class="p1">— А это и есть знаменитый Иван? — спросила дочь с улыбкой.
— Это я, — просто ответил он. — Очень рад наконец познакомиться, Лена.
Они пожали друг другу руки, и я с облегчением увидела, что первый контакт прошел хорошо. Никакого напряжения, никакой настороженности. Просто два важных для меня человека знакомятся друг с другом.
Дорога домой прошла в оживленном разговоре. Лена рассказывала об учебе, о Германии, о своих планах на будущее. Иван слушал с интересом, изредка задавал вопросы. Я видела, что они друг другу нравятся, и сердце пело от радости.
— Мам, — сказала Лена, когда мы подъехали к дому, — это же просто волшебство! Ты помнишь, какой он был раньше?
— Помню. Тогда он казался мне развалиной.
— А теперь это дом мечты. Иван, вы волшебник!
— Это твоя мама волшебница, — возразил Иван. — Я только помогал.
Следующие дни пролетели как один счастливый сон. Лена с восторгом изучала мою мастерскую, восхищалась моими работами, расспрашивала о технике реставрации. Она даже попросила научить ее основам — сказала, что это может пригодиться в будущем.
— Знаешь, мам, — сказала она как-то вечером, когда мы сидели вдвоем на веранде, — я так горжусь тобой.
— Почему?
— Потому что ты смогла начать все сначала. После того, что произошло с папой, многие женщины сломались бы. А ты не только встала, но и стала лучше, чем была.
Слезы подступили к глазам. Одобрение дочери значило для меня больше всех похвал клиентов и друзей.
— А Иван мне очень нравится, — продолжала Лена. — Он настоящий. Без показухи, без желания произвести впечатление. И видно, что он тебя любит.
— А тебе не странно? Что у мамы есть... новый мужчина?
Лена засмеялась.
— Мам, мне двадцать с лишним лет! Я уже взрослая тетя. И я хочу, чтобы ты была счастлива. А с Иваном ты счастлива — это видно невооруженным глазом.
— Видно?
— Еще как! Ты светишься изнутри. И он тоже. Вы созданы друг для друга.
В последний день перед отъездом Лены мы устроили большой семейный ужин. Готовили все вместе — я запекала мясо, Иван делал салат, Лена занималась десертом. Тамара с Сашей тоже остались на проводы.
За столом было тепло и уютно. Мы смеялись, рассказывали истории, строили планы на будущие встречи. И я смотрела на этих людей — самых дорогих мне на свете — и понимала, что это и есть счастье. Не громкое, не кричащее, а тихое, домашнее, настоящее.
— Предлагаю тост, — сказал Саша, поднимая бокал. — За Катю и Ивана! За то, что они показали нам: счастье возможно в любом возрасте!
— За семью! — подхватила Лена.
— За дружбу! — добавила Тамара.
— За дом, который стал настоящим, — тихо сказал Иван.
Мы чокнулись, и в звоне бокалов было все — благодарность за прошлое, радость настоящего и надежда на будущее.
После ужина Лена отвела меня в сторону.
— Мам, есть разговор.
— Слушаю.
— Я решила переехать в Россию. Совсем. Нашла работу в Москве, в хорошей дизайнерской компании.
Сердце подпрыгнуло от радости.
— Правда? А как же Германия? Ты же так там обустроилась...
— Германия дала мне образование и опыт. Но дом здесь. Семья здесь. Ты здесь. А я хочу быть ближе к семье.
— Ленточка...
— И еще, — дочь улыбнулась, — я хочу снимать наш дом для своих соцсетей. Здесь такая красота! Это будет отличный контент для моего блога о дизайне.
Я рассмеялась сквозь слезы. Моя практичная дочь умудрилась соединить семейные чувства с карьерными планами.
— Снимай сколько угодно. Это же и твой дом тоже.
— Конечно мой. И Иванов тоже. Мы ведь теперь семья, правда?
— Правда, — согласилась я. — Самая настоящая семья.
Утром я провожала гостей. Тамара с Сашей уезжали на дачу к его родителям, Лена — обратно в Германию, но уже ненадолго. Через два месяца она переезжала в Москву насовсем.
— Передавай Ивану, что он получил мое полное одобрение, — шепнула мне дочь на прощание. — И что если он тебя обидит, я прилечу и устрою ему темную.
— Не обидит, — засмеялась я. — Он не из таких.
— Знаю. Потому и одобряю.
Когда все разъехались, мы с Иваном остались одни в доме, который вдруг показался слишком большим и тихим после веселой суеты последних дней.
— Скучаешь уже? — спросил Иван, обнимая меня.
— Да. Но в то же время рада, что мы снова одни.
— Лена славная девочка. Умная, добрая. В тебя пошла.
— Ей ты тоже понравился. Сказала, что даешь полное одобрение нашим отношениям.
— Это важно?
— Очень. Семья должна быть единой.
Мы стояли на веранде, глядя на сад, где догорал закат. Где-то пел соловей, пахло розами и свежескошенной травой. Дом дышал покоем и счастьем.
— Знаешь, — сказала я, — я думала, что буду стесняться показывать тебя друзьям и дочери. Что мне будет неловко.
— И как, было неловко?
— Нет. Совсем наоборот. Мне хотелось, чтобы все видели, какой у меня замечательный мужчина. Хотелось хвастаться тобой.
Иван рассмеялся.
— Хвастаться мной? Обычным деревенским мужиком?
— Самым лучшим мужчиной на свете, — поправила я. — Добрым, надежным, умелым. Таким, который умеет делать женщину счастливой.
— А ты счастлива? — спросил он, как спрашивал год назад.
— Да, — ответила я без колебаний. — Очень счастлива.
И это была правда. Последние дни показали мне, что моя новая жизнь принята и одобрена самыми важными для меня людьми. Что я не просто выжила после развода — я расцвела. Стала лучшей версией себя. И рядом со мной человек, который эту лучшую версию любит и ценит.
— Что будем делать завтра? — спросил Иван.
— Жить, — ответила я просто. — Работать, любить друг друга, радоваться каждому дню. Что еще нужно для счастья?
— Ничего, — согласился он. — Абсолютно ничего.
Конец.
Дорогие читатели,
История Екатерины подошла к концу, и я рада, что вы дошли до финала вместе с героями. Мне хотелось показать, что тихое счастье возможно, что жизнь продолжается и после развода, а порой даже становится ярче и полнее.
Спасибо за вашу поддержку и за то, что прошли этот путь со мной.
С теплом, Лея.
