class="p1">Как же много всего.
— Мам, ты чего-нибудь хочешь? Кофе? Чай?
Приехав домой, Настя первым делом озаботилась мной. А ведь ей самой сейчас нужна поддержка.
— Спасибо, зай, не надо. Иди к себе, ладно?
Она перевела взгляд на отца, раздевавшегося в прихожей.
— Ладно, — кивнула мрачно и ушла.
Я отправилась в спальню и на пороге обернулась к Вите, он шёл за мной.
— Не трогай меня сегодня, — остановила его на подходе. — Я тебя ни видеть, ни слышать не хочу.
— Вер. Нам надо поговорить.
Я рассмеялась коротко, без радости.
— Я в курсе. Но на сегодня мне тебя по горло хватило. Спи на диване. Или можешь сразу свалить.
Я не дала ему ответить, захлопнула дверь перед носом. Голова и так раскалывалась, а он не смог бы сказать мне ничего, что сейчас поможет.
Буквально упала на кровать прямо в одежде, голова раскалывалась от боли.
Как же я не заметила? Так была занята папой, что списывала все знаки на трудности в работе? Но это ведь не вчера произошло.
На каком она месяце? На восьмом? Да, отношения у нас несколько охладели, но ведь были объективные причины. Мне приходилось совмещать дом, работу и заботу об отце.
Если посчитать, получается, примерно в то время я и узнала о его болезни. И что? Перестала уделять внимание мужу, и он решил, что имеет право добирать секс на стороне?
Не похоже, чтобы он её любил. Любимым так рот не затыкают. «Ты знала, что я его не хочу». Решила привязать его к себе ребёнком? Дура.
Устав злиться и гонять отчаяние по кругу, я выпила таблетку снотворного и просто дала себе выспаться.
А утром проснулась и не сразу вспомнила о вчерашнем кошмаре. Нет, раскисать нельзя. И вешать свои проблемы на дочь — тоже. Это я её поддерживать должна, а не наоборот.
Встала и приняла холодный душ, сразу прочистив голову. А когда вышла, тут же почувствовала аромат кофе.
— Настён, ты уже встала?
— Ага, — она неуверенно улыбнулась. — Слушай, мы тут с папой поговорили…
Я налила себе кофе и села за стол.
— Где он? — спросила хмуро.
— Отъехал ненадолго, скоро будет.
Она выглядела смущённой. Забралась с ногами на стул, чуть виновато глядя на меня.
— Что такое? — напряглась я.
— Ты не думай, что я его поняла и простила, он отвратительно поступил.
— Но…
— Но… У них это только раз было. Он так сказал.
Я сдержала горький смешок. Наивная моя девочка.
— Допустим, — не стала спорить я. — Что это меняет? Он мне не изменил, а она не беременна его ребёнком?
— Ну вообще, это ещё проверить надо, чьим она ребёнком беременна, — воинственно ответила Настя. — Если она спит с чужими мужьями, на слово ей верить нельзя.
— Насть, я всё это буду обсуждать с твоим отцом.
— А мне, значит, не лезть? — она вздёрнула подбородок, хотя я совершенно не собиралась её задевать.
— Я так не говорила. Просто не хочу, чтобы всё это сказалось на твоей учёбе. Тебе сейчас на ней сосредоточиться нужно.
— Да плевать мне на учёбу, — воскликнула она, — когда у нас семья рушится!
— Это не конец света. Ты сама говорила, у тебя в классе ни одной семьи полной нет.
— Так ты разводиться с ним решила? — вдруг присмирела она. — Вы же даже не поговорили. Разве нельзя всё обсудить?
Обсудить-то можно. Развод и раздел имущества.
Я не успела ответить, в двери повернулся ключ, на пороге показался Витя с огромным букетом алых роз. Господи, какая пошлость.
Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза, не испортить Настино воодушевление. Держалась за него, как будто не понимала, что ей всё равно придётся смириться с реальностью.
Витя зашёл на кухню и дал знак Насте испариться. Она тут же его послушалась, бросив на меня умоляющий взгляд.
— Вер, прости меня, — он шагнул ко мне, и мне показалось, что он всю ночь не спал.
— Прости? — сглотнув, повторила я. — Кажется, вчера ты говорил, чтобы я не делала из этого трагедии.
— Да, за это тоже, — мрачно отозвался он. — Я был груб. Слишком неожиданно.
— Серьёзно? — хмыкнула я, криво усмехнувшись. — За девять месяцев не подготовился? Или на каком она? Может, думал, что всё рассосётся?
Я видела, как сжались его челюсти, как побелели костяшки пальцев. О да, я знала своего мужа. Много раз видела его таким на переговорах, если те шли не по сценарию. Всё-таки много лет вместе работаем. Прямо сейчас он мечтает поставить меня на место. Будто я его подчинённая. Часть механизма, вышедшая из-под контроля.
Создаю ему неудобства, отказываясь просто принять букет цветов и сказать: «Хорошо, милый. Бывает».
Он молча вытащил из кармана продолговатую коробочку, открыл и толкнул вперёд, будто презентуя товар.
— Это крошечная компенсация за боль, что я тебе причинил, — выдавил он, всё ещё не встречаясь со мной взглядом.
О, а вот и пряник. Он достал браслет из коробочки. Да, дорого же он ему обошёлся. Вернее, нам. Бюджет у нас пока что общий.
— Он идеально подойдёт к твоим серьгам. Нравится?
Я молча смотрела на мужа, видя все его манипуляции, мне казалось, я мысли его читаю.
— Вер, — он взял меня за руку, прижал к губам. — Ну прости меня. Я совершил ошибку. Да, виноват. Ну что мне сделать?
Я с изумлением наблюдала за его перевоплощением. Ну нет, Вить. Вот вчера ты был настоящим. В том своём раздражении. В своих словах «Не делай из этого трагедию». Это сейчас ты играешь на моих чувствах. Раскаяние, вина. Ничего этого нет.
— А ведь папа никогда тебя не любил, — задумчиво произнесла я.
Он нахмурился, явно не этого ждал. Хотел что-то ответить, но тут зазвонил его телефон. Мы смотрели друг на друга, оба понимая, что его попытка с наскока вернуть всё, как было, полностью провалилась.
— Ну что же ты не ответишь? — не выдержала я. — Может, у неё уже воды отошли?
Мои слова ударили его, словно пощёчина. А я усмехнулась и поднялась из-за стола.
— Не траться, — положила перед ним браслет. — После развода деньги тебе ещё понадобятся.
Глава 2
— В смысле развод? — Витя резко схватил меня за руку.
Сдавил запястье так, что я поморщилась.
— А что непонятного? — я выдернула руку и прижала к груди. — Или ты правда думал, я закрою глаза на твою беременную любовницу?
— Она не… — начал он с нажимом. — Это был всего один раз!
— Пропусти. Это ты Насте можешь про раз говорить. Я не вчера родилась.
Я оттолкнула его и прошла мимо.
