясь от диагностики.
Я не стала развивать тему, потому что не хотела говорить об этом, не имея на руках обещанного от подрядчика расклада. Видимо вся эта ситуация со сбоем порядком измучила всех мужчин, ведь если не брать в расчет недовольный взгляд директора, которым он меня сейчас одарил, до этого начальник производства и заместитель аналогично без особого желания говорили со мной на эту тему. Пришлось быстро гасить негодование Завьялова, а учитывая, что он позволил мне ненавязчиво запечатлеть на нем нежный поцелуй, успокоить его я сумела. Самой успокоиться удалось не до конца, ведь если Элен ушла на дальний план, то мой излишний интерес к теме перераспределения никак меня не отпускал, хотя я также понимала, что мое мнение на деле не имеет никакого значения.
Вернувшись к себе, переключилась на текущую работу, а днем все-таки дождалась звонка из фирмы, что делала тот самый ремонт линии. После недолгого разговора появились новые вопросы, потому что меня упорно заверяли в отсутствии необходимости повторного полного ремонта. Пусть у нас не было гарантийного обслуживания, однако поставщик, озабоченный своей репутацией, готов был сделать диагностику в кратчайшие сроки, а в случае выявления неисправности, устранить ее фактически в процессе поиска проблемы и даже дешевле обычной стоимости. Данное предложение попросила выслать мне на почту, после чего залезла вглубь шкафа и достала папку с документами, где были все реальные договора, которые я заключала мимо заводской отчетности. Тогда меня терзали сомнения, стоит ли хранить это прямо в кабинете, но понимая, что в жизни всякое может случиться, решила оставить их под рукой, как возможность в случае чего оправдать свои незаконные действия. Договор о ремонте и акт с перечнем выполненных работ на линии нашелся быстро, затем распечатав предложение подрядчика отправилась к начальнику производства. В этот раз его на месте не оказалось, поэтому вернувшись в свой кабинет, заколола на скорую руку волосы, накинула спецовку и отправилась в производственный блок вместе с кипой бумаг. Коллеги по кабинету смотрели на мою беготню с легким недоверием, но комментировать ее никак не стали, а начальник был совершенно не рад моему появлению на его территории. Я оказалась настойчивее, поэтому ему пришлось выслушать то, что мне удалось узнать у подрядчика. Только мой дальнейший логичный вопрос о том, что от ремонта стоит отказаться, встретил его явное раздражение.
— Маргарит, вот ты девка вроде неглупая. — его резкое высказывание ввело меня в небольшой ступор, что я немного потерялась, ища ответ на его слова. — Ну, сказал подрядчик, что все диагностирует, я это и без него директору говорил. Только ему ж на мои слова с высокой колокольни плевать, потому что бумажки подтверждающей
