вернуть меня, про угрозы, про то, как Иван вступился за меня.
— Стоп, стоп, стоп! — перебила меня подруга. — Давай сначала! Этот твой Иван что, выгнал твоего профессора?
— Не выгнал. Просто объяснил, что хамить нехорошо.
— Как объяснил? Подробности давай!
Я пересказала весь диалог, стараясь не упустить ни одной реплики. Тамара слушала, изредка ахая и восклицая.
— О господи! — взвизгнула она, когда я дошла до момента, когда Петр бросился к машине. — Как же он позорно слинял! А твой Иван — красавчик! Настоящий мужик!
— Томка, да не мой он...
— Пока не твой, — ехидно заметила подруга. — Но судя по тому, как ты о нем рассказываешь... Кать, я давно тебя такой не слышала. У тебя прямо голос другой, когда ты про него говоришь.
— Какой другой?
— Теплый. Женский. Живой. А когда ты про мужа рассказывала — даже про Петра в хорошие времена — голос у тебя был какой-то... правильный. Вежливый. А сейчас ты как девчонка пятнадцатилетняя!
Я почувствовала, как краснею. Неужели это так заметно?
— Катя, а он серьезно угрожал лишить тебя квартиры?
— Угрожал. Говорил, что она оформлена на него, что я не получу ни копейки.
— Блин, Кать, а вдруг он правда что-то может сделать? Ну там, через суд, через адвокатов... Мне страшно за тебя. Хотя если у тебя есть такой защитник, как твой Иван...
— Томка, не волнуйся. Он просто пытается меня запугать.
— А ты уверена? Вдруг у него действительно больше прав на квартиру?
Я усмехнулась. Петр всегда умел внушать людям, что он главный, что все принадлежит ему по праву.
— Том, я тебе сейчас расскажу, а ты послушай внимательно. Квартира наша нынешняя покупалась не на пустом месте. Помнишь, у меня была однушка на Соколе?
— Ну да, от бабушки тебе досталась.
— А у Петра была двушка на Юго-Западной. И еще у Лены от моего папы двушка в райцентре досталась, когда ей семнадцать было.
— Помню, помню. И что?
— А то, что все три квартиры мы продали и на эти деньги купили нынешнюю. Большую, красивую, в хорошем районе. Просто оформили на Петра, потому что у него льготная ипотека была, выгоднее получалось.
— Ааа, — протянула Тамара. — То есть фактически в квартире есть доли всех троих?
— Именно. И все документы сохранились — договоры продажи, расписки, справки о происхождении средств. Мой адвокат все это знает.
— Ну слава богу! — облегченно вздохнула подруга. — А то я уже представила, как этот гад тебя на улицу выставит. Хотя твой рыцарь в его лице такого бы не допустил.
— Какой рыцарь? — рассмеялась я.
— Да твой Иван! Кстати, а он женат? Холост? Разведен? Вдовец?
— Вдовец. Жена пять лет назад умерла.
— О! — голос Тамары стал заинтересованным. — Значит, свободен. И судя по описанию — настоящий мужчина. Кать, а давай я к тебе в гости приеду? На выходных, например. Посмотрю на твоего героя собственными глазами.
— Зачем?
— Как зачем? Познакомиться хочу с таким замечательным экземпляром! Вдруг он друзей себе подобных имеет? А то у меня Сашка совсем обленился. Вчера всю субботу на диване провалялся, пиво пил и футбол смотрел. А тут, видимо, настоящие мужики еще остались!
— Том, ты же замужем!
— Замужем, но не слепая! На красивых мужчин посмотреть можно. Это как в музей сходить — для общего развития. К тому же, может, твоему Ивану скучно одному? Компания не помешает. А заодно и тебя проведаю, посмотрю, как ты там устроилась.
— Не выставит. Наоборот, после вчерашнего у него проблемы будут. Орлову обязательно расскажу про угрозы и оскорбления. И про то, как он позорно сбежал, когда получил отпор.
— Правильно! Пусть знает, что с тобой теперь шутки плохи. Особенно когда у тебя есть такой заступник. Серьезно, Кать, я восхищена! Наконец-то рядом с тобой оказался настоящий мужчина!
После разговора с Тамарой я действительно позвонила адвокату. Коротко рассказала о визите Петра, его угрозах и поведении.
— Отлично, — довольно произнес Орлов. — Это серьезно укрепляет нашу позицию. У вас есть свидетель?
— Мой сосед, Иван Сергеевич Медведев.
— Прекрасно. Внесу его в список. Угрозы и оскорбления при свидетеле — это серьезный аргумент в нашу пользу. А то, что ваш супруг ретировался при первом же отпоре, говорит о многом.
Положив трубку, я почувствовала глубокое удовлетворение. Петр думал, что может меня запугать и сломить. Но получилось наоборот — он сам себе навредил. А у меня есть поддержка: Лена, Тамара, хороший адвокат. И Иван, который не даст меня в обиду. Человек, рядом с которым я чувствую себя не беспомощной жертвой, а защищенной женщиной.
#дружеская рекомендация
Дорогие читатели, приглашаю вас в новую историю Полины Ривера
"Вернуть нелюбимую"
— Богдан Игоревич, знакомьтесь: Валерия Дмитриевна Светличная, глава инвестиционного направления фонда «Капитал будущего».
Сердце не просто замирает. Оно разбивается вдребезги в глубине грудной клетки с глухим треском. Лера?! Эта хрупкая красотка с надменным взглядом — моя Лера из прошлого?
— Очень приятно, Богдан Игоревич, — ее голос низкий, ровный, уверенный. Совсем не тот, что был раньше. — Петр Семенович много о вас рассказывал.
— Он у нас не только отличный специалист, но и… будущий семьянин, — спешит добавить Петр Семенович. — Скоро женится на прекрасной девушке.
— Я тоже… скоро выхожу замуж.
БОГДАН.
Я легко отказался от милой толстушки Леры, посчитав карьеру превыше всего. А теперь она снова ворвалась в мою жизнь… Неприступная, деловая. Другая… И я не намерен упустить шанса ее вернуть.
ВАЛЕРИЯ.
Он бросил меня, посчитав нашу связь мимолетной. Теперь он успешный финансист на пороге повышения и брака с другой и… Отец моей доченьки, о ком не знает…
Глава 13
Понедельник начался как обычно. Я села в электричку, думая о том, что вечером нужно будет заехать в строительный магазин за новыми петлями для старого шкафа. Простые, бытовые мысли, которые теперь не угнетали меня, а наоборот — давали ощущение стабильности. У меня была жизнь, планы, дела. Пусть и не такие глобальные, как у профессора Волкова, но мои собственные.
В библиотеке меня встретила необычная тишина. Обычно Ольга Петровна к моему приходу уже хлопотала между стеллажами, что-то перекладывала, напевала себе под нос. Сегодня она сидела за своим столом с таким лицом, словно получила похоронку.
— Доброе утро, Ольга Петровна, — поздоровалась я, развешивая куртку в подсобке. — Как дела? Что-то вы сегодня не в духе.
Она подняла на меня глаза, и я увидела в них странную смесь смущения и жалости. Такой взгляд бывает у людей, которые знают плохие новости, но не знают, как их сообщить.
— Катюша, — начала она неуверенно, —
