динамике тоже молчание. Но Хантер все еще на связи, я слышу, как он дышит.
— Я хочу забрать её, — сглотнув, прерываю тишину.
— Приезжай. Забирай, — моментально отвечает он, словно только и ждал этого.
— Завтра. Давай встретимся.
— Завтра? — лениво переспрашивает он, теряя интерес. — Не знаю. Много дел.
Я закатываю глаза. Выпендривается, явно же.
— Я смогу подъехать завтра, — настаиваю. — Время и место выбирай сам.
— Хм… — берет время на раздумье он. — Окей. Тогда… В 12 буду ждать тебя в «Кайфе» на террасе.
— В 12?
— Да.
— Может чуть позже? В это время у меня сольфеджио, я не смогу.
— Ну тогда занимайся. «Кайфа» не будет, — легко отменяет встречу.
Черт. Я готова отменить все планы, лишь бы увидеться. Из — за сережки, естественно.
— Нет, — торопливо меняю решение. — Я подойду.
— А как же занятие?
— Разберусь.
— Как знаешь. Встречаемся в двенадцать, и не опаздывай. Это не свидание, ждать не буду.
Я опять улыбаюсь. К чему эти уточнения? Больше похоже на странный флирт.
— Ты тоже. Иначе… — задумываюсь над наказанием. — Купишь мне любимое мороженное.
— Тогда я сильно постараюсь не опоздать. Не люблю лишние траты.
— Ты еще и жмот.
Хантер смеется. Я поддерживаю. Прекрасно понимаю, ему лишь бы сказать что — нибудь наперекор мне из вредности. Знакомое чувство.
— Кстати, еще важный вопрос, — прочищает горло он, пытаясь быть серьезным.
— Задавай.
— Ты уже в кровати?
— Да. Это и есть твой важный вопрос?
— Нет. Что на тебе надето? Я представляю тебя голой под одеялом…
Выдав смешок, из положения сидя я спускаюсь вниз, ныряя под одеяло с головой. Теперь перед глазами кромешная темнота. Только его дыхание и голос в ухе.
— Ты можешь представлять всё что угодно, — говорю я.
На мне пижама из топика на бретелях и коротких шортиков. Но ему об этом не обязательно знать.
Хантер усмехается на такой ответ.
— Моя фантазия не знает границ, — отвечает он.
А я представляю, как он улыбается и блестят с карей поволокой глаза. Закусываю губу и сдерживаю смешинку, которая щекочет под ребрами.
— Рада за тебя.
— Очень скоро мои мечты станут явью, — предупреждает он. — И для этого мне не нужна будет падающая звезда.
— Увидим… — скромно отвечаю я, чувствуя, как внизу живота сжимается. Соски напрягаются, вспоминая, как их касались мужские губы. Меня не на шутку заводят слова Хантера.
— У меня даже сейчас стоит на тебя. От одной только мысли, что я с тобой сделаю…
Убираю телефон от уха и прижимаю его к возбужденной груди, чтобы перевести дух. Выдохнув, говорю:
— Ты что-то сказал? Связь плохая…
Он посмеивается, понимая, что это лишь афера в неумелом исполнении.
— Ладно, детское время закончилось. Иди спать, — посылает меня Хантер.
— Себе скажи. Я не маленькая уже.
— Ага. Спокойной ночи, малыши, — издевается он. — А то мама заругает.
Я беру паузу чтобы выдохнуть и не вестись на провокации.
— И тебе, малыш, — передразниваю его я и первой завершаю разговор.
Глава 21
— Инга Анатольевна, вы извините, но я приболела, сегодня не смогу прийти на занятие, — кашляю в телефон как можно правдоподобнее.
— Да ты что? — переживает преподаватель по сольфеджио. — Конечно, занятие отложим. Лечись давай, поправляйся быстрее.
— Обязательно. Спасибо, Инга Анатольевна. Я вам позвоню, как мне лучше станет.
— Да — да, хорошо. До связи, дорогая.
— До свидания.
Нажимаю «завершить звонок» и, сжав кулаки, ликую. Ес! Получилось!
Заведенная бегу в гардеробную присматривать подходящий наряд.
— Не то, не то… — швыряю вешалки с тряпками на пол. — Всё не то!
Хочется одеться по — особенному красиво. Выделиться. Сразить наповал.
— Класс, мне даже нечего надеть! — расстроенно восклицаю я, стоя по колено в горе одежды.
Практически без надежды озираюсь на опустевшие полки и замечаю свисающую бирку верхней полке.
— Что тут у нас, — встаю на носочки и тяну за прямоугольную бумажку.
Сверху на меня падает летний очаровательный комплект из белого топа и мини — юбки. Совсем забыла про него. Переодеваюсь сразу перед зеркалом и оцениваю, как же он классно смотрится на мне. То, что надо. У меня сразу находятся под него подходящий браслет, сумочка и босоножки.
Волосы оставляю распущенными, они от природы завиты легкими волнами. Крашусь под музыку, настроение приподнято — волнительное. Словно собираюсь на важное мероприятие, не меньше.
Когда вид в отражение вызывает окончательное удовлетворение, я пшикаю на шею и запястья любимые духи и спешу в на остановку, в «любимую» душную маршрутку.
По дороге периодически смотрю на время — главное, не опоздать. Не хочется проигрывать парню даже в таких мелочах.
— Почему стоим так долго? — спрашиваю водителя и начинаю переживать.
Перед нами и позади вереница машин. Только пробки мне и не хватало.
— Кто ж его знает. Может авария, может ремонт, может бараны дорогу переходят, ну или за рулем…
Он шутит, а мне не смешно. Расстройство красными пятнами поднимается по шее к лицу. Коленка нетерпеливо начинает подпрыгивать. Поворачиваюсь к окну, закрываю глаза и считаю до десяти — каждую секунду, под стук моего сердца, сквозь темноту появлялось лицо Хантера, пойманная стоп — кадром в моей памяти. Десять самых ярких воспоминаний о нем. Я хотела успокоится, но кровь забурлила по венам активнее. Почему он так влияет на меня? Никто другой в этом мире, только он. Я силком гоню мысли о чувствах, потому что боюсь, что это окажется разрушительной правдой. Но отрицать факт, что Хантер волнует мою душу — невозможно. Пусть лучше я разочаруюсь, и он станет обычным серым персонажем в моей жизни, чем неотъемлемой её частью. Но приступы зависимости уже проявляются, хоть я и предпочитаю их не замечать.
Благодаря затору на дороге я опаздываю на десять минут от назначенного времени.
— Только бы не ушел, — бурчу про себя, захлопывая двери машины.
Через солнечными очки осматриваю издалека летнюю террасу кафе. Без промедлений иду к ней, бегая глазами по столикам и посетителям.
— Добрый вечер. Вы бронировали столик или вас ожидают? — подходит ко мне администратор заведения.
— Добрый. Эм — м, — оглядываюсь и замечаю за дальним столиком в углу знакомое лицо. Облегченно улыбаюсь. — Да, меня ждут.
Уверенной легкой поступью просекаю коридор между рядами из столов и останавливаюсь возле того самого столика, за которым сидит Хантер.
— Привет, — говорю я, отодвигая стул и вешая на него сумочку.
— Привет.
Карие глаза заинтересованно пробегаются по мне с головы до ног и обратно. И вместо того, чтобы подкалывать меня про опоздание, он молчит, уголки его губ приподнимаются, взгляд на секунду опускается в стол и молниеносно возвращается на мои глаза.
Ему
