взять какой-то временный обет на траур и рыдать днями напролёт? По-моему, я задала вполне логичный вопрос, который интересует всех нормальных людей. Да и мне будут нужны деньги на восстановление. Ой, и не надо на меня так смотреть, словно я бессердечная тварь. Я их любила и мне больно от утраты, но я не собираюсь, как ты, переигрывать, с целью показаться идеальной дочерью.
— О чём это ты? Хочешь сказать, что моя боль показушная? Даша, ты… Ты меня порой очень сильно поражаешь. Я хочу тебя любить, честно хочу, мы же выросли вместе и ты мне дорога, но ты делаешь всё, чтобы любить тебя было непомерно тяжело.
— Ладно, давай закроем эту тему. Я сейчас не хочу с тобой ссориться. У меня на это банально нет сил.
Таня раздражённо поджала губы и покачала головой. Было видно, что ей есть что добавить, но она решила промолчать. И вот так, не прощаясь, она вышла из палаты.
И только когда меня выписали из больницы, я смогла углубиться в тему наследства.
Таня получила больше!
А я в этом даже не сомневалась. И как же хитро придумал отец. Чтобы не показать, что он любил родную дочку больше, он не разделил всё своё имущество только между мной и сестрой, а включил в завещание Катю. Но ведь по факту часть моей племянницы — это часть Тани.
Вот я знала, что так оно и будет. Не зря меня не оставляло ощущение, что я чужая в их семье.
Это открытие было настолько болезненным, что мне хотелось разорвать все связи с Таней и уехать куда подальше, лишь бы больше никогда её не видеть.
И я так и сделаю, но не сразу. Сначала я должна попробовать восстановить справедливость. Раз мы обе дочери Сергея, хоть я и приёмная, то и получить должны одинаково, без учёта, есть у кого-то из нас дети или нет.
Глава 16
Татьяна
Какой-то дурдом, честное слово! Мне кажется, что ещё немного и я сойду с ума. Ну или уже сошла, если учесть, что я ничего не понимаю, находясь в постоянной нервотрёпке и подвергаясь чужому давлению.
Всё происходило как-то быстро, так что я не успевала за происходящим. И несмотря на то, что смерть родителей оказалась для меня слишком тяжёлым ударом, я изо всех сил старалась не сломаться, поражаясь наглости некоторых людей. Да не просто людей, а ещё и близких людей.
Что Андрей, что Даша, были заинтересованы только в вопросе раздела имущества, и желательно в свою пользу. Они оправдывали это тем, что у них есть на это право. А мне просто хотелось закричать — «Что же вы делаете, я же всего как две недели назад похоронила родителей!».
Борясь с потерей дорогих мне людей, я также участвовала в судебных тяжбах с этим пьяным уродом, врезавшегося в их машину. И как же это было несправедливо! Мои мама с папой умерли, Даша оказалась в больнице, а он отделался небольшими повреждениями. Почему так произошло? Он виновник аварии, но он ни только не получил никаких увечий, как бы жестоко это не звучало с моей стороны, но ещё и может избежать заслуженного наказания.
Этот недочеловек, Руслан, оказался братом нашего мэра, и на заседаниях он вёл себя по-хамски, видно веря, что у него получится выкарабкаться из этой ситуации без особых проблем, считая, что его связи и деньги ему помогут. Но я была настроена решительно. Я просто не могла допустить, чтобы он оказался на свободе и забрал ещё чью-то жизнь.
— Тебе предлагали шесть миллионов, а ты отказалась? — возмущённо воскликнула Даша, смотря на меня как на дуру. — Почему? Вот почему ты отказалась?
— Потому что этот человек забрал жизни наших родителей. Он и тебя чуть не убил.
— Ну вот, это была бы хоть какая-то компенсация за…
Не выдержав, я ударила сестру ладонью по щеке, при этом чувствуя, что сейчас расплачусь. Я так устала от всего, что свалилось на меня, а она берёт и подливает масло в огонь. Как у неё вообще язык поворачивается говорить нечто подобное? Неужели она смогла бы взять деньги этого человека и спокойно жить дальше?
Похоже, я совсем не знаю свою сестру. Когда она успела стать такой меркантильной и эгоистичной? Она с таким равнодушием говорит о смерти наших родных, жалуясь, что отец обделил её наследством, что мне становится от неё тошно и хочется приказать заткнуться.
— Ударишь меня ещё раз и я обещаю, Таня, я ударю тебя в ответ! — сквозь зубы прошипела Даша, отойдя от меня на шаг назад.
— Уходи!
— Что?
— Собирай вещи и уходи из моей квартиры! Я больше не хочу тебя видеть. Ты… У меня просто нет слов! Все эти дни ты живёшь у меня, не позволяя справиться с горем, приставая с наследством и претензиями. Что ты за человек? Людей, которые тебя любили и воспитали, больше нет в живых, а ты…
— А я живая, поэтому хочу взять от жизни всё. И я по-хорошему тебя прошу отдать мне мою законную часть имущества!
— Мы продадим квартиру родителей и поделим…
— Я про счёт в банке, открытый на Катю. Это нечестно, что она получила эти деньги!
— Даша, успокойся. Это было решение наших родителей и тебя не должно волновать, что они оставили своей внучке. Ты получила свою часть денег и…
— Но фирму получила ты!
— Может это связано с тем, что ты никогда не горела желанием ей заниматься? К тому же за тобой закреплён процент с дохода. Ты каждый месяц будешь получать деньги. Так что не так? Тебе всё мало? Что ты ещё хочешь? Ты осталась жива, восстановилась после аварии, у тебя есть деньги, но ты… Скажу так, я знаю, почему ты не съезжаешь. Но поверь, тебе не удастся надавить на жалость, так что собирай вещи и уходи. Я больше не хочу видеть тебя в своём доме, как и не хочу чувствовать, прямо как параноик, что ты подслушиваешь мои разговоры, ещё и копаешься в моих вещах, когда меня нет дома.
Ещё долго мы с Дашей ссорились, что забрало у меня много сил и энергии. Но как же это было больно, когда родной человек оказывается такой сволочью! Я не могла понять причину эгоизма Даши, да и не хотела её понимать. За эти дни она так измотала меня, что я больше не хотела её видеть.
И я прекрасно понимала, что каждый человек
