class="p1">— Удивлён, что ты не назвала это просто суеверием, — заметил я, когда она снова села.
Хотя я сам в это не верил, мои действия были почти инстинктивными, видимо, под влиянием мамы.
— Ты нырнул через меня, чтобы её спасти. Суеверие это или нет, для тебя это было важно, так что я постараюсь больше не пугать, — тепло улыбнулась она.
И как последний идиот, я почувствовал, что улыбаюсь ей в ответ.
Соберись, Гейл.
— Кхм, — я прокашлялся и потянулся за бутылкой воды. — Тебе не нужно ничего искать. Можешь задавать мне любые вопросы. Я буду честен.
Она посмотрела на меня так, словно не поверила.
— Клянусь, что буду честен. Но только если ты поклянешься, что ничего из того, что я скажу, не покинет этой комнаты.
— Договорились, — ответила она, поворачиваясь ко мне и складывая руки.
— Спрашивай.
— Почему, чёрт возьми, королевская семья Эрсовии хочет, чтобы я вышла за тебя замуж? У вас что, своих женщин не хватает?
— Женщины составляют пятьдесят одну целую и семь десятых процента населения…
— Тогда почему я? Американка. Тем более афроамериканка, — сказала она так же прямо, как её мать. — Не смотри на меня так. Это Европа.
— Эрсовия в последнее время стала довольно разнообразной…
— Ты не отвечаешь, — перебила она. — Из всех женщин в мире ты выбрал…
— Ты очень богатая, — так же прямо ответил я.
— Деньги? Это и есть причина?
Я кивнул.
Она имела право знать правду. Как только это станет известно публике, избежать обсуждения всё равно не получится.
— Миллионеров в мире полно. Но монархия предпочитает большую стабильность. Какова вероятность найти женщину, которая стоит миллиарды, не замужем и при этом достаточно молодая для брака? Так что правда в том, что я здесь ради денег.
— Ты не первый, — сказала она, ничуть не удивившись.
— Была очередь претендентов, которую я обошёл?
— Претендентов? — рассмеялась она. — Ты говоришь так, словно только что вышел из романа Джейн Остин.
— У меня проблемы с английским?
— Нет, он просто очень... правильный. Но думаю, тебя так учили. В общем... — она покачала головой, её локоны мягко качнулись вокруг лица. — Ты не первый из таких вот претендентов, Ваше Королевское Высочество. Но ты первый, кто так честно признался мне в лицо, так что... это плюс, наверное.
— И что же моя честность даёт мне? — спросил я, чувствуя, что начинаю получать удовольствие от этой игры.
— Определённо не брак.
— Конечно. Но была одна вещь, которую я хотел бы за это получить.
— Что? — скептически спросила она.
Я протянул ей руку.
— Знакомство.
Я наблюдал, как до неё доходило то, что мы даже не представились друг другу. Но почему-то она лишь усмехнулась.
— Здравствуйте, я — Золушка.
Стиснув челюсть, я кивнул. Она не хотела сближаться пока. Хотела, чтобы мы оставались чужими. Что ж, я приму её правила.
— Здравствуй, Золушка. А я твой Очаровательный Принц на этот вечер.
Глава 7
Одетт
Я не удержалась и рассмеялась. Его ответ был невероятно банальным, но я и сама вела себя довольно инфантильно, намеренно не представляясь.
— Ты смеёшься надо мной, — нахмурившись, произнёс он.
И почему эта наигранная обида выглядела такой милой?
— А между тем, меня заставили надеть этот костюм исключительно ради тебя.
— Ради меня? — переспросила я, тут же вспомнив, кто устроил весь этот маскарад. — Моя мама заставила тебя быть моим Очаровательным Принцем?
— Заставила — слишком мягко сказано, — с раздражением покачал он головой. — Твоя мать... словно настоящая королева.
— Что? — изумилась я.
— Она не оставляет ни малейшей возможности для возражений. С её стороны нет резкости, но она умудряется оставить тебя без слов, сохраняя при этом предельно вежливую улыбку, — его описание было таким точным, что я могла представить себе эту сцену до мельчайших деталей.
— Только не говори ей это, — склонившись к подлокотнику дивана, попросила я. — Она тут же скажет: «Ну конечно, потому что я и есть королева».
— Она имеет в виду свои титулы королевы красоты? — уточнил он.
Я кивнула.
— Неважно, сколько лет прошло, она до сих пор ведёт себя так, будто выиграла их вчера. Я даже шутила, что она гордится своими титулами больше, чем мной.
— И что она ответила? — поинтересовался он.
Слишком уж легко он уловил суть моей мамы.
— Сказала, что если бы не её титулы, меня бы вообще не было на свете, так что мне стоит быть благодарной, — фыркнула я, но, осознав смысл сказанного, резко выпрямилась, нахмурившись.
— Что-то не так?
Моя мама. Я была так поглощена ситуацией с Гейлом, что даже не успела осознать, как ловко она снова меня переиграла.
— Мне не стоит с тобой разговаривать!
— Почему?
Я обернулась к нему, чувствуя, как внутри закипает злость.
— Ты не видишь, что она делает? Она заперла нас здесь, чтобы мы были вынуждены говорить. А чем больше мы будем говорить, тем больше узнаем друг друга. Это её хитрый способ заставить нас сблизиться прямо сейчас.
Он спокойно посмотрел на меня, и в этот момент я заметила, что его глаза были не просто голубыми. В них мелькали зелёные искорки, которые, в зависимости от света, делали их то насыщенно-синими, то почти изумрудными.
— Я давно это понял, — наконец ответил он, лениво указав на свой наряд. — Но почему это нужно было делать в таких костюмах? Ты, что, фанатка этой сказки?
— Ответ на твой вопрос заставит нас продолжить разговор, — возразила я.
— А ты боишься, что разговор со мной может привести к тому, что ты влюбишься? — с лёгкой усмешкой заметил он, облокотившись на диван.
Я закатила глаза так сильно, что они чуть не выпали.
— Ни за что.
— Жестоко. Вероятность есть всегда, хотя бы один процент, — с лёгким вызовом ответил он.
— Моё сердце изо льда, — парировала я. — Скорее ты влюбишься в меня, чем наоборот.
— Влюбиться — приятно, но в нашем случае это не имеет значения, — отозвался он серьёзно, хотя на его губах вновь заиграла улыбка. — Этот союз не для любви, а ради денег.
— Ты так легко признаёшь это?
Он пожал плечами.
— А зачем отрицать? Это правда. Больше я ничего предложить не могу.
— Значит, правда и титул принцессы — всё, что я получу взамен? — спросила я, немного неуверенно.
— Точнее, принцессы-консорта. Жена принца автоматически не становится принцессой. Этот титул может пожаловать только суверен. Скорее всего, ты станешь герцогиней Вевелленской, — пояснил он с той самой серьёзностью, которая раз за разом напоминала мне, что он действительно принц.
— Ты же понимаешь, что я ещё даже не согласилась, верно?
— Разумеется.
— Так почему бы тебе просто
