class="p1">Мне хотелось сказать, что дела у нее пойдут плохо, если ее не заберут отсюда прямо сейчас, но сдержалась. Я злилась на Фелис, но не она была моей самой главной проблемой. Гноящейся язвой все еще оставался Каллум Брайт.
С момента драки прошел месяц. Поверит ли директор Каллуму, если тот вдруг решит рассказать? Хотя самой сложной частью уравнения остается тренер Брайт и его реакция – он наверняка захочет добиться исключения Сойера. У меня нет стопроцентного ответа, а значит, это в любом случае риск, на который я пока не готова пойти.
В школе меня все еще преследуют смешки за спиной, но на фоне всей черной полосы в жизни меня внезапно перестало волновать, что подумают люди. И это единственный плюс, потому что жить, думая о себе, а не о мнении других – то, что действительно работает на пользу ментальному здоровью. Сойер всегда говорил об этом, и почему я его не слушала?
Мрачная Ви сегодня похожа на грозовую тучу, потому что Линдси отставала всю тренировку. Тормозила она, но выговор от тренера получила Ви как капитан. Плюс подруга снова рассталась с Уиллом, на этот раз из-за того, что он был онлайн, но не отвечал на ее сообщения.
В такие моменты, как сегодня, лучше не лезть под руку Ви и просто ждать, когда ее злость утихнет.
– Все идет через задницу! – она зашвыривает кроссовки в шкафчик, и по раздевалке разносится жуткий грохот. – Новенькая не может выучить программу. Она неповоротливая и до невозможности тупая.
– Я вообще-то здесь, – бубнит Линдси, стягивая с ног розовые лосины.
– Поэтому я и говорю вслух. Если на следующей тренировке ты продолжишь двигаться как пингвин, то Кинни с меня три шкуры спустит!
– Как пингвин? Я с пяти лет занимаюсь гимнастикой!
– Где? В коровьем загоне?
Ахнув, Линдси натягивает джинсы, собирает вещи в охапку и уходит, бросив напоследок: «Я сваливаю из команды». Ви не выглядит подавленной от потери члена команды. Уверена, что именно этого она и добивалась.
– Если проиграем на соревнованиях, то хотя бы не из-за нее, – поясняет Ви. – Потому что если новичок потянет команду на дно, я сяду в тюрьму за убийство. В «Северных звездах» слабакам не место.
– Тебе нужно вернуть в команду Клариссу.
– Опять ты за старое. – Фыркнув, она отмахивается. – Я пыталась поговорить об этом с Кинни, она строго запретила возвращать ее.
– Но это и твоя команда, ты имеешь право на мнение. Именно из-за издевок Кинни никто не хочет приходить даже на отборочный кастинг. Мы знакомы с Клариссой с детства, понимаем друг друга с полуслова и взгляда, она была и остается частью команды. Кларисса облажалась на первой тренировке после летних каникул, и за это ее выгнали. Если бы мы выгоняли каждого, у кого выдался плохой день, то в «Звездах» не осталось бы никого, включая нас с тобой.
Прикусив губу, Ви молчит, раздумывая над моими словами.
– Ладно, ты права. Завтра на матче исполним старую программу вместе с Клариссой. Возможно, если Кинни увидит, как хорош старый состав, то наконец-то успокоится.
«Они здесь. Члены спортивного комитета здесь», – испуганный шепот проносится по раздевалкам стадиона перед началом матча. Это предпоследняя игра сезона, никто не ожидал появления важных гостей на ней, ставили на финал. Весь Ноттингем просчитался.
Абсолютно все участники игры напряжены, потому что от этого матча буквально зависит их будущее. Мне страшно выйти на поле и увидеть Каллума – врач сказал, что ему еще неделю нужно носить фиксирующую повязку, избегая нагрузок, тем более спорта.
Мне страшно, и я чувствую себя виноватой.
– Соберитесь! – Тренер Кинни звонко хлопает ладонями, стоя посреди раздевалки. – Под прицелом не только футболисты, но и вы. Мне сообщили, что на игру пришла Лорен Маверик – это главный член жюри соревнований штата, в которых мы с вами собираемся победить. Давайте там аккуратнее, без сюрпризов. Вышли, отработали, ушли. Никаких перепалок с командой противника, ясно? Ви, если что, отдуваться за ошибки тебе.
Впервые за очень долгое время я вижу, как подруга паникует. Кларисса должна появиться неожиданно, как только заиграет музыка. Мы никак не рассчитывали, что матч будет заполонен важными людьми. Кинни порвет нас, если Кларисса появится на поле без ее разрешения.
– Не берет! Кларисса не берет трубку! – взволнованно шепчет Ви, держа телефон возле уха. – Что делать, Райли?
– На выход! – кричит Кинни. – Гости только что разогрели толпу, ваша очередь.
Свет прожекторов бьет в лицо, крики на стадионе оглушают, мы хлопаем и улыбаемся, бесконечно выкрикивая: «Вперед, Звезды!» Холодный воздух словно наэлектризован, я чувствую, что за каждым нашим движением наблюдает член жюри. Мы выступаем на родном поле, и это придает силы. Но при этом я физически чувствую напряжение девочек, нервы футболистов, готовящихся выйти на поле, переживания родителей, до которых дошли слухи о сегодняшних гостях. Все это витает в воздухе.
Приняв стойку, мы ждем, когда начнется музыка. С первыми нотами на поле выбегает Кларисса. Качая головой, Ви показывает ей в воздухе крест руками. Кларисса спотыкается и делает шаг назад, но потом решительно бежит к нам.
Она разгоняется и решает исполнить серию переворотов. Один, второй, третий, четвертый. Затем Кларисса делает сальто вперед с поворотом на сто восемьдесят градусов. В моих ушах пищит ультразвук, когда я вижу, как ее заносит. Она падает на бок, лицо искажается от боли. Возгласы толпы мгновенно затихают, слышно лишь крик Клариссы.
– Все будет хорошо, – снова и снова повторяю я, когда медики на носилках уносят Клариссу с поля, объявив, что у нее закрытый перелом руки.
Но ничего хорошего не будет. Ни нам, ни тренеру Кинни за кошмарную оплошность, ни репутации Ноттингема.
Фальшиво улыбаясь, мы выступаем, безуспешно пытаясь разогреть поникшую толпу.
Растягивают большой бумажный баннер с эмблемой Ноттингема, который разрывает выбегающая на поле футбольная команда «Северных звезд». К своему удивлению, я вижу среди игроков номер «04» – Каллум решил играть, несмотря на рекомендации врача. И вопреки нашей вражде я хочу, чтобы он сегодня показал класс. Как представитель Ноттингема. Как парень, с самого детства тративший все время на тренировки ради этого самого момента. Как парень, повредивший руку в перепалке со мной и который, получив желанное предложение от спортивного университета, возможно, наконец-то оставит меня в покое.
Следом выбегают «Киты» Норд-Плейнфилда. Во время жеребьевки мое сердце замирает, и я с облегчением выдыхаю, когда Каллум побеждает, выбивая преимущество начального удара для команды.
Обычно в первых двух периодах Каллум лениво двигается по полю,
