наладить отношения?!
По-моему, наоборот: это похоже на объявление войны!
Я не хотела этого.
Не хотела воевать.
Хотела развестись мирно и спокойно.
Но... похоже, не судьба.
В аэропорт я влетаю за пять минут до окончания посадки.
Нервно ищу глазами информационную стойку или полицейского, которые, как это положено, должны патрулировать аэропорт.
Увидев мужчину в форме, бегу к нему.
— Здравствуйте! — кричу, срывая голос, а потом пытаюсь продышаться, пока он смотрит на меня круглыми глазами.
— Добрый день. Чем могу помочь?!
— Простите, я... я... мой сын... его пытаются украсть! Пожалуйста, помогите мне задержать вылет рейса!
— Какого рейса?! — полицейский явно напрягается и сжимает покрепче свою рацию. Меня это почему-то обнадеживает: неужели он серьезно отнесся к моим словам?!
— Не знаю точно... Стамбул или Анталья... Точно — Турция.
— И кто же пытается украсть вашего сына?! — спрашивает полицейский уже с меньшим рвением.
— Мой муж... бывший, — добавляю я зачем-то, хоть это и ложь.
— Ваш муж — гражданин Российской Федерации?!
— Да...
— Вы оформляли запрет на выезд вашего сына из России?!
— Нет, — говорю, а у самой сердце вниз падает... и не зря: судя по лицу полицейского, он стремительно теряет интерес к моей проблеме.
Спрашивает лениво:
— Семейный конфликт?!
— Да, но...
— Не имею полномочий.
— Но, пожалуйста...
— Ваш бывший муж опасен для ребенка?!
— Думаю, что нет, но...
— А может, он опасен для других пассажиров рейса?!
— Нет...
— Ну, если он не собирается пронести на борт бомбу, и единственный его недостаток в том, что вы не пришли к общему мнению, куда вести в отпуск вашего ребенка, нам нечего ему...
— Пожалуйста! — я даже складываю ладони вместе в молитвенном жесте.
— Простите, — говорит он мне и делает шаг в сторону, четко давая понять: разговор окончен, и если я продолжу настаивать, то уже не мой муж, а я сама пойду в полицейскую комнату...
Что же мне делать?!
Можно, конечно, поехать домой, взять заграничный паспорт, купить билет на первый ближайший рейс до Турции, добраться туда, а дальше решать все по факту, но... какова вероятность, что я вообще найду их?!
А вот что деньги потеряю — однозначно.
И время, и силы, и нервы.
Боже...
Какой же ужас!
В конце концов, наверняка убедившись, приняв, как данность, факт, что я точно никак не смогу остановить Мишу, я сажусь в первое попавшееся кресло в зале ожидания и закрываю лицо ладонями.
Надо собраться, надо вернуться на работу, надо назначить встречу с адвокатом, надо попытаться выяснить у Миши насущные вопросы: взял ли он солнцезащитный крем и спрей от аллергии, говорил ли с классной руководительницей сына по поводу домашних заданий, как вообще чувствует себя Артур...
Но я пока не могу.
Мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя.
Вот я и сижу, уткнувшись лицом в ладони, пока не слышу за спиной тихое и заботливое:
— Нужна помощь?
33 глава МИХАИЛ
— Уважаемые пассажиры, наш самолет готов к взлету, — несется из динамиков, пока мы едем по взлетно-посадочной полосе. — Просим убедиться, что ваши ремни безопасности застегнуты, спинки кресел приведены в вертикальное положение, столики убраны, шторки иллюминаторов открыты, все электронные приборы выключены или переведены в авиарежим. На время взлета мы выключаем основное освещение. Устройства индивидуального освещения вы можете найти на панели над вами. Приятного полета!
Стюардесса начинает говорить все то же самое на английском языке, а Артур, который до этого сосредоточенно смотрел в иллюминатор, поворачивается ко мне, сидящему в середине ряда, и говорит:
— И все-таки очень жаль, что мы не взяли с собой маму.
— Мама сама решила не лететь... у нее работа. И у меня тоже работа. Ты ведь помнишь, что это — командировка?!
— Да, но... у меня, вообще-то, тоже есть работа, точнее — школа, представляешь, сколько ребята успеют пройти без меня?! А мне потом нагонять! Лилия Юрьевна будет недовольна... мы ведь даже не взяли у нее планы уроков и списки домашних заданий на эту неделю!
— Верно, — киваю. — Потому что ты летишь отдыхать.
— На отдых лучше всего ездить летом, во время каникул, — рассудительно говорит Артур. — А если уж во время учебы — то и учиться успевать. Мне кажется, мама тоже будет недовольна...
— Мама сама отпустила тебя.
— Она не говорила мне ничего такого.
— Потому что это был сюрприз... подарок тебе на день рождения!
— Но ведь мой день рождения уже прошел! — искренне удивляется сын, а я тяжело вздыхаю. Честно говоря, меня уже утомили его вопросы и переживания о том, что скажут мама и школьная учительница.
Слишком уж ответственный и совестливый у меня ребенок... другой бы радовался, что его на целую неделю забрали из школы в путешествие!
А этот — нервничает.
Поначалу Артур вообще не соглашался ехать в аэропорт, упирался, просил позвонить матери...
С трудом объяснил ему, что мама занята, работает.
Сказал, что и я буду работать, что эта поездка — не отпуск, а командировка, и что его я просто беру с собой, потому что у меня будет много свободного времени, а у него недавно был день рождения... и это — как бы еще один подарок, дополнительный.
К тому же, командировкой было легко объяснить, почему мы летим не вдвоем с ним или втроем с мамой, а втроем с Леной.
Я сказал, что Лена — моя новая помощница.
Между прочим, это именно Лена уговорила меня полететь втроем.
Сказала, что очень любит детей и мечтает познакомиться с моими сыновьями.
Я сначала не поверил, но... вот она, реальность: мы втроем — в самолете, который летит из Сочи в Анталью.
Разумеется, никакая это на самом деле не командировка, а самый настоящий мини-отпуск.
Я слишком заколебался вывозить скандалы с Сашей и Каролиной.
Мне была нужна передышка — и Лена предложила сгонять в Турцию.
Я согласился.
Мы быстро набираем высоту.
Сын, привычный, в принципе, к легким перегрузкам и перепадам давления, которые сопровождают каждый взлет и посадку, сегодня почему-то ведет себя беспокойно.
— Закладывает, — говорит он жалобно, прижимая ладони к ушам.
— Попей воды, — говорю я, протягивая ему бутылочку.
Артур делает несколько глотков, говорит:
— Вроде стало полегче... — а потом снова хватается за правое ухо: — Ай! Кольнуло!
— Ничего страшного. Потерпи. Скоро мы наберем высоту.
— Больно... — все равно ноет он. — Почему ты не дал мне спрей?!
— Какой еще спрей?! — не понимаю я.
— Мама всегда забрызгивает мне спрей за пятнадцать минут до взлета и за пятнадцать минут до посадки...
— Я не знал, зачем это вообще?!
Сын пожимает плечами:
