ответы.
Сейчас.
И если фамилия Прайс не откроет мне дверь, я точно знаю, какая откроет.
Глава 7
Истон
— Ричфилд, – уверенно заявляет Линкольн, всем своим видом воплощая аристократическую власть, которая принадлежит ему по праву.
Я усмехаюсь в сторону вышибалы, который прошлым вечером не слишком тонко намекнул мне, чтобы я проваливал, – а теперь стоит лицом к лицу с любимцем всего Эшвилла. Он даже не утруждает себя проверкой фамилии Ричфилд на своем планшете, а лишь кивает головой в сторону своих коллег у входа, пропуская нас.
— Говорил же, что мы еще увидимся. – Моя самодовольная ухмылка говорит сама за себя – я откровенно наслаждаюсь тем, какой козырь привел сегодня вечером, и он ничего не может с этим поделать.
Его натянутая улыбка – бальзам на мою мстительную душу.
— Добро пожаловать в "Латунную Гильдию". Для нас честь видеть вас и ваших друзей в числе VIP-гостей сегодняшнего вечера, – добавляет он, бросая взгляд на внушительную свиту, с которой явился Линк.
Когда я попросил Линка помочь мне – а точнее, воспользоваться его фамилией – чтобы попасть сюда, я думал, что мы отправимся только вдвоем. Но мне следовало знать, что Кольт не упустит шанса присоединиться, а Финн и Стоун начнут ныть и жаловаться, пока мы не согласимся взять их с собой. Мои друзья – любопытные засранцы. Такие уж мы.
— Благодарю, – отвечаю я, замечая, как Линк пытается скрыть улыбку.
— Просто из любопытства… фамилия Тернер тоже открыла бы нам двери этого подобия игровой комнаты Вилли Вонки?
Вышибала вновь хмурится, явно не испытывая к Кольту того же почтения, что к Линку.
— Да. Открыла бы.
— Почему-то я не удивлен, – сквозь зубы бросает Кольт. — Ну что ж, посмотрим, сколько неприятностей мы тут сможем устроить, а?
Он зол, что его отец знал о "Латунной Гильдии", но скрывал это от него. Если их отношения и без того натянуты, эта деталь точно добавит масла в огонь.
Не то чтобы меня это волновало. Мне и своих "проблем с папочкой" хватает, чтобы разбираться еще и с Кольтом.
— Телефоны, – сухо произносит один из охранников, преграждая нам путь.
— Прошу прощения?
— Телефоны. С ними нельзя.
— Да я ни за что не отдам свой телефон, – упирается Кольт.
— Тогда, полагаю, вы не сможете присоединиться к своим друзьям. Конфиденциальность – наш главный принцип, – настаивает вышибала, потряхивая небольшим ящиком.
— Просто отдай его, Кольт, – приказывает Линк.
— Мне это не нравится, – сквозь стиснутые зубы возражает тот.
— Тебе и не должно нравиться. Просто отдай его.
Глаза Кольта, обычно яркие, как изумруды, становятся холодными, как камни, когда он подчиняется и бросает телефон в ящик. Признаюсь, мне тоже не по себе оставлять свой без присмотра, но что они смогут с ним сделать? Без моего лица разблокировать его не получится. Так что у них в руках окажется просто бесполезный кусок металла – а если это цена входа, так тому и быть.
Когда телефоны всех оказываются в руках "гильдейских" громил, нас наконец пропускают внутрь. Стоит мне переступить порог просторного холла с высокими потолками, как я изо всех сил стараюсь скрыть удивление от увиденного.
— Так вот на что, должно быть, похож Вегас, – восхищенно произносит Стоун, озвучивая мои мысли.
Такое ощущение, будто мы попали в сцену из фильма о Джеймсе Бонде – вот-вот нам подадут мартини "взболтанный, но не смешанный", и мы отправимся на поиски злодея, который непременно раскроет перед нами свои безумные планы до конца вечера. Но такое бывает только в кино, а мы явно не в нем. Это реальная жизнь – даже если сейчас она на нее не похожа.
Спрятанное в горах Блю-Ридж подпольное казино сверкает всеми огнями, какие только можно ожидать от подобного заведения. Блэкджек, крэпс, рулетка, покерные столы, игровые автоматы – чего тут только нет. Все это можно найти здесь, в "Латунной Гильдии".
Это логово греха. Вот что это за место. Азартные игры, выпивка, элитные эскортницы – здесь есть все. И все это тщательно скрыто от посторонних глаз, чтобы любой грех, совершенный в этих стенах, так в них и остался.
Любопытство берет верх над прежней настороженностью: неужели мы наткнулись на излюбленную игровую площадку Общества?
— Добрый вечер, джентльмены. Меня зовут Руби. Я буду вашей хостес7 на сегодня. – Приветствует нас рыжеволосая женщина.
На ней черное платье, настолько прозрачное, что я могу разглядеть очертания ее сосков. Судя по внешности, ей чуть за тридцать – уточненная, с безупречными манерами, несмотря на откровенный наряд.
Я пытаюсь вспомнить, видел ли ее раньше, но, за исключением элегантно одетых мужчин с Нортсайда, женщин здесь трудно опознать.
Хостес приближается к Линкольну, прекрасно понимая, кто здесь главный. Ее томный, обещающий взгляд – чистой воды спектакль. Она и две темнокожие красотки по бокам владеют искусством соблазнения в совершенстве. Их полуприкрытые веки, голодные взгляды – все тщательно продумано, чтобы заставить гостей-мужчин раскрыть кошельки. И, судя по беглому осмотру зала, они отлично справляются со своей задачей.
— Чем "Латунная Гильдия" может порадовать вас сегодня? Азартными играми, шоу… или, может, компанией?
— Все зависит от обстоятельств. Несколько минут назад сюда вошла платиновая блондинка, пробудившая мое любопытство. Она в числе работающих девушек? – спрашивает Линкольн, и его бархатный южный акцент заставляет ресницы Руби трепетать.
— О, ты, должно быть, имеешь ввиду Ангел. Нет, милый. Как бы мы ни хотели заполучить ее, она не продается, – объясняет она, проводя длинным красным ногтем по накрахмаленной рубашке Линка.
Не знаю почему, но ее слова о том, что Скарлетт не продается, вызывают у меня облегчение.
Ангел.
Господи, Скарлетт. Ангел? Серьезно?
Не слишком оригинально, но, полагаю, в таком месте имена не имеют значения.
— Но если тебе приглянулась Ангел, я могу провести тебя в демонстрационный зал, – добавляет Руби, переплетая пальцы с пальцами Линкольна и слегка прикусывая его челюсть.
Эта женщина – сплошная страсть без прелюдий.
Линкольн тихо усмехается, прежде чем крепко
